Сокровенные тайны - Сандра Браун

К величайшему удивлению своих подруг, Стейси Уоллес вышла в гостиную безукоризненно одетая, с сухими глазами и на вид вполне спокойная. А они-то все это время разговаривали вполголоса из уважения к ее горю. Думали, что она отдыхает, набираясь сил перед предстоящим ей испытанием.

В дом тек нескончаемый поток обеспокоенных знакомых, которые несли керамические и стеклянные блюда, наполненные салатами, тушеным мясом, овощами, разными сладостями. И все без исключения спрашивали:

— Ну как она?

Судя по всему, Стейси мужественно перенесла смерть отца. Как обычно, она была безукоризненно одета и причесана. Если бы не темные круги под глазами, можно было бы предположить, что она собралась в клуб.

— Стейси, мы не разбудили тебя? Мы повесили на дверь записочку, чтобы люди не звонили, а стучали..

— Я уже давно не сплю, — сказала она друзьям. — Когда ушел Джуниор?

— Где-то ночью. Хочешь чего-нибудь поесть? Господи, тут нанесли еды на целую армию.

— Нет, спасибо, пока ничего не хочу.

— Звонил мистер Дэвис. Ему нужно обсудить с тобой организацию похорон, он сказал, что готов это сделать в любое удобное для тебя время.

— Я позвоню ему попозже.

Под взглядами изумленных подруг она подошла к шкафу и достала пальто. Они переглянулись в недоумении и тревоге.

— Стейси, дорогая, куда ты?

— По делу.

— Мы с радостью выполним все твои поручения. Для этого мы и пришли.

— Я признательна вам, но этим делом я должна заняться сама.

— Что же нам говорить людям, которые приходят навестить тебя? — озабоченно спросила одна из подруг, провожая ее до порога.

Стейси повернулась к ней и спокойно сказала:

— Говорите что хотите.

Ангус, похоже, совсем не удивился, когда в его кабинет неожиданно вошла Алекс. Сидя на кожаном диване, он массировал палец на ноге, который постоянно причинял ему боль.

— Не слышал, как вы подъехали. Я сам только что пришел из конюшни. Там у нас мерин-двухлеток заболел накостницей, только черта с два его голень болит сильнее, чем моя подагра.

— Лупе мне сказала, что вы пошли сюда.

— Хотите позавтракать? Кофе?

— Нет, спасибо, Ангус. — Гостеприимен, несмотря ни на что, подумала Алекс. — Вам удобно поговорить сейчас? Он засмеялся.

— Полагаю, как и в любое другое время, если учесть, о чем мы собираемся говорить.

Она села рядом с ним на диван. Ангус внимательно смотрел на нее своими проницательными голубыми глазами.

— Значит, Джо все разболтал, прежде чем застрелиться?

— Он не пригласил меня перед смертью в кабинет, чтобы исповедаться, если вы это имеете в виду, — ответила она, — однако мне известно о вашей с ним сделке. Как вам удалось уговорить Джуниора пойти на это, Ангус?

— В то время, — сказал он, даже не пытаясь ничего отрицать, — мальчик был абсолютно равнодушен ко всему, что с ним происходило. Смерть Седины так его потрясла, что он, наверное, уже только после свадьбы понял, что женился. И знаете, что я вам скажу? Не уверен, что он смог бы пережить те первые месяцы, если бы не внимание и забота Стейси. Я потом ни разу не пожалел о заключенной с Джо сделке.

— Ради кого вы пошли на эту сделку? Резко сменив тему, он вдруг сказал:

— Что-то у вас сегодня неважный вид. Небось, Рид ночью заездил?

Она в смущении опустила голову.

— Вам Джуниор рассказал?

— Да. — Он, морщась, натянул ботинок на больную ногу. — Не могу сказать, что меня это удивило; расстроило — да, но не удивило.

Она подняла голову.

— Почему?

— Яблочко от яблоньки. Для Седины всегда существовал только один мужчина — Рид. Бог его знает почему. Так было, и все. Химия. Наверное, это так называется сегодня.