Ранние дела Пуаро - Агата Кристи

Искренне Ваша

Амелия Барроуби.

Пуаро еще раз внимательно прочитал письмо. И снова брови егослегка поднялись. Наконец он отложил письмо в сторону и взял следующее излежавшей перед ним стопки.

Ровно в десять часов Пуаро вошел в комнату, где мисс Лемон,его личный секретарь, ожидала утренних распоряжений. Мисс Лемон было сороквосемь лет, и она отнюдь не отличалась привлекательностью: казалось, вся онасостоит из множества костей, собранных впопыхах и как попало. Страсть миссЛемон к порядку была почти такой же, как и у самого Пуаро. Она обладалапытливым и острым умом, но никогда не утруждала его, без специального на тоуказания.

Пуаро вручил мисс Лемон утреннюю корреспонденцию — Будьтетак добры, мадемуазель, ответьте на все эти письма отказом, естественно, вкорректной форме.

Мисс Лемон быстро пробежала письма взглядом, попутно помечаякаждое соответствующим иероглифом. Это был ее собственный код, понятный толькоей одной: «слегка польстить», «дать пощечину», «помурлыкать», «коротко и резко»и так далее. Покончив с этим, мисс Лемон кивнула и подняла взгляд в ожиданиидальнейших распоряжений.

Пуаро протянул ей письмо Амелии Барроуби. Мисс Лемонизвлекла его из двойного конверта, прочитала и снова вопросительно посмотрелана шефа.

— Да, мосье Пуаро? — Ее карандаш выжидательно замер надблокнотом.

— Что вы думаете об этом письме, мисс Лемон?

Слегка нахмурившись, мисс Лемон отложила в сторону карандаши перечитала письмо.

Проблемы, изложенные в письме, ее нисколько не интересовали,знать его содержание было необходимо лишь для того, чтобы соответствующимобразом на него ответить. Шеф мисс Лемон крайне редко интересовался ее личныммнением — подобные просьбы раздражали ее, ибо она представляла собой почтиидеальный механизм, абсолютно лишенный интереса к чьим бы то ни было печалям игорестям. Единственной истинной страстью в жизни мисс Лемон былосовершенствование системы учета и хранения информации, она мечтала изобреститакую, которая заставила бы все существующие системы кануть в небытие. Это чудоснилось ей по ночам. Однако Эркюль Пуаро знал, что мисс Лемон способна пониматьи чисто человеческие проблемы.

— Итак? — настойчиво произнес он.

— Старая леди, — сказала мисс Лемон, — явно сдрейфила.

— Гм! И куда же она дрейфует?

Мисс Лемон, полагая, что Пуаро достаточно долго прожил вВеликобритании, чтобы понять это весьма распространенное сейчас выражение,ничего не ответила.

— Сплошные намеки, — сказала она, взглянув на двойнойконверт, — и никакой информации по существу.

— Да, я обратил на это внимание, — согласился Пуаро. Рукамисс Лемон снова с надеждой легла на блокнот. На этот раз Пуаро оправдал ееожидания.

— Мисс Лемон, — сказал он, — сообщите мисс Барроуби, что япочту за честь посетить ее в любое удобное для нее время, если, конечно, она непредпочтет сама приехать ко мне. Печатать письмо не надо. Напишите от руки.

— Да, мосье Пуаро.

— А это счета. — Эркюль Пуаро подал еще несколько писем.

Ловкие руки мисс Лемон быстро рассортировали оставшуюсяпочту.

— Я оплачу все, кроме этих двух, — сказала она.

— Почему именно этих? По-моему, здесь все верно.

— Это счета фирм, с которыми вы лишь начали контактировать.Если вы, только открыв счет, тут же спешите его оплатить, вас могут не такпонять. Например подумать, что вы рассчитываете на долгосрочный кредит.

— Гм! Мое восхищение вашими знаниями психологии британскихторговцев.

— Да, вряд ли найдется что-нибудь, чего бы я о них не знала,— сухо подтвердила мисс Лемон.

Письмо к мисс Барроуби было должным образом написано иотправлено, однако ответа на него не последовало «Возможно, — подумал Пуаро, —старая леди сама раскрыла свою тайну». Однако он был немного удивлен, почемуона в таком случае не сочла нужным уведомить его, что более не нуждается в егоуслугах.

Прошло пять дней, и мисс Лемон, получив как обычно от Пуарораспоряжения, неожиданно сказала:

— Эта мисс Барроуби, которой мы писали… Неудивительно, чтоона не ответила… Она умерла.

— Умерла… — тихо произнес Пуаро, и это прозвучало скорее какутверждение, чем вопрос.

Открыв сумочку, мисс Лемон извлекла из нее газетную вырезку.

— Я увидела это в метро и выдрала из газеты.

Хотя мисс Лемон употребила слов «выдрала», Пуаро невольно содобрением отметил про себя, что на самом деле она аккуратно вырезала заметку.Это было сообщение из раздела «Рождения, свадьбы и смерти», напечатанное в«Морнинг пост»[38]:

«26 марта.., внезапно.., в доме „Розовый сад“, Чарменс Грин…Амелия Джейн Барроуби, на семьдесят третьем году жизни. Просьба цветы неприсылать».

Пуаро перечитал сообщение.

— Внезапно… — снова негромко произнес он и тут же,повернувшись в сторону мисс Лемон, сказал:

— Будьте так добры, мадемуазель, напишите письмо.

Карандаш мисс Лемон выжидательно замер. И хотя все ее мыслибыли сосредоточены на дальнейшем совершенствовании пресловутой системы,застенографировала она все быстро и четко:

Уважаемая мисс Барроуби!

К сожалению, я не получил ответа на свое письмо, но впятницу я буду недалеко от Чарменс Грин. Я зайду к Вам, и мы обсудим проблему,изложенную в вашем письме.

Ваш и т.д.

— Отпечатайте это, пожалуйста, мисс Лемон! Если письмоотправить немедленно, оно сегодня же вечером будет в Чарменс Грин.

На следующее утро со второй почтой пришло письмо в конвертес траурной каймой.

Уважаемый сэр!

В ответ на Ваше письмо сообщаю, что моя тетя, мисс Барроуби,скончалась 26 марта, так что дело, о котором вы упоминаете, теперь не имеетникакого значения.

Искренне ваша,

Мэри Делафонтен

— Больше не имеет значения… — Пуаро улыбнулся. — Ну это мыеще посмотрим. En avant![39] В Чарменс Грин!