Фуриозо - Карин Эдстрем

— Это понятно, — ответила Луиза. — Румянец тебе очень идет.

— Я смущаюсь.

— Не стоит.

Луиза пригубила шампанское:

— Знаешь, Вендела, меня интересует одна вещь… У полицейских всегда при себе табельное оружие?

— Мой SIG-Sauer не поместился бы в этот клатч, — ответила Вендела с улыбкой, — но вот наручники у меня всегда при себе.

— Серьезно?

Вендела загадочно улыбнулась.

— Можно посмотреть?

Вендела открыла клатч и вынула металлические наручники. Она потрясла ими перед носом у Луизы, а та провела кончиками пальцев по металлическому браслету:

— Ты ими пользовалась?

— Неоднократно.

— А это не больно?

— Зависит от того, как туго защелкивать, — ответила Вендела. — Но думаю, стоит подождать, пока твоя рука заживет.

— Вендела, ты читаешь мои мысли, — заговорщицки прошептала Луиза.

Она взяла наручники у Венделы и взвесила их на ладони, наслаждаясь тяжестью. Люди по соседству обернулись.

— Она из полиции, — успокоила их Луиза. — Так что никаких наркотиков, ребятки.

Вендела расхохоталась:

— Они тебе не поверят.

— Конечно, ты совсем не похожа на полицейского.

— А как должен выглядеть полицейский?

Луиза задумалась, а потом сказала:

— Если бы на работу в полицию брали только красивых рыжеволосых девушек, другие меры борьбы с преступностью были бы не нужны.

— Какая интересная мысль, — протянула Вендела. — Но это невозможно. Ты же знаешь, какой у рыжих темперамент. Мы бы перегрызли друг другу глотки.

— Я никогда не видела рыжеволосого полицейского с такой фигурой, как у тебя.

— А у меня был секс со скрипачом, — возразила Вендела и тут же испугалась, что зашла слишком далеко.

Но Луиза только откинулась назад и окинула ее взглядом:

— Готова поспорить, это был мужчина.

— Да, или скорее юноша. Нам было по шестнадцать. Мы оба играли в Скандинавском молодежном оркестре в Лунде. Он был моей первой любовью. Теперь он играет в Берлинской филармонии.

— Первая любовь не забывается, — сказала Луиза. — Так ты у нас благородного происхождения, музыкант и полицейский. Такое сочетание не может не интриговать. На чем ты играешь? На скрипке?

— Вынуждена тебя разочаровать, — ответила Вендела. — На виолончели.

— Вот как, — опустила глаза Луиза.

Внезапно между ними будто возникла стена, и Вендела пожалела, что испортила атмосферу своей откровенностью. Словно прочитав ее мысли, Луиза улыбнулась:

— Ничего страшного. На моей совести много виолончелисток. Правда, никто из них не ранил меня так больно, как Каролина. Я правда ее любила. И по-прежнему люблю. Мне понадобится много времени, чтобы забыть ее.

— Есть шанс, что вы помиритесь?

— Теперь, когда Рауль мертв? — прищурилась Луиза. — Это вряд ли… Ответ на этот вопрос интересует полицию или тебя лично?

Вендела не поддалась на провокацию:

— Просто нельзя знать наверняка. Тебе же нужна интрига… иначе бы ты меня не пригласила сюда сегодня. В том, что мы делаем, есть что-то запретное, и это возбуждает нас обеих. Я пью шампанское с женщиной, которую подозревают в убийстве, а ты пытаешься соблазнить сотрудника полиции, который обязан быть беспристрастным.

— Невероятно возбуждающе! — улыбнулась Луиза.

— Смертельно опасно, — добавила Вендела, допивая шампанское.

Раздался стук шагов, и в ресторан вошли новые посетители. Вендела выпрямилась и автоматически натянула платье на колени. Луиза погладила ее по плечу:

— Нервничаешь?

Вендела покачала головой, но дыхание у нее участилось. Грудь вздымалась и опускалась.

Луиза нагнулась к ней, обдав ароматом своих слегка приторных духов:

— Я только хочу, чтобы ты знала, как ты красива, Вендела. Если бы ты не была на службе, я бы пригласила тебя к себе домой сегодня. Но это было бы неправильно. Я пока не готова к новым отношениям. Мне очень жаль.

Она быстро поцеловала ее в губы, и Венделу словно током ударило.

Пока она приходила в себя, Луиза повернулась к вновь прибывшим. С Понтусом они расцеловались, Эбба же протянула Луизе руку.

— Луиза, — сразу приступила к делу Эбба, — мы докопались до истины. Вы будете продолжать покрывать преступника?

Луиза сделала глубокий вдох.

— Преступницу. Анна в больнице, — сказала она и, заметив взгляд Эббы, устремленный на Венделу, поспешила пояснить: — Это Хелена мне рассказала, а не инспектор Смит-Флеминг. Хелена пыталась ей дозвониться, но не смогла. Мы все встревожились, увидев венок на похоронах… Хелене не составило труда узнать, в какой Анна больнице…

— Я бы хотела подчеркнуть, что расследование еще не закончено. Мы собираемся продолжить его, пока не будет собран весь необходимый для прокурора материал. Поэтому все, что будет сказано сегодня, будет подшито к делу. Это понятно?

Эбба с вызовом уставилась на Луизу, но та только покачала бокалом в руке.

— Эбба, может, нам стоит позвонить Юнасу Кронспарре и попросить присоединиться к нам? Тогда все, что вы получите, — это короткие и однозначные ответы. Потому что вам прекрасно известно, что у меня есть алиби и мне вообще не нужно ничего вам объяснять.

— Тогда зачем эта встреча?

— Чтобы вы узнали правду. Вы ведь хотите узнать правду?

— А вы готовы нам ее рассказать?

— Я могу описать вам ход событий, а выводы вы сделаете сами.

— С чего бы это?

— Я, как и вы, хочу, чтобы эта история поскорее закончилась. А привычными методами сделать это невозможно. Я же считаю, что нужно забыть обо всех трагических событиях и идти дальше. Все равно Рауля уже не вернуть, да и нам с Каролиной никогда не быть снова вместе. Я только надеюсь, что она сможет справиться с этой травмой. А Анна… о ее будущем мне ничего не известно.

— А Хелена?

Луиза покачала головой:

— Хелена, судя по всему, быстрее всех оправится от этой трагедии. Как я понимаю, у нее была интрижка с Раулем в прошлом, но это не то, из-за чего нужно расстраиваться. У нее стабильный брак, устроенная жизнь. Я даже ей немного завидую.

Эбба с Венделой переглянулись. Эбба подмигнула Венделе, приказывая молчать. Понтус прокашлялся и подозвал официантку:

— Мы хотели бы столик где-нибудь в отдалении.

Официантка усмехнулась:

— Это невозможно. Весь зал забит.