Надежда - Дмитрий Арапов

Пока ехали, захотелось Таню в душе, а уже потом спать. Когда приехали, нас ждал сюрприз в виде моих родителей.

— Мама! Папа! Что вы здесь делаете?

— Леша! — сказал папа. — Нам Ира позвонила, сказала, что ты при смерти. Мы прилетели сразу.

Мы с Таней уставились на Ирину. Она поспешила оправдаться.

— Ну, я просто хотела, чтобы кто-нибудь приехал. А то Миша теперь ездит в город, а мы тут с Таней одни. А твои, Леш, родители просто так не приедут. Вот я и придумала.

— Вот какая молодец! — сказала моя мама. — А меня чуть удар не хватил. Папе пофиг, он железный.

— Не железный я! — ответил папа. — И мне тоже было страшно. Леш, че это было?

— Вирус какой-то. У Марины нашлось противоядие. Теперь я здоров и готов к бою.

— Да ты наш боец. Пошли выпьем. Родители обняли меня.

— Еще нельзя пить. Вот приедет Михаил, тогда все сядем и будем пить. А сейчас мне нужно в душ и спать с Таней. Так доктор прописал.

— Что ж, спать, так спать. Мы будем вас внизу ждать.

Я потащил Таню в ванную комнату. Она особо и не сопротивлялась. Организм мой словно был рожден заново. Такое отличное настроение, сил полно. Но я-то знал, что эти ощущения ошибочны. Он у меня всегда так реагировал на разные вакцины и противоядия. До отключки оставалось немного, поэтому надо использовать это время с пользой. А что полезней близости с Таней, кроме сна? Ничего. Поэтому, «иди сюда, Таня».

Таня схватила меня за талию и уронила на пол. Сопротивляться бессмысленно. Стащила с меня штаны с трусами и припала ко мне ртом, помогая себе руками. Я забросил руки за свою голову и стал наблюдать за процессом. Могу контролировать процесс. Решил долго не мучать человека и убрал ее голову. Таня поняла, разделась и села сверху. Стала подниматься и опускаться, при этом рыча. Меня начал разбирать смех. Схватил левой рукой за ее правую грудь, а правой рукой за левую ягодицу и сильно сжал. Таня забилась в судорогах, томно выдохнула и упала на мою грудь, тяжело дыша. Видно, что соскучилась. Обычно мы проделываем такое через день, а тут пропустили пару раз. Теперь у нас рычание. Мы так полежали немного.

— Теперь ты тигрица, — говорю.

— Да. Мой зайчик.

— О! Тогда съешь меня.

— На десерт оставлю. Пошли в душ, и иди спать. Я пойду общаться с твоими родителями и мамой.

Мы залезли под душ. Тут я почувствовал, что на меня стала наваливаться усталость. Вот и устал организм. Еще денек, и все будет нормально. Возьму за жабры Фельдмана и выпытаю из него, кто такой Маркус. Вышел из душа, вытерся и пошел спать, не одеваясь. Упал на кровать и вырубился.

Проснулся уже утром. Нормально так. Получается, спал весь прошлый день и ночь. Вот так реакция на противоядие. Или это Таня напрыгала? Не, не Таня, точно противоядие. Прежде чем спуститься вниз, подумал, как меня нашли убийцы. Дать им информацию о моем месте проживания могли либо Марина, либо Юра. Марину мы исключаем, иначе она добила бы меня в ангаре. А вот Юру исключать нельзя. Он хоть и друг, но может быть всякое. Внизу на меня смотрели пять пар глаз.

— Ну, ты спать! — сказал папа.

— Ему можно, он больной, — ответил Михаил.

— Тогда должен спать круглосуточно, потому что я всегда больной. На голову.

— Да ладно тебе, с кем не бывает, — стал защищать меня Михаил.

— Миша, не защищай его, — сказала мама. — Он провинился, пусть теперь ему будет стыдно.

— Мне не будет стыдно, у меня совести нет. Совсем. Уселся рядом с Таней. Стал завтракать.

— Какие планы на сегодня? — спросил папа.

— Мы с Мишей едем к Фельдману, — ответил я, жуя.

— Опа! А я и не знал, — отозвался Михаил.

— Теперь знаешь. Мне ему нужно задать несколько вопросов.

— Так, Леша, я понял, что ты задумал. Нам нужно поговорить наедине. То есть без женщин. Сугубо мужской разговор.

Я поднялся.

— Доешь, и пойдем во двор.

Доел и пошел во двор первый. В принципе я знал, о чем пойдет речь. Не знал только, насколько эмоциональным будет разговор. Первым вышел мой папа, за ним мой тесть. Давайте, учите уму-разуму.

— Слушай, Леша, — начал Миша, — ты уже не маленький, но и поступки у тебя детские.

— С чего взял?

— Зачем подвергаешь опасности себя и Таню? Почему тебе спокойно не живется?

— Во-первых, Таню я опасности не подвергал. Во-вторых, контролирую ситуацию. И потом, я по жизни такой. Риск люблю. Я почти всю жизнь работал, рискуя жизнью, и просто вот так взять и успокоится не могу. Скажи, когда я Таню подверг опасности?

— Леш, мы не об этом, — вставил папа. — Мы об оправданном риске и неоправданном.

— Нет, пап, мы как раз об этом. Вы хотите сказать, что я должен оставить это дело и заниматься чем-то другим. Тогда встречный вопрос. Вы оба бизнесмены. У вас есть свои опасности. Вы рискуете потерять деньги и жизнь не только свою. Почему тогда вы не оставите свои дела?