Третье откровение - Ральф Макинерни

Братство Пия IX было основано в конце шестидесятых полудюжиной разочарованных священников. Среди них были два-три седевакантиста,[17]убежденных в том, что престол Святого Петра занимает самозванец и, следовательно, место свободно; другие, недалеко ушедшие, считали Второй Ватиканский собор сборищем еретиков, отказавшихся от истин, которые на протяжении столетий проповедовала католическая церковь. Они заняли виллу на пересечении кольцевой автодороги и шоссе, ведущего к аэропорту Леонардо да Винчи, и образовали религиозное сообщество — объединенные недовольством, мечтами о восстановлении прежних порядков и о мести. Возглавлял братство, основанное на фамильярной демократии, епископ Фредерик Катена, Федериго.

Сорок два года назад Катена был распределен в епархию Пеории и прибыл в Ватикан в качестве секретаря своего епископа. С тех пор он так и не вернулся домой. Другие члены братства выступали против «искажения церковной доктрины», Федериго же в первую очередь интересовался явлениями Богородицы в португальском городке Фатима. За несколько лет до Второго собора он, тогда еще семинарист, совершил туда паломничество, добравшись на поезде до Лиона, а затем проехав через Испанию. На коленях молодой Федериго прополз через просторную площадь к месту, где Царица Небесная явилась трем крестьянским детям. Преданность Деве Марии придавала ему сил бороться с соблазнами, встававшими на пути. После визита в Фатиму он каждый день читал молитвы по четкам, полностью пятнадцать декад. Изучив о явлениях все, что только мог, Федериго стал одержим так называемой тайной Фатимы.

Эту тайну записала сестра Лусия, единственная из троих пережившая разразившуюся вскоре эпидемию гриппа. Лусия, постригшись в монахини, отправила свои свидетельства Папе в Рим с условием обнародовать их в 1960 году. Означенный год прошел, но Ватикан ни словом не обмолвился о секрете. Федериго был в ужасе: Папа ослушался воли Богородицы!

Его епископ, воспитанный в канонической традиции, прославился в своей епархии строительной программой, и по праву. Создавались новые приходы, возводились церкви, открывались религиозные школы. Священник отправился в Рим, убежденный, что вселенской церкви есть чему поучиться у Америки по части обновления — а именно эту задачу поставил первой на повестку Папа Иоанн XXIII. Вместе с секретарем епископ пересек Атлантику на пароходе, и всю дорогу Федериго говорил о Фатиме.

— Ваше преосвященство, вы должны потребовать обнародования третьей тайны.

— А каковы первые две? — Похоже, епископа Спеллинга его заявление развеселило.

Отец Катена объяснил: молитвы, неизбежность наказания, угроза ада непокаявшимся. Епископ кивнул.

— Неплохая доктрина, — заметил он. — Правда, отец Катена, я не вижу здесь тайны.

Будь до конца плавания больше времени, молодой священник начал бы читать новенну,[18]прося Всевышнего просветить старшего. Вечером он не лег спать, а всю ночь простоял на полу своей каюты, моля Богородицу коснуться сердца Спеллинга, чтобы тот взял слово на соборе и потребовал открыть третий секрет Фатимы. Федериго заснул коленопреклоненным, и это показалось ему особой благодатью, однако воззвание его осталось без ответа. Вскоре епископа Спеллинга стали раздражать разговоры о Фатиме. Уже в Риме Катена, убежденный, что его молитвы будут услышаны, читал одну новенну за другой. Но постепенно и молчание стало выводить епископа из себя. По окончании второй сессии, перед возвращением в Пеорию, священник имел с отцом Катеной долгий разговор.

— Я хочу, чтобы ты остался в Риме учиться.

Федериго почтительно склонил голову.

— Полагаю, каноническое право — не твой конек. Может быть, теология?

— Философия.

— Ну хорошо, хорошо. Я думал о доминиканцах, об Ангеликуме.[19]

— Да, ваше преосвященство.

Трудно было воспринимать учебу в Риме как ссылку, но Федериго понимал, что епископ Спеллинг хочет от него избавиться.

С появлением Интернета Федериго нашел множество родственных душ, возмущенных и удивленных отказом Ватикана посвятить Россию, согласно одной из фатимских просьб, в таинство Непорочного Сердца Девы Марии. Но для Катены главным по-прежнему оставалось нежелание раскрыть третий секрет. Предположений относительно того, что же в нем кроется, было предостаточно. Тайваньский миссионер отец Леоне, сопровождавший единственного кардинала из Китая, с кем Катена познакомился на соборе, выдвинул теорию, будто тайну замалчивают из-за крайне отрицательного отношения Богородицы к собору. Был еще Жан Жак Трепанье, смутьян из Нью-Гемпшира, чей журнал «Фатима» имел солидный тираж. Однако он нападками на Римскую курию навлек на себя немилость. Катена познакомился с несколькими episcopi vagantes,[20]которых незаконно рукоположили в сан другие бродячие епископы. Решив не возвращаться домой в Пеорию, Катена порвал все отношения с наставником и вскоре сам был рукоположен в епископы одним мельхитом,[21]рассорившимся со своими единоверцами. Вскоре после этого возвышения братство Пия IX единогласно провозгласило Катену своим главой. Общество обосновалось на вилле, подаренной ему аргентинкой, ежегодно совершавшей паломничество в Фатиму.

Теперь интернет-страничка распространяла взгляды раскольников по всему миру, и пожертвования со стороны сочувствующих обеспечивали им надежную финансовую опору. Информационный бюллетень разносил недовольные возгласы во все уголки земного шара, порождая благожелательные отклики. Постепенно братство вступило в состязание с Трепанье за сердца католиков, отвернувшихся от Ватикана. Надежда мелькнула с избранием Иоанна Павла II Папа, чей девиз звучал: «Totus Tuus»,[22]обязательно должен был раскрыть третью тайну. Однако понтифик, как и его предшественник, съездил в Фатиму, встретился с сестрой Лусией, и на том все закончилось. Ну, не совсем все. Начался процесс канонизации маленьких Франсишку и Жасинты. Так или иначе, упование Федериго на Иоанна Павла II разбилось в 1985 году с появлением знаменитого «Отчета Ратцингера» — интервью с префектом Конгрегации вероучения, которое взял известный журналист и писатель Витторио Мессори. Мессори спросил кардинала, знаком ли тот с третьей тайной. Да, знаком. Так почему же ее не обнародовали в 1960 году? Ответ — потому что она стала бы сенсацией — убедил Федериго в том, что тут дело нечистое.