Окно Иуды - Джон Диксон Карр

– Вот металлические ставни, – продолжал сэр Уолтер Шторм невозмутимым голосом, – с окна, помеченного на схеме буквой A. Они были пригнаны к муляжной раме инспектором Моттремом под присмотром мистера Дента из чипсайдской компании «Дент и сыновья», которая устанавливала ставни на окна кабинета. Скажите, это те самые ставни, которые вы закрывали в субботу вечером?

Дайер внимательно, не спеша осмотрел предмет:

– Да, сэр, это они.

– Не могли бы вы их закрыть, как в тот раз?

Щеколда поддалась не без труда и вошла в паз с лязгом, скверно прозвучавшим на этом школьном уроке по изучению судебного права. Дайер отряхнул руки. Казалось, он совершил нечто большее, чем просто закрыл окно. Леопардовая дама позади нас непринужденно заметила:

– Послушай, разве они не двигают засов, когда открывают люк в полу виселицы?

Довольный свидетель вернул щеколду на место и снова отряхнул руки.

– Позади этих ставен, полагаю, – произнес генеральный прокурор, – находились два подъемных окна?

– Верно.

– Они тоже были закрыты изнутри?

– Да, сэр.

– Хорошо. Теперь расскажите присяжным заседателям, что произошло после того, как вы закрыли ставни.

– Я обошел комнату, чтобы убедиться, что все в порядке.

– Вы заметили три стрелы над камином?

– Заметил.

– Говорил ли с вами покойный?

– Да, сэр. Он спросил, по-прежнему глядя на доску, достаточно ли в буфете напитков. Я заглянул туда и увидел полный графин виски, сифон с содовой и четыре стакана.

– Посмотрите на этот графин и скажите, это тот самый, что стоял в буфете субботним вечером в пять часов пятнадцать минут?

– Тот самый, – ответил свидетель. – Я купил его по приказу мистера Хьюма у «Хартли» на Риджент-стрит. Весьма дорогой хрустальный графин.

– Сказал ли покойный еще что-нибудь?

– Он упомянул о том, что мистер Флеминг зайдет позже вечером, чтобы сыграть партию в шахматы, поэтому надо приготовить достаточно выпивки. Я решил, что это была шутка.

– Потом, в шесть часов десять минут, вы открыли входную дверь и впустили обвиняемого?

Показания Дайера почти полностью совпадали со словами предыдущего свидетеля, однако его рассказ звучал более напряженно.

– Я отвел обвиняемого в кабинет мистера Хьюма. Они не пожали рук. Мистер Хьюм сказал мне: «Это все, можешь идти. Проверь, готова ли машина». Я вышел и закрыл дверь. В тот момент мистер Хьюм сидел за столом, обвиняемый – в кресле перед ним. Не припомню, чтобы я слышал, как дверь запирается на засов. Не могу сказать, что я был встревожен, однако мне было как-то не по себе, поэтому я решил остаться за дверью.

Его последняя короткая фраза оказалась весьма наглядной. Легко было представить Дайера, застывшего у двери в маленьком темном коридоре. Даже днем там было мало света, заметил он. В конце коридора находилась дверь, выходящая на бетонную дорожку со стороны дома мистера Флеминга. Раньше в ней была стеклянная панель, но полгода назад мистер Хьюм, оберегая свое личное пространство, установил новую глухую дверь. По вечерам в коридор проникало лишь немного света из холла. Вот как выглядит рассказ Дайера, сведенный к форме официального заявления:

– Я услышал, как обвиняемый сказал: «Я пришел сюда не для того, чтобы совершить убийство, разве что это будет абсолютно необходимо». Ответа мистера Хьюма я не расслышал, очевидно, он произнес его слишком тихо. Вскоре мистер Хьюм заговорил резким голосом, но его речь по-прежнему оставалась неразборчивой. Наконец я отчетливо услышал: «Молодой человек, что с вами? Вы сошли с ума?» Раздались звуки, похожие на драку. Я постучал в дверь и спросил, все ли в порядке. Мистер Хьюм ответил, что все хорошо, но мне показалось, что он тяжело дышал, как будто задыхался.

Он попросил меня сходить за машиной, и я повиновался. Я был обязан это сделать, иначе потерял бы свое место. Я надел шляпу и пальто и направился в «Пиренейский гараж». До него минуты три-четыре ходьбы. Там я узнал, что мастеру потребуется еще немного времени. Затем я поехал обратно, однако на улице стоял туман, и я вошел в дом, когда часы в холле показывали шесть часов тридцать две минуты.

Повернув в коридор, ведущий к кабинету, я увидел у двери мисс Джордан. Она сообщила, что в кабинете драка, и попросила вмешаться. Затем она побежала ко мне, споткнулась о чемодан доктора Спенсера Хьюма и упала на пол. Когда я предложил вызвать полицию, она накричала на меня. Кажется, она была в слезах.

Затем по моему совету она пошла за мистером Флемингом, а я в это время взял кочергу. Потом мы трое приблизились к кабинету и стучались около минуты, пока наконец обвиняемый не открыл дверь (несомненно, она была заперта на засов).

Обвиняемый сказал: «Ну что ж, пожалуй, вы можете войти», и мы с мистером Флемингом так и сделали. Я сразу подошел к мистеру Хьюму, который лежал в точности как на той фотографии. Стрела, которую вы мне показывали, торчала из груди. Я не стал слушать его сердце, опасаясь испачкаться в крови. Вместо этого я пощупал пульс – он был мертв.

В комнате никого больше не было. Я сразу направился к ставням, позвав с собой мистера Флеминга. Дело в том, что даже тогда мне не пришло в голову, что убийство мог совершить джентльмен, каковым я считал обвиняемого. Ставни и окна были закрыты.

Сколько людей, столько и мнений, однако Дайер был нужен генеральному прокурору лишь для подтверждения показаний мисс Джордан.

– Скажите, Дайер, как отреагировал обвиняемый на предложение вызвать полицию?

– Он сказал: «Полагаю, надо с этим кончать, и поскорее».

– Вы что-то ответили?

– Да, сэр. Я знаю, что мне стоило промолчать, но я не смог сдержаться. Он сидел в кресле, перекинув ногу через подлокотник, будто хозяин дома, и зажигал сигарету. Я спросил: «Вы что, сделаны из камня?»

– И что он сказал?

– Он ответил: «Это ему за то, что отравил мой виски».

– Что вы тогда подумали?

– Я не знал, что и думать, сэр. Я посмотрел на буфет и спросил: «Какой виски?» Он указал на меня сигаретой и произнес: «Послушайте, ваш хозяин угостил меня виски с содовой, в котором было что-то подмешано, какой-то наркотик. Я потерял сознание, и тогда его кто-то убил. Меня подставили, и вам это известно».

– Вы проверили буфет?

Первый раз свидетель положил руки на бортик.

– Да, графин был наполнен виски, как и