Анатомия любви - Марина Крамер

— Ну да, да! — зашипела девчонка, оглядываясь на дверь туалета, в ручку которой, оказывается, успела всунуть какую-то палку. — Парень ее бросил, прямо сюда приперся с новой телкой, вот Светка и не выдержала.

— Вы реально больные, — вздохнул Семен, заканчивая накладывать тугую повязку на рану. — Скорую вызывай, ее зашивать нужно.

— Ты же сказал, что хирург.

— Но зашивать такую рану в здешних условиях не стану.

— А что так?

— А лицензию жалко. Звони, говорю, а то действительно ласты склеит твоя подруга, — припугнул он, заметив, что девчонка медлит.

Она вынула мобильник, набрала цифры, долго что-то мямлила в трубку, и Семен не выдержал, отобрал телефон и коротко изложил суть проблемы диспетчеру.

— И пусть бригада поторопится, тут большая кровопотеря, пострадавшая без сознания, пульс нитевидный. Да, я врач. Кайзельгауз моя фамилия. Нет, сын. Да, жду, спасибо. Тебя как зовут-то? — спросил он, возвращая девчонке телефон, но та не ответила — закрыв лицо руками, вдруг расплакалась, как маленькая, всхлипывая и постанывая от страха. — Эй, ты чего? Все будет хорошо, не переживай, — он попытался приобнять ее за плечи, но девушка вырвалась и заплакала еще громче. — Вот дуреха, ты чего сейчас-то ревешь? Кровь остановили, бригада приедет, увезут в больницу, там заштопают, кровь прокапают — через пару дней в порядке будет твоя подружка, сможет вторую руку располосовать ради своего благоверного.

— Ты придурок, что ли? — просипела девушка сквозь слезы. — Человек просто так на подобное не решается!

— Разумеется, — кивнул Семен, вставая. — Такое можно только по исключительной дурости натворить. Подумаешь — парень бросил! Да они как трамваи — следующий придет.

Дверь рванули с той стороны, и Семен спохватился, выдернул палку из ручки — на пороге стоял врач в синей спецовке с чемоданчиком в руке.

— Еле нашел вас.

— Да, извините, надо было встретить, — он посторонился, пропуская врача. — Кровь я остановил, но к тому моменту, когда начал, кровопотеря уже была большая.

— Ну озеро натекло приличное. Надо грузить, я по дороге предупредил приемное, там ждут.

— Я, пожалуй, с вами поеду, — сказал Семен, и тут встрепенулась певица:

— И я!

— А вы, барышня, вытрите лицо и идите отсюда, — сказал врач скорой. — Без вас разберемся.

— Но…

— Я сказал — идите! — чуть повысил голос доктор, и девушка, метнув на него злобный взгляд, вышла из туалета.

— Матери ее позвони, — крикнул Семен, высовываясь в коридор, и увидел, как девчонка, не оборачиваясь, вскинула над головой средний палец. — Вот зараза…

Появился фельдшер с носилками, втроем они закинули пострадавшую на них и покатили к выходу.

Навстречу стремительно шел Кузя с обеспокоенным лицом:

— Что произошло?

— Успокойся, все уже нормально, она жива и даже, кажется, в себя приходит, — быстро сказал Семен, заметив, что девушка на носилках пошевелилась.

— Мне только полиции не хватало здесь, — пробормотал Кузя.

— Все равно приедут, — коротко бросил врач. — Попытка суицида в публичном месте.

— Черт их дери, соплюх малолетних, — в сердцах проговорил владелец бара. — Нажрутся и творят…

В это время наперерез медикам бросился невысокий парень в темно-синей футболке и белых джинсах.

— Света! Света! — он вцепился в каталку с носилками и затряс девушку за плечи. — Что ты наделала?!

— Молодой человек, отойдите, дайте пройти, — врач попытался оттереть его в сторону, но парень вдруг оттолкнул его и заорал:

— Я не дам ее увезти!

— Ну твою же налево… — расстроенно протянул Кузя. — Еще и этот ушлепок…

Семен решительно приблизился к парню и взял его за плечо:

— Братец, ты бы не мешал докторам твою даму спасать, а?

— А ты кто? — парень попытался сбросить руку Семена, но тот крепко держал его. — Слышь, руку пусти! Руку пусти, а то…

— А то — что? — спокойно поинтересовался Семен.

— Да рожу всю распишу тебе!

— Угу — если допрыгнешь, — согласно кивнул Кайзельгауз, крепче сжимая пальцы на плече парня, едва доходившего ему до груди. — Идем-ка, дружище, проветримся, тебе, смотрю, совсем нехорошо, — он развернул парня к выходу и повел впереди себя.

Парень сделал еще попытку вырваться, но получил ощутимый тычок в спину и смирился.

Семен завел его за угол, к мусорным бакам, и развернул лицом к себе:

— Тебя как зовут?

— Иван.

— А меня Семен. Так вот, Ваня, подруга твоя пыталась вены вскрыть — не догадываешься о причинах?

Парень опустил голову:

— Я же не думал, что так… ну что она вот так…

— Расставаться, Ваня, надо красиво и так, чтобы девушка на тебя зла не держала, понимаешь? И уж тем более, чтобы она вены себе не распарывала.

— Но я не хотел… не думал…

— Да понятно, что не думал, — вздохнул Семен, скрещивая руки на груди. — Если бы думал, не притащился бы сюда с новой пассией. Специально, поди, привел, знал, что твоя бывшая тут будет?

Иван виновато опустил голову.

— А говоришь — не хотел. Хотел ты — хотел, чтобы Светке еще больнее было. Дурак ты, Ваня. И повезло тебе, что подружка у нее оказалась шустрая и что я сегодня в бар заехал. Иначе жить бы тебе, Ваня, с тяжелым камнем на душе всю жизнь. Хотя… — он смерил съежившегося от его слов парня с головы до ног тяжелым взглядом и продолжил: — Хотя, Ваня, такие, как ты, ни о чем не жалеют, скорее всего. Ладно, топай отсюда.

— Как? — растерянно переспросил тот, и Семен вздохнул снова:

— Быстро. Очень руки у меня чешутся по шее тебе дать, могу не сдержаться. Так что давай топай. И подумай хорошо о том, что я сказал.

Парень развернулся и, вобрав голову в плечи, побрел в сторону автобусной остановки.

Семен постоял еще пару минут и вернулся в бар, надеясь найти подружку неудачливой самоубийцы, но девушки там уже не было.

Инна

Она долго не могла набраться сил, чтобы выехать с парковки, так и сидела за рулем, опустив голову и упираясь лбом в оплетку. Произошедшее сегодня словно высосало из нее все силы, и теперь Инна даже руку поднять не могла.

«Как это случилось? Ну как я позволила себе настолько погрузиться в личные дела, чтобы так проколоться на элементарном сборе анамнеза? Такие вещи перестают делать курсе на втором примерно, а я… Столько лет практики — и допустить студенческую ошибку…»

Слово «студенческую», мелькнувшее в голове, сразу вызвало другую ассоциацию — с дочерью, которая за весь день ни разу не сняла трубку и так и не перезвонила.

Инна встрепенулась, выпрямилась и вынула из сумки