Полное затмение - Лиз Ригби

Ломакс понял, что пес заболел. Он вспомнил, как вел себя Депьюти в предшествующие дни, и решил, что собака больна уже давно. Если назавтра ему не станет легче, Ломакс пропустит судебное заседание и отведет пса к ветеринару.

Беспокойство мешало уснуть. Он дважды вставал и перечитывал письмо. Размер букв и стиль письма указывали на то, что Джулия писала его в сильнейшем нервном возбуждении. Об этом свидетельствовали не столько угрозы, сколько яростно зачеркнутые фразы. Автор письма был сильно напуган. Под утро Ломаксу пришло в голову, что письмо может стать доказательством в защиту Джулии.

* * *

Ветеринар не нашел у собаки никаких признаков болезни, но взял несколько анализов.

— Обычно он не такой, — говорил Ломакс, пока пес покорно стоял на столе ветеринара. — Обычно он жует ваш рукав.

— Как же, помню, — мрачно заметил ветеринар.

Он обещал позвонить и сообщить результаты анализов. Пес с кротким видом вышел из двери кабинета, даже не зарычав на прочих собак, ждавших в приемной.

Рядом с клиникой уличный торговец продавал фильтры для затмения. С приближением события на улицах появлялось все больше уличных зазывал.

— Интересно, чем вы торгуете, когда нет затмения?

Мужчина вытаращил на Ломакса налитые кровью глаза. Он не улыбнулся.

— Шариками.

Фильтры предлагались различных форм и размеров. Можно было просто приложить их к глазам, можно носить как очки. Дорогие дизайнерские разработки и дешевые экземпляры с проставленной на них датой затмения. Можно было купить также книгу о затмении с вложенным в нее футляром для фильтров.

Было одиннадцать утра. В суде продолжалась скучная процедура выбора присяжных. Мысль о том, что нужно возвращаться в суд, заставила мышцы живота сжаться. Вчера, хотя и чуть живой от усталости, Ломакс успел ощутить, как давит на него это здание с его историей и повседневной практикой.

Он проезжал мимо Традесканта. Ломакс свернул к университетскому городку и припарковался на самой тенистой стоянке. Он хотел оставить пса в машине, но Депьюти выпрыгнул и последовал за ним — нос прижат к земле, хвост волочится по земле. Ломакс застегнул поводок, хотя вряд ли это было необходимо для ставшего таким покорным пса.

Осенний семестр уже начался. Городок приготовился к началу учебного года. В витринах книжных магазинов появились названия новых книг. Преподаватели энергично вышагивали со стопками работ. Студенты все прибывали.

— Профессор Хопкрофт на месте, — сказала женщина-администратор после короткого телефонного разговора. — Вот только правила запрещают входить в здание с собаками.

— Но… — Ломакс хотел объяснить, что пес болен.

— Если, конечно, вам не требуется собака-поводырь. Это тот самый случай?

— Конечно, тот, — согласился Ломакс.

— Хорошо, можете пройти с ним. Третья дверь направо. — Администратор улыбнулась Депьюти, получив в ответ печальный взгляд. — Профессор любит собак, — заметила она.

Хопкрофт обрадовался приходу Ломакса. Еще большее удовольствие ему доставило то, что Ломакс привел с собой Депьюти. Когда Хопкрофт услышал, что пес заболел, он позвонил секретарше:

— У нас здесь больной пес. День жаркий. Что бы вы предписали?

В трубке что-то сказали. Хопкрофт внимательно слушал.

— Ага, — наконец сказал он, подняв бровь. — Моя секретарша считает, что собаки любят кофе. По крайней мере ее собака.

Ломакс удивился.

— Иногда он может выпить чаю. Обычно — воду. А сейчас почти вообще ничего не ест и не пьет.

— Иногда он пьет чай, — доложил Хопкрофт в трубку, жестом показывая Ломаксу, чтобы тот сбрасывал с кресла книжки и присаживался. — Да-да, спасибо. — Профессор положил трубку. — Попробуем без молока и сахара, — сказал он.

Депьюти, с интересом поглядывавший на Хопкрофта, решил, что тот ему нравится. Он обогнул стол и положил морду на большое колено профессора.

— Бог мой! — радостно проревел Хопкрофт. — Многообещающее поведение. Граничит с заигрыванием. Вряд ли этот пес так уж болен. Вы не возражаете, если я осмотрю его?

— Прошу вас, — ответил Ломакс, — но утром ветеринар уже осматривал его и не нашел ничего страшного.

— Угу.

Хопкрофт встал на колени и всмотрелся в морду Депьюти. Он оттянул сначала правое веко пса, затем — левое. После чего, к изумлению Ломакса, Депьюти позволил профессору отвернуть свою нижнюю губу и рассмотреть зубы.

— Угу, — пробормотал Хопкрофт, коснувшись носа собаки и проведя рукой по шерсти. — У него есть синяки или ссадины, доктор Ломакс?

— Нет.

Хопкрофт уселся в кресло. Депьюти снова положил морду на колено профессора.

— Опишите поточнее симптомы болезни.

— Вялость. Апатия. Потеря аппетита.

— И когда все это началось?

— Летом, в Аризоне. Но после возвращения он чувствовал себя хорошо, и я решил, что дело в жаре. В последние недели он снова стал вялым, а вчера даже отказался от еды. Ночью лежит точно мертвый. Может быть, дело и вправду в жаре?

— Вряд ли, доктор Ломакс, — серьезно заявил Хопкрофт. — Жара тут ни при чем. Расскажите, как обстоят ваши дела в обсерватории. Наверное, вы пришли именно поэтому.

— Не совсем. Хотя я благодарен за то, что вы вернули мне работу.

Хопкрофт протестующе поднял руки. Депьюти, не мигая, смотрел на профессора.

— Не стоит благодарности. Вас неправомерно отстранили от должности. Дело не стоит выеденного яйца. Я бы не стал доверять этому человечку с бабочкой ни на грош. Держитесь от него подальше, доктор Ломакс.

— Постараюсь. Согласитесь, это непросто, если он ваш начальник.

— Видимо, все это очень тревожило вас последнее время.

— Это и еще расследование…

— Ага, вот оно что. Расследование убийства. Помнится, прошлый раз вы выглядели весьма возбужденным. И как там обстоят дела?

— Дело рассматривается в суде.

— А почему вы не там?

— Еще пару дней они будут выбирать присяжных. Да и Депьюти заболел.

— Ага. Просто как дважды два. Говорят, Хопкрофт в этом особенно силен. Значит, вчера утром вы оставили собаке еду и отправились в суд. А когда вернулись домой, то обнаружили, что пес выглядит несчастным, а еда осталась нетронутой. Посреди ночи стало еще хуже. Позвольте задать вопрос, доктор Ломакс? Какого черта вы поднимались среди ночи?

— Ну… было жарко.

— Вряд ли, доктор Ломакс, — повторил Хопкрофт. — Жара тут совершенно ни при чем.

Ломакс уставился в пол.

— Вы переживаете? — предположил Хопкрофт.

Он поочередно любовно тискал уши собаки.