Умереть, чтобы жить - Марина Крамер

Ника спрыгнула на пол и пошла к себе, в душе злясь на то, что не сдержалась и отреагировала на маленькую, почти детскую провокацию Лены.

В коридоре ей попался Тихонов, уже заметно успокоившийся:

— Поговорили?

— Ну так… Ты бы не трогал ее пока, Саныч. Она своим умом дойдет.

— Пока дойдет — превратится в граффити, — буркнул он. — У тебя телефон в сумке разрывается, между прочим.

Ника ахнула — забыла с утра сунуть мобильный в карман, так и оставила в сумке, а звонить мог кто угодно — от Ирины до… Вот последнее особенно не хотелось пропустить. Метнувшись в кабинет, она, не обращая внимания на удивленные взгляды коллег, лихорадочно вывернула содержимое сумки на стол и схватила мобильник. Дмитрий звонил семь раз, и, увидев такое количество пропущенных звонков, Ника испытала радость и что-то похожее на тщеславие — такой видный мужчина тратит на нее свое время. При всей внешней непробиваемости и грозном виде в душе Ника Стахова была ранимой и даже слегка неуверенной в себе. Еще во времена романа с Максимом Гавриленко она то и дело задавалась вопросом, что же именно нашел в ней красивый, молодой и успешный владелец строительной империи, разве у него никогда не было женщин моложе, стройнее, красивее, чем она, Ника? Но Максим ни разу не дал ей почувствовать себя не равной ему, напротив, он превозносил Никины умения и очень ценил проницательность. У них было довольно много общего, и потому, наверное, то недолгое время, что они провели вместе, запомнилось Нике как самое счастливое и легкое, даже несмотря на откровенно криминальные события, происходившие вокруг них. Ника не сомневалась, что не погибни Максим, то он непременно женился бы на ней, и они жили бы как в сказках — долго и счастливо. Но вышло так, как вышло…

И вот теперь ее сердце снова стало биться в немного ином ритме, предчувствуя начало новых отношений. В том, что Рощину она понравилась, Ника перестала сомневаться именно после семи пропущенных звонков.

— Я выйду во двор, надо срочно позвонить, — бросила она начальнику отдела новостей и вышла, стараясь не бежать, а идти медленно.

Ноги, однако, не слушались и несли ее по лестничным маршам вниз все быстрее. «Упасть еще не хватало. Решит, что я нарочно себе увечья наношу», — мелькнуло в голове, и Стахова пошла медленнее. Сев на лавочку, она закурила, чтобы немного унять волнение, и набрала номер Рощина. Дмитрий ответил мгновенно, словно сидел и ждал звонка:

— Вероника? С вами все в порядке? Я звоню с самого утра, никто не отвечает.

— Извините, Дмитрий, я забыла телефон в сумке, ушла на летучку, а потом дела навалились. У меня все в порядке, рука почти не болит, только опухоль немного держится.

— Это пройдет. А… вы свободны сегодня после работы? — после паузы решился Рощин, и Ника улыбнулась, хотя и знала, что он ее не видит:

— Да. Я заканчиваю в семь.

— Я могу заехать за вами, и мы бы пошли куда-нибудь. Погода отличная…

— Можем погулять. Если честно, не очень хочу в кафе, — призналась Ника.

— Может, на ВДНХ? — предложил он. — Вы высоты не боитесь?

— Не особенно. Только это получится другой конец — я в Марьиной Роще работаю.

— А к метро вы как относитесь? Я могу и на машине подъехать, но, боюсь, мы доедем до ВДНХ только к утру.

Ника засмеялась:

— Я абсолютно демократична. У меня и в Праге нет машины — она там просто ни к чему. А в Москве, мне кажется, метро надежнее.

— Уф, слава богу! — с притворным облегчением выдохнул Рощин. — А то я уж было испугался, что вы сочтете меня недостойным кавалером — на первом же свидании даму в метро пригласил! Тогда диктуйте адрес, и в семь я вас буду ждать.

Ника с удовольствием назвала адрес, и они попрощались.