Банда отпетых дизайнеров - Елена Логунова

– Я боюсь, что бычки не захотят подходить к кабелю, – тут он опасливо поежился, видимо, предвидя активное сопротивление бычков. – Я, собственно, к Алке за австралийским опытом пришел.

Не желая показаться предмету своего обожания неквалифицированной бестолочью, слегка поддатая скотовладелица Трошкина переборола природную жалостливость и с пьяной удалью предложила:

– Если у тебя нет соответствующего оборудования, можно попробовать загнать бычков под линию электропередачи над железнодорожными путями.

Это была интересная и весьма оригинальная мысль, но Зяма немедленно подверг ее критике.

– Данный способ должен быть хорош для африканских жирафов! Бычки гораздо ниже ростом, они не достанут до проводов, – тут он позволил себе удивиться: – Как же вы это проделываете с мелкими овцами?

– Мы… их… подбрасываем! – выдала Трошкина с долгими паузами, придавшими ее словам большую значительность.

– На три метра в высоту?! – изумился Зяма.

Я сидела и давилась смехом, одновременно давая себе страшную клятву впредь никогда в жизни не пересчитывать перед сном воображаемых овец. Теперь мне наверняка примерещится, будто мы с Трошкиной на пару, кряхтя и сопя, раскачиваем за копытца кротких мериносов и с возгласом: «Сто сорок первая овца! Пошла, родимая!» подбрасываем несчастное животное в синее австралийское небо, располосованное электрическими проводами. После такого всякий сон потерять можно!

– Мы… используем… батут! – вывернулась находчивая Алка. – Бросаем овцу на него, а там она уже сама подскакивает к проводам!

– Весело и с удовольствием! – выдохнула я и убежала в ванную, чтобы просмеяться там вдали от подружки и братца, с глубокомысленным видом обсуждающих бредовые сценарии массовой гибели мясомолочных животных.

За шумом воды я не сразу услышала звонок своего телефона, который оставила в кухне на столе. Когда я прибежала на призыв разрывающегося от звона аппарата, Алка с Зямой уже были в кухне. Братишка поднес к уху мобильник, послушал немного и передал мне со словами:

– Тебя, из милиции!

В первый момент я подумала, что «милиция» – это капитан Кулебякин. Я уже приготовилась сказать милому все, что я думаю о его манере уходить в отпуск, как на секретное задание, но голос, раздавшийся в трубке, принадлежал не Денису. И даже не Барклаю, звонку которого я удивилась бы меньше, нежели неурочному вызову шефа.

– Инночка! – заискивающе проворковал Бронич. – Извини, что я тебя беспокою, но мне срочно нужна твоя помощь.

– Всегда пожалуйста, шеф, – пробормотала я, недоумевая, чем вызваны нехарактерные для Бронича просительные интонации. Обычно он разговаривает с употреблением множества ласковых словечек, но совершенно непререкаемым начальственным тоном. – А что нужно?

– Нужно съездить в офис и привезти мне чистый костюмчик, – смущенно ответил шеф. – И еще машинку мою забрать со стоянки, пока ее на штрафплощадку не увезли. Костюмчик на вешалке в моем кабинетике, запасные ключи от «Тойоты» в кармашке пиджачка.

– Ну, ладно, – согласилась я, внутренне изумившись тому, что Бронич отдает свою любимую машину в чужие руки.

И зачем ему свежий костюмчик из кабинетика? Не проще ли взять чистую одежку из шкафчика в квартирке? И почему с этими интимными просьбочками шеф звонит мне, а не своей супруге?! Также хотелось бы знать, где Бронич пропадал сегодня полдня и каким образом испачкался так, что стал остро нуждаться в смене одежды. Я решила, что при встрече задам шефу все эти вопросы списком, и временно ограничилась одним-единственным:

– Куда вести машину и везти костюм?

– В милицию, Инночка! – смущенно молвил Бронич. – В обезьянничек УВД Центрального округа!

– В обе… – Я потеряла дар речи, а шеф отрубил звонок.

– Ни фига не понимаю! – сообщила я Зяме и Алке, поглядев на них круглыми, как автомобильные фары, глазами. – Бронич звонит из обезьянника и просит доставить туда «Тойоту» и костюм!

– Для обезьяны? – хмурясь от усилия понять, уточнила Трошкина, не знакомая со специальными милицейскими терминами.

– Нет! Костюм не для обезьяны! И машина, я думаю, не для того, чтобы мартышек катать! – излишне резко возразила я. – «Обезьянник» – это такое место, куда менты сгоняют задержанных граждан до выяснения их личностей.

– Значит, Михаил Брониславич угодил в милицию? – вылупила глаза Алка.

– Похоже, что так!

– А за что? – поинтересовался Зяма. – Бронич ваш вроде приличный мужик?

– Не знаю! – я пожала плечами. – И не понимаю, почему он звонит оттуда мне, а не своему адвокату или влиятельным друзьям из органов… Впрочем, нет, понимаю. Ключи от офиса есть только у меня и у Катьки, но Катерина не умеет водить машину…

Я посмотрела на часы – они показывали самое начало восьмого – и спросила:

– Ну, кто со мной? Есть возможность покататься на новенькой иномарке с кондиционером!