Дорога - Александра Маринина

Но дождаться было не суждено.

В декабре на Москву обрушились невиданные морозы,закрывались детские сады, отменялись занятия в школах, кое-где лопались трубы иотключалось отопление. Клара Степановна теперь постоянно находилась уРомановых: Коля не ходил в школу, Леля – в садик, а Люба и Родислав вынужденыбыли ежедневно отправляться на работу. У них в квартире батареи еще грели, новсе равно было ужасно холодно, все ходили одетые в два-три свитера, на ногах –по две пары толстых вязаных носков, а у Лели на ручках – тонкие пуховыеперчатки, привезенные откуда-то из Скандинавии и подаренные Аэллой.

В один из таких дней Родислав пришел около десяти вечера ишепнул Любе:

– Нам надо поговорить.

Пока стояли морозы и Клара Степановна жила у них, ни о какихночных поездках к Лизе не могло быть и речи, и Родислав бывал у любовницы повечерам, придумывая для матери разные благовидные предлоги. И поговорить обовсем, что связано с их договором, супруги могли теперь только в спальне, потомучто и на кухне, и в гостиной невозможно было спрятаться от внимательных глаз иушей.

Люба кормила мужа ужином, то и дело прислушиваясь кбормотанию, доносящемуся из радиоприемника. Она, как многие в эти дни,постоянно ждала прогноз погоды в надежде наконец услышать заветные слова о том,что морозы ослабеют и начнется повышение температуры.

– …введен в эксплуатацию первый агрегат крупнейшей вРоссии Саяно-Шушенской ГЭС…

– Родислав, Лелю пора укладывать, – строго сказалаКлара Степановна. – Пусть Люба уложит девочку, я сама за тобой поухаживаю.

Люба послушно вышла из кухни. Пусть мать пообщается с сыном,пусть почувствует себя хозяйкой: как она скажет, так и будет. Она ведь однаживет, после смерти Софьи Ильиничны ей и поруководить-то некем.

– Мама, а завтра тоже будет холодно, каксегодня? – спросила Леля, уютно завернувшись в одеяло.

– Пока не знаю, солнышко.

– А когда ты будешь знать?

– Когда по радио передадут прогноз.

– А когда его передадут?

– Уже скоро. Наверное, прямо сейчас передают.

– Так тебе же не слышно! Иди послушай, потом мнескажешь. Только не обмани, обязательно приди и скажи, я не буду спать.

– Хорошо, солнышко, – Люба улыбнулась и поцеловаладочурку, – я послушаю и обязательно тебе все расскажу. А теперь ложись набочок и думай о приятном.

– Я буду про лето думать, ладно? Летом тепло и солнышкосветит.

– Хорошо, думай про лето.

Она вернулась на кухню и успела как раз к прогнозу.

– …исключительно активные атмосферные процессы происходятна европейской территории страны… в Центральном районе трескучие морозы…холодная погода на Европейской части СССР в ближайшее время сохранится…

– Опять холодно, – жалобно простонала КлараСтепановна. – Что же это делается? Дети не учатся, в сад не ходят. Хорошо,у вас бабушка Клара есть, а как быть тем, у кого нет бабушек? На кого детейоставлять?

«Хорошо, – внезапно подумала Люба, глядя на свекровь,наливающую сыну чай. – Пусть будут морозы. Пусть они будут как можнодольше. Потому что пока закрыт детский сад, Клара будет жить у нас, а пока онаживет у нас, Родислав не ночует у Лизы. И вообще ездит к ней не так уж часто, ато мать что-нибудь заподозрит. Может быть, такая погода поспособствует тому,что у них все само собой сойдет на нет. Или они все-таки поссорятся из-за того,что Родик не может бывать у нее так часто и подолгу, как прежде».

– Баба Клара! – в кухню заглянул Коля. – Идискорее, фигурное катание начинается.

– Ой! – подхватилась Клара Степановна. –Спасибо, деточка. Чуть не пропустила. Там же мои любимые выступают Линичук сКарпоносовым и Володя Ковалев. Ну, Любочка, дальше ты уж тут сама управляйся, як телевизору побегу. Вот спасибо Коленьке, что вовремя позвал, хороший онмальчик.

– Хороший мальчик, – усмехнулся Родислав, когдамать вышла. – Небось творит черт знает что, пока мы с тобой на работе.Мама с ним никогда не справится, он всегда знает, как сделать так, чтобы быть«хорошим мальчиком». Тебя давно в последний раз в школу вызывали?

– Как раз перед тем, как морозы грянули, –вздохнула Люба. – Опять играл на деньги. И знаешь, что самое смешное?Директор на него кричит, а Колька ему спокойно отвечает: «В игре самой по себеничего плохого нет, весь мир играет, кто в футбол, кто в шахматы, кто на бирже.Плохо, когда игра идет нечестная, мошенническая. А я играю честно. Меня никтони разу за руку не схватил. Просто я более умелый, поэтому и выигрываю. В любомспорте выигрывает тот, кто сильнее. Я – сильнее».

– Аргумент, – согласился Родислав. – И многоон выиграл?

– Пятнадцать рублей с копейками. Потом за эти деньгикупил у какого-то пятиклассника диск «Бони М», который ему родители достали, иперепродал своему приятелю из соседнего дома за четвертной. Родик, меня этобеспокоит.

– Ничего себе приятель у нашего сына! – удивилсяРодислав. – Имеет свободные двадцать пять рублей. В его-то возрасте!

– Этот мальчик постарше, он в техникуме учится. И мнене нравится, что у Коли какие-то денежные дела со старшими ребятами. Родик,надо что-то делать. Ты бы поговорил с ним.

– Любаша, ты же знаешь, сколько раз я с нимразговаривал. У него на все один ответ: «Ты прав, папа, мне нужно думать обучебе, и я обязательно возьму себя в руки и буду хорошо учиться». И смотритясными и честными глазами. Потом на пару недель затихнет, принесет из школынесколько пятерок, благо мозги у него хорошие и ему это не трудно, а потомопять все сначала. Могу себе представить, где он шатается целыми днями, покауроков нет, а мы с тобой на работе.

– Я у Клары Степановны спрашивала, она меня заверила,что Коля только по ее просьбе ходил в магазин, а все остальное время был дома,с ней.

– Ну, ты ей верь больше. Она всю жизнь его покрывает.Моя мама испытывает к нашему Кольке необъяснимую слабость.

– Почему же необъяснимую? – улыбнуласьЛюба. – Он все-таки ее внук.