Гардемарин в юбке - Ирина Хрусталева

Только Юля проговорила эти слова, как послышался громкий голос хозяина дома:

– Прошу внимания, господа! Хочу сообщить вам радостную новость. Не знаю, как для вас, а для меня она действительно радостная. Скоро в нашей семье будет прибавление, моя жена Юленька ждет ребенка. Надеюсь, что это будет мальчик, продолжатель нашей древней фамилии Демидовых.

Все захлопали, и кто-то из толпы ядовито спросил:

– А если будет девочка?

Вадим не растерялся и тут же заткнул рот умнику:

– Если родится девочка, это замечательно, пусть она будет похожа на мою чудесную жену. И надеюсь, что следующим уж точно будет сын. А если опять дочь, значит, будем плодить Демидовых до победного конца.

Все дружно засмеялись и захлопали. Вероника посмотрела туда, где стояли родственники Вадима, и увидела, каким злобным огнем горят глаза Эллочки-людоедочки. Она наклонилась поближе к Юлиному уху и прошептала:

– Посмотри на Эллу, ее глаза сейчас начнут стрелять трассирующими пулями.

– Пусть побесится, кто ей-то запрещал рожать? Мне Роза Ефимовна рассказывала, что Саша очень еще хотел детей, тем более Лариса больной родилась, а Элла ни в какую: очень боялась фигуру испортить.

– Кстати, Юль, что-то Ларисы я сегодня не вижу.

– Так она в клинике, ей еще две недели лежать.

– Понятно. Ты ее тогда на выходные-то забирала, помнишь, что мне говорила?

– Да забирала, потом пожалела сто раз. Странная она! Я с ней разговариваю, а она ни на какие вопросы не отвечает, только на меня пялится. Рассматривает, как экспонат в Оружейной палате. Правда, на второй день вроде оттаяла немножко, даже улыбнулась пару раз. А когда за ней шофер приехал, она подошла ко мне и спросила:

– Ты возьмешь меня к себе на следующие выходные?

Я, конечно, пообещала, что заберу, но у нее вдруг началось обострение, и Вадим отправил ее в клинику. Между прочим, Эллочка меня обвинила, что так случилось. Говорит, что это я что-то ей там понарассказывала, и у впечатлительной девочки крыша поехала. Я думала, загрызу эту дуру, ну и ляпнула ей, что нормальные бабы ненормальных детей не рожают. Конечно, я погорячилась, потом даже извинилась перед ней, но думаю, что сегодня поэтому Ларисы и нет. Они же могли забрать ее из клиники на несколько часов, но не забрали. Ну и бог с ними, их дочь, пусть поступают, как хотят. Мне-то что лезть в их дела? Своих забот теперь будет хватать, как маленький родится, да и сейчас нужно о нем уже подумать. Побольше гулять, витамины есть, ни на что не обращать внимания, не нервничать, и все такое… Между прочим, вон тот психолог стоит рядом с моей свекровью. Помнишь, о котором я тебе говорила? Это он с Ларисой занимается. Его Константин Родионович зовут, он, кстати, наш сосед, его дом рядом, за нашим забором, они с Вадимом по одному проекту дома строили. Ты только посмотри, посмотри на его улыбку, прямо водой запить охота!

Вероника посмотрела в ту сторону и про себя отметила: «Действительно на эскимо похож, только подтаявшее».

К подругам подбежала Светка с вытаращенными глазами и закричала:

– Мне срочно нужно домой! Сейчас позвонила свекрови, она там уже по потолку ходит! Ромка не спит, разорался, она не может его успокоить и не знает, что делать. Где Краснов?

– Успокойся! Нужно, значит, сейчас поедем, – проговорила Ника. – Чего кричать-то? Краснов твой вон, с Вадимом и Романом коньяк дегустирует, сейчас позову.

Вероника подошла к мужчинам и, извинившись, объяснила Виктору, в чем дело. Он тут же начал прощаться с Вадимом и рысью подбежал к Светлане. Роман тоже подошел и сказал, что он вместе со всеми. Девушки расцеловались с Юлькой, попрощались с гостями и отправились по домам. Роман поехал на своей машине, и Ника наблюдала в зеркале, как позади маячат фары его автомобиля.

Они вернулись домой уже в двенадцатом часу, а уснули только под утро. В ту ночь Роман был необыкновенно ласков, и вообще Вероника заметила, что он был каким-то другим. Уже засыпая, она, ехидно улыбаясь, подумала про себя: «Да, дорогой, ревность – это, конечно, большой недостаток, но как он иногда помогает нам, женщинам, почувствовать, что мы нужны».