Корпорация "Винтерленд" - Алан Глинн

Джина открывает глаза.

Перекатывается на спину, утыкается взглядом в потолок.

Что за беспокойство ее гложет? По поводу кого? Племянника? Нет — с этим уже ничего не поделаешь. Что-то еще, другое, отдельное.

Она переводит взгляд на часы.

8:45.

Домой Джина вернулась около трех. Ивон с Мишель взяли ситуацию под полный контроль, так что для ее забот там места не осталось. Кроме того, она больше не могла разгуливать в таком виде — нужно было переодеться.

Такси она вызвала в половине третьего.

В этом месте мозг притормаживает. И вспоминает причину беспокойства.

Ноэль.

Перед домом Катерины он сказал ей, что едет с кем-то повидаться и вернется минут через тридцать — сорок пять. Прошло три часа, Джина уже собралась уезжать, а Ноэль так и не объявился. Ивон пару раз звонила ему на мобильный, но попадала лишь на голосовую почту. Катерине его, похоже, серьезно не хватало: в перерывах между рыданиями она все время спрашивала, где Ноэль. Им бы забеспокоиться, встревожиться, а они лишь разозлились на брата. В какой-то момент — дело было на кухне — Джине пришлось вступиться за него:

— Ну что ты! У него же дело в городе. Он…

— Дело… дело, — выплевывает словечко Мишель, — меня тошнит от ваших дел. Как только появляется дело, жизнь останавливается. — На глаза сестры наворачиваются слезы. — Сейчас середина ночи, черт подери… Надо же совесть иметь!

Джина сползает с кровати, сонно тащится в ванную.

Возможно, Мишель и права, но вопрос от этого не снимается: куда подевался Ноэль?

Джина стоит под горячим душем и думает: приехал ли он после ее отъезда, приехал ли он вообще? Через несколько минут она позвонит Катерине и все узнает; дайте только сначала одеться и кофе поставить.

Господи, думает она, организм все еще спит, а ты его уже пугаешь: одевайся, пей кофе, звони по телефону! Готова ли она к подобным стрессам? Джина не уверена, поэтому не торопится выйти из душа, дремотно-сонно выворачивается, вытягивается, выгибается. Хоть знает: нет силы, способной заставить ее сейчас вернуться в кровать. Она проснулась, а день и подавно. Через отворенное окно до нее уже доносится гомон улиц, бормотанье транспорта. Она уже слышала обрывки саундтрека города — во сне. Он оживал под ней на всех шести этажах ее многоквартирного дома и ткал неровное полотно ее последних снов: то рвано-фантасмагорических, то прозрачно-ясных.

Обычно она выбирается из кровати в семь. Медленно запускает двигатель: завтракает, слушает «Ньюз-ток», приходит в себя. Но сегодня все необычно. Она выключает воду, выходит из душа, снимает с батареи полотенце и удивляется: что-то не так, а ведь она еще из дому не вышла.

Она встает у раковины, вытирается. Из запотевшего зеркала на нее взирает серое расплывчатое джиноподобие. Полотенце падает на пол. Начинается обычная возня с молочком, кремом, ватными дисками, сложенными на узкой полке над раковиной, и тут Джина с ужасом вспоминает: жизнь племянника зверски оборвана, жизнь сестры превратилась в вечный кошмар. Перед глазами у нее — серое расплывчатое отражение, а в голове — страдальческое лицо Катерины.

Немного спустя мы видим Джину уже на кухне, в джинсах и черной футболке. Она включает кофеварку и отправляется туда, где ночевал ее телефон, — а конкретнее, в угол к компьютерному столу. Набирает номер Катерины. Подходит Ивон. Джина с разбегу интересуется состоянием сестры и получает единственный возможный в данных обстоятельствах ответ. Затем спрашивает, не появлялся ли Ноэль.

— Нет, как в воду канул, мы уже начинаем нервничать.

— Нервничать?

— Дженни звонила с час назад. Домой он так и не вернулся, к мобильному не подходит. Она говорит, это не в его стиле.

— Господи!

Дженни — их невестка.

— Она перепугана до смерти.

— Господи!

— Он вчера говорил тебе, куда едет?

— Нет, он просто сказал «в город». — (Дежавю: эти же слова они говорили друг другу ночью.) — Сказал, что ему надо кое с кем встретиться. Но с кем — не уточнил.

Джина чувствует что-то, но боится озвучивать: не хочет показаться безумной или испуганной.

Ивон уже с пару лет как бросила курить, но Джине отчетливо слышно: сестра на том конце провода затягивается.