Потеряшка - Брайан Макгиллоуэй

Периодически Люси заглядывала в палату через окно в двери. У нее создалось впечатление, что женщина в черном очень много говорила, в то время как девочка упорно молчала. Наконец Мэттьюз встала и вышла из палаты.

– Ничего не получается, – покачала она головой, глядя на Робби.

– Сержант Блэк, – протянула ей руку Люси.

Доктор взяла протянутую руку и вяло встряхнула ее.

– Скорее всего, ваш приход только усугубил положение, – сказала она.

Девушка не стала спорить. Все ее предыдущие встречи с психиатрами, пытавшимися лечить ее отца, уничтожили в ней последние капли уважения, которое она еще испытывала к представителям этой профессии. Кроме того, не было смысла злить Мэттьюз без всякой на то причины.

– И каково ваше мнение? – спросила мисс Блэк.

– Я стараюсь не навешивать ярлыки на своих пациентов, – ответила женщина, слегка сморщив нос, как будто этим она хотела показать свое недовольство вопросом сержанта. – Однако мне кажется, что девочка страдает селективным мутизмом[18].

– Почему?

– По моему мнению, она пережила недавно какой-то шок, – объяснила свой вывод доктор. – Что-то, что заставило ее выбрать молчание. Потому что физических препятствий я никаких не вижу.

– Какой-то шок? – повторила Люси.

– Да, – подтвердила Мэттьюз. – Селективный мутизм очень часто свидетельствует о какой-то психологической травме.

– А то, что она потерялась в лесу и провела там несколько часов в снегу и холоде, не могло это вызвать? – поинтересовался Робби.

Психиатр несколько минут обдумывала услышанное, а потом кивнула.

– Вполне возможно. У каждого человека свой порог сопротивляемости, – объяснила она. – То, с чем легко справляется один, для другого может быть совершенно непереносимым.

– Мы предполагаем, что на девочке есть следы крови, – вмешалась мисс Блэк. – И думаем, что она контактировала с кем-то, кто мог быть так или иначе ранен. Как вы считаете, это можно назвать стрессом?

– Думаю, что вы вполне можете это так назвать, – ответила, подумав, ее собеседница.

Появилась врач-индианка, которую Люси видела еще утром, и девушка кивнула Кларку. Эксперт извинился и вместе с педиатром вошел в палату. Элис подозрительно уставилась на него, когда он подошел к кровати.

– Итак, – сержант Блэк опять повернулась к Мэттьюз, – каким образом вы собираетесь выводить девочку из этого состояния?

– Не знаю, – ответила врач несколько резковато. – Она сама должна из него выйти, когда придет время.

– А ускорить этот процесс никак нельзя?

Женщина искоса глянула на Люси.

– Когда она мне поверит, то заговорит. Ускорить выздоровление невозможно.

За спиной врача появился Тони и жестом показал сержанту, что он хочет, чтобы она зашла в палату.

– И все-таки нам может это понадобиться, – ответила девушка психиатру, направляясь к нему.

Когда она вошла, Кларк снимал резиновые перчатки. Прежде чем заговорить, он отвел Люси в дальний угол палаты, подальше от кровати, на которой лежала Элис.

– У нее все руки в крови, – прошептал эксперт.

– А почему вы раньше этого не заметили? – Несмотря на инстинктивное неприятие Мэттьюз, в одном Люси была с ней согласна – надо свести все анализы и обследования к минимуму.

– Сейчас кровь не видна. Должно быть, снег смыл ее, пока девочка шла по лесу и падала там. Но под люминолом следы видны. Хотя сейчас речь идет уже не просто об эффекте распыления – скорее всего, девочка контактировала с кем-то, кто серьезно кровоточил.

Мисс Блэк бросила взгляд на девочку, скорчившуюся на кровати:

– Интересно, кто это был и где он сейчас?