За пределом жестокости - Алексей Макеев

Поехали на разведку вдвоем с постоянным напарником и другом – полковником Крячко. Плотный жизнерадостный Крячко никогда не терял оптимизма, на все имел свое мнение и в потусторонний мир не верил ни на грош. Случившееся он прокомментировал довольно своеобразно.

– Свинья грязи найдет, – сказал он. – Это я в том смысле, что прикончили этого парня у тебя под носом. Ясное дело, предвидеть преступления даже менты не могут, но некая тенденция здесь просматривается. Комплекса вины у тебя, надеюсь, не появилось?

– Комплекса не появилось, но частично виноватым себя чувствую, – признался Гуров. – Ведь предупредить это несчастье можно было элементарно. Окликни я его, когда он потащился в сад, и ничего бы не было. Пошли бы вдвоем…

– Двоих бы и прирезали, – безжалостно сказал Крячко.

– Двоих не так просто прирезать, – серьезно ответил Гуров. – Особенно если один из двоих – полковник Гуров.

– Ну а вообще, если отбросить лирику, какие мысли? – поинтересовался Крячко.

– Во-первых, убийство мне представляется случайным, – заявил Гуров. – Убили не того, или вообще изначально убийство не планировалось. Савелий Вениаминович просто спугнул кого-то. Понимаешь, там за столом весь вечер травили байки про духов. А у интеллигентов на этот счет слабость. Видимо, погибший тоже что-то заметил в саду, и любопытство заставило его отправиться на разведку. Наверное, если бы его планировали убить, то скорее убийцы выслеживали бы его, а не наоборот. Пырнули его стилетом – один раз. Удар был мастерский, но как орудие убийства стилет у киллеров не котируется, согласись. А потом, его последними словами были «Привидение… в больничной пижаме… в пальто…». Странные слова для человека, которого заказали. В этих словах скорее звучали удивление и обида.

– А что нашли на месте преступления?

– Следственная группа приехала не сразу, – поморщился Гуров. – Рвения большого при осмотре места никто не проявлял. Там самый запущенный уголок – кусты, старые яблони, крапива, пруд рядом… Да и признаться, мы с Володей порядочно там потоптались. В тот момент ведь важно было оказать помощь раненому, а не преступников ловить. Ну а в результате… – Он развел руками.

– Ясно, – хмыкнул Крячко. – Ну а сейчас что ты надеешься увидеть? Теперь темнеет рано, а моя тачка последнее время хандрит. Вот будет номер, если мы встанем где-нибудь на шоссе!

Свой автомобиль Гуров оставил Марии, а в поместье они поехали на старом «Мерседесе» Крячко, который, кроме гордого имени, никаких достоинств не имел, а в последние годы все чаще нуждался в ремонте.

– Не бойся, – успокоил Гуров друга. – Это совсем недалеко – куда мы едем. Твой железный конь справится. А что я хочу увидеть – и сам не знаю. Но почему-то мне кажется, что там нужно появиться в то же самое время. Если речь идет о привидениях, то нужно придерживаться определенных правил.

– Да уж лучше бы вообще держаться от этих духов подальше! – засмеялся Крячко. – А ты всерьез планируешь сидеть всю ночь в саду?

– Ну что ты! Пока светло, пробежимся по окрестностям, – сказал Гуров. – Ночью мне послышалось, будто где-то поблизости отъехала машина. Коллеги, кажется, не придали моим словам никакого значения, а сейчас мне представляется это очень важным. Не слишком-то оживленное там движение. Машина в час ночи – это может оказаться очень серьезно. Нужно поискать следы. Потом побеседуем с управляющим, выясним, что он думает по этому поводу, а уж когда стемнеет… Ну, там посмотрим, каждому овощу свое время. Я же говорю, с привидениями нужно особое обращение.

Когда выехали за пределы столицы, погода испортилась. С запада ветер погнал тяжелые тучи. Местами то и дело принимался моросить мелкий противный дождь.

– Ну вот, бутерброд, как ему и положено, свалился маслом вниз! – огорченно констатировал Гуров. – Такая погода, может быть, вдохновляет поэтов, но для поиска следов преступления худшего времени не придумаешь!

– А я вот все думаю про последние слова этого парня, – вдруг сказал Крячко. – Что это может означать – привидение в больничной пижаме? Может быть, в этом есть какой-то особый смысл? Ключ к разгадке? Может быть, поблизости есть какая-нибудь психбольница? Маньяки время от времени оттуда сбегают и пыряют людей, гуляющих в саду. Что ты про это думаешь?

– Маловероятно, – без улыбки сказал Гуров. – Сначала я вообще не придал значения этим словам. Это вполне мог быть бред умирающего. Человек просил о помощи, думал про больницу, и эти мысли трансформировались вот таким причудливым образом… Но потом я стал сомневаться. Заметь, привидение было не только в пижаме, но еще и в пальто. Слишком реалистичная подробность, не находишь? Надо будет все это хорошенько обдумать.

– А прочие участники вечера? – спросил Крячко. – Насчет них никаких подозрений?

– Ну, совсем без подозрений мы не можем, ты же понимаешь, – на этот раз Гуров слегка улыбнулся. – Но объективно их участие маловероятно. Это же не Агата Кристи с ее замкнутыми комнатами и математическими вычислениями вероятного убийцы. Странно представить себе, что невинная вечеринка, одна из немногих, на которую я согласился, вдруг оказалась дьявольской ловушкой. После того как мы с Володей подняли шум, к нам сбежалась вся братия. Буквально в течение двух-трех минут. В нижнем белье, заспанные, перепуганные… Больше всех был перепуган, кстати, специалист по потусторонним явлениям, тот, что все напускал на себя демонический вид… Он едва не терял сознание. И смех и грех… Композитор Рыков вообще человек пожилой… Да и все прочие никак не тянут на роль изворотливого убийцы, способного хладнокровно расправиться с жертвой, в считаные минуты вернуться, переодеться и принять невинный вид. Опять же мотив! За столом с погибшим разговаривали немного и отстраненно, как разговаривают с малознакомыми людьми. Понимаю, у нас чиновников не любят, но не до такой же степени, чтобы убивать их после первого же совместного застолья!

– Значит, ты окончательно склоняешься к версии, что убийца пришел со стороны, – задумчиво проговорил Крячко. – Но тогда нужно решать, по чью душу он приходил.

– Я бы сформулировал это иначе, – покачал головой Гуров. – Что он вообще тут делал? Но над этим мне хотелось бы поломать голову, еще раз побеседовав с Володей. Лишь бы он тоже не захотел спрятаться куда-нибудь подальше.

Володя никуда не прятался, хотя по его насупленному и как бы окаменевшему лицу было видно, что вся эта история доставляет ему невыносимые страдания. Однако Гурова и Крячко он встретил почти приветливо.

– По правде говоря, я рад, что вы приехали, – признался он, когда, услышав сигнал, вышел открывать ворота. – Под вечер тут становится по-настоящему тоскливо.

– А по-моему, на скуку вам жаловаться грех, – заметил Гуров, выбираясь из машины и пожимая широкую горячую ладонь управляющего.

Володя раздвинул створки ворот, давая Крячко проехать во двор. Крячко помахал управляющему рукой и повел свой «Мерседес» к дому. Гуров и Володя плечом к плечу зашагали вслед за ним. Ворота управляющий закрывать не стал, хотя чувствовалось, что ему этого очень хотелось.