Чистосердечное признание - Сергей Иванович Чекалин

— Сейчас при вас, мной, Нефёдовым Виктором Викторовичем, младшим лейтенантом следственного отдела и в присутствии известного вам участкового будет произведено изъятие у гражданки Красновой Надежды… — посмотрел в паспорт Наташи… — Ивановны, вашей соседки, женской сумочки и её содержимого. Вы это должны посмотреть и удостоверить подписью, что так всё и было. Понятны ваши действия?

— Понятны, — согласно закивали оба.

— Только обращаю ваше внимание, от всяких лишних толков, не у Наташи я изымаю сумочку, не Наташину, а её подруги. У Наташи она была на хранении.

Виктор заполнил протокол, на двух листочках, чтобы было два экземпляра, данными паспортов, и обратился к Наташе:

— Наташа, дайте, пожалуйста, сумочку.

Наташа открыла шкаф, покопалась в его глубине и положила на стол небольшую сумочку лиловатого цвета:

— Вот, пожалуйста, в целости и сохранности.

Виктор раскрыл сумочку и достал из неё сложенную газету и небольшую пачку фотографий. На листе бумаги стал записывать протокол изъятия. Потом вслух стал произносить содержание изъятого из сумочки Ларисы:

— Так, прошу внимания, газета «Вестник техники», за двадцать второе мая тысяча девятьсот восемьдесят шестого года, номер десять, вот, смотрите…

— Мы верим, верим, — пробормотали понятые.

— … так положено, вы уж извините. Следующее — четыре фотографии двенадцать на пятнадцать… я примерно… чёрно-белые, с изображением на всех группы людей, ручка шариковая синего цвета, с пастой тоже синего цвета. Я всё записал, вы всё видели, пожалуйста, подпишите здесь и здесь, на двух экземплярах… Спасибо вам за помощь, до свидания. И вы подпишите, Олег Иосифович. Я один экземпляр у вас в участке оставлю. Положено-то у того, у кого изымается, но тут можно и так.

— Вот, Наташа, спасибо, — поблагодарил Виктор, — на этом у вас миссия моя закончена. Вы меня просто неожиданно обогатили. Если Лариса оставила эту сумочку на хранение, то, вероятно, что-то в содержимом важное. А вы не скажете, что это за фотографии?

— Думаю, что это Ларисины, она ведь у нас фотограф была, хороший. Но эти я вижу впервые. И кто на них — не пойму, уж больно тёмные.

— А вот такая фотография у вас есть? — Виктор достал из папки фото, которое ему дали Воробьёвы.

Наташа посмотрела и сказала:

— Да, была, но она у меня потерялась. К сожалению. Ведь это наш выпускной вечер. Вот тут и погиб наш Паша, вам, наверно ребята говорили?

— Да, и не только ребята, я ещё до них узнал, от Веры Тихоновны.

— Это тоже делала Лариса, нам всем потом раздала, на память. У меня, вот, не сохранилась.

— Наташа, а вот эти-то фотографии вы когда-нибудь видели? Кто на них?

— Да нет, в первый раз, тёмные какие-то.

— Ну что же, Наташа, ещё раз большое вам спасибо за помощь. Теперь поеду разбираться со всем этим хозяйством. Ещё к Воробьёвым загляну. Ничего не хотите им передать?

— Да нет. Спасибо только за вещи.

— Тогда, до свидания.

— До свидания, Виктор, успехов вам! До свидания, Олег Иосифович. Здоровья вам!

— Спасибо, Наташа! Скоро уж пойду огородом заниматься, на пенсию. Хватит уже! До свидания.

12.07. Суббота. Снова Воробьёвы

Виктор решил не звонить Воробьёвым. Он попробовал было, но этот телефон-автомат только съел монетку, а соединять не стал. Тут решай не решай, а делать нечего, не идти же к участковому. Подошёл к квартире Воробьёвых, позвонил. Дверь открыл Степан:

— Здравствуй, Степан, это опять я. Не скоро дело делается.

Появилась Ирина с мальчиком.

— О, Миша, наверно? Давай знакомиться. Я — Дядя Витя. А ты, конечно, Миша.

— Здравствуйте, дядя Витя!

— Ну, вот и познакомились! Кино-то понравилось?

— А там мультфильмы показывали.

— Значит, мультфильмы. Хорошие были?

— «Ну, погоди!»

— Тогда хорошие! Да, Ирина, вашу посылку я передал. Очень Наташа была рада. А теперь нам надо бы ещё поговорить. Немного изменились обстоятельства.

— Миша, ты в кухню пойди, на немного, а мы тут с дядей Витей побудем. Он из милиции.

Миша неохотно ушёл.

— А дела такие, — продолжил Виктор после ухода Миши, — у Наташи оказалась сумочка Ларисы. Она ей её оставила, как на хранение. Я пригласил вашего участкового, он понятых. Мы её вскрыли и нашли вот это. — Виктор достал из папки газету и фотографии. — А сумочка её у меня в портфеле. Посмотрите, что-нибудь из этого вам знакомо?

Степан и Ирина посмотрели газету, фотографии перебрали.

— Нет, — сказал Степан, — газета не наша, а какая-то производственная…

— Это, похоже, нашего предприятия, Кургановского, — пояснил Виктор, — на ней так и написано, вот, Кургановский приборостроительный завод. Это наш.

— Да и фото какие-то странные, тёмные очень, ничего не понятно, — добавил в свои исследования Степан.

Оба, Степан и Ирина, продолжали разглядывать фотографии.

— Ну как же, Стёпа, смотри, это же ведь мы, тогда, на речке. Виктор, дайте и нашу фотографию, общую.

Виктор достал и первую, Воробьёвскую.

— Вот про это я и говорю. Эти тоже про нас, когда мы купались и когда Паша… Только узнать тут никого нельзя, темно очень.

— А в какое время вы купались? — Спросил Виктор.

— Да уже сумерки очень большие были, думаю, что часа в два ночи, воскресенья уже, — предположил Степан.

— Пожалуй, так и было, — добавила Ирина.

— А темно потому, что у Ларисы не было вспышки, со вспышкой хоть что-то, но получилось бы, — сказал Степан, — забыла, наверно. Она всегда на наши сборы берет… брала кучу всего, а тут забыла. Но давай так, Ирина, вспомним, кто где был, может, получится. Давайте фотографии расположим по порядку, попробуем.

Все склонились над столом. Стали перемещать фотографии с места на место.

— Вот видишь, Стёпа, думаю, что вот эта первая. Тут мы только в воду входим. Мы ведь с тобой самими последними заходили, вот мы и идём, за руки вместе, а остальные впереди. Согласен?

— Пожалуй, так и есть, — согласился Степан. — А вот эта, наверно, последняя. Смотри, Ирина, народ уже пошёл на выход, раз, два, три, четыре, пять. Пять человек.

— Да, ведь Наташка-то Наумкина самая первая вышла, она так и сказала, что всё, накупалась, пойду, поэтому и пять. Она ещё когда мимо нас проходила, поскользнулась. Как же пять? Должно быть шесть. Значит, ещё кто-то вышел?

— Или не мог выйти, — добавил Виктор, — Паша Царьков, например. Давайте другие посмотрим. Посчитаем, что первую уже нашли, где вы за руки.

— Ну вот же, на двух других-то — все на месте. Все семь человек. И Наумкина тут же, — сказала Ирина. Степан, может, вспомним, кто мы где были в воде?

— Ну, мы с тобой, как вошли, так тут и были, около берега,