Северное сияние - Нора Робертс

— Он убил моего отца.

Эд злопамятен. Ему об этом еще Хопп говорила, когда у того вышла ссора с Хоули.

И стрелки на оперативном стенде. От Гэллоуэя к Максу, от Гэллоуэя к Бингу, от Гэллоуэя к Стивену Уайзу.

Можно добавить еще. От Вулкотта к Максу — обеспокоенный давний друг помогает вдове с похоронами. От Вулкотта к Бингу — подставить человека, который мог вспомнить разговор шестнадцатилетней давности и сделать кое-какие выводы.

Порезанные шины и разрисованный краской пикап Хоули — плата за аварию, замаскированная под подростковый вандализм.

Деньги. Эд Вулкотт — банкир. Лучшего способа спрятать внезапно свалившееся богатство и не придумаешь.

— Моего отца убил Вулкотт. Подонок.

— Правильно. И я это знаю. И ты тоже. И он знает. Но чтобы доказать дело в суде, требуется нечто большее.

— Ты уже с января копаешь. В штате его закрыли, а ты — по кусочку, по крупинке продолжал копать. Я же видела.

— Так дай мне довести его до конца.

— А что, ты считаешь, я собралась делать? — Она прищурилась. Она вышла из дома без темных очков, с пустыми руками — не считая кипучей жажды действий. — Явиться к нему и приставить к голове пистолет?

В ее голосе слышались и гнев, и горе одновременно. Он взял ее за руку. Сжал.

— С тебя станется.

— Не бойся. — Не без усилия она высвободила руку. Осталась наедине со своими эмоциями. — Но я хочу взглянуть ему в глаза, Нейт. И видеть их, когда ты станешь его арестовывать.

Вдоль главной улицы уже толпились люди, торопившиеся занять места получше. На обочине и тротуарах были расставлены складные стулья и холодильные шкафы с напитками, и многие уже сидели и потягивали газировку из пластиковых стаканчиков.

В воздухе стоял гул. Шум, крики, возгласы перекрывали бравурную музыку, транслировавшуюся через громкоговорители.

Перекрестки и боковые переулки были заняты фургонами, торгующими сахарной ватой, мороженым, хот-догами и прочей типичной для праздника едой. Радужные транспаранты и растяжки развевались на ветру.

Тысячи две народу, прикинул Нейт. И многие из них — дети. Будь сейчас обычный день, он бы зашел в банк и по-тихому взял Эда прямо в конторе.

Но сегодня был не обычный день. Во всех отношениях.

Он поставил машину перед участком и затащил Мег внутрь.

— Где Отто с Питером? — строго спросил он у Пич.

— Там, где весь народ. Где и я должна быть. — Она с недовольным видом расправила светло-желтую юбку. — Мы думали, ты рано приедешь…

— Вызывай сюда обоих.

— Нейт, на школьном плацу уже сто человек построились, чтобы маршировать. Нам нужно…

— Вызывай обоих сюда! — рявкнул он. Держа Мег за руку, он шагал в кабинет. — А ты останешься здесь.

— Нет. Можешь не рассчитывать. А кроме того, это неуважение.

— У него лицензия на оружие.

— У меня тоже. Дай мне пистолет.

— Мег, он уже трижды убивал. Чтобы себя оградить, он ни перед чем не остановится.

— Я не вещь, которую можно запереть из предосторожности.

— А я не…

— Да, да. Ты действуешь, как тебе подсказывает инстинкт, но сейчас ты должен себя пересилить. Я не стану просить тебя, приходя домой, оставлять дела службы за порогом. И не буду против, если твоя работа будет отравлять мне жизнь. Я не стану просить тебя быть тем, кем ты быть не можешь. И меня об этом не проси. Дай пистолет! Обещаю: я им не воспользуюсь без крайней необходимости. Я не желаю его смерти. Он мне нужен живым. Чтобы он сгнил в тюрьме. И пусть пойдет туда здоровеньким, чтобы подольше гнить.

— Я должен прояснить обстановку. В дверях показалась Пич.

— Я вызвала ребят, и теперь у нас в городе некому следить за порядком. Какие-то старшеклассники уже вывесили на флагштоке лифчик, кобыла с перепугу лягнула какого-то туриста — он, кажется, в суд подает, — а придурочные братцы Мэк притащили ящик «Будвайзера» и уже нажрались как свиньи.

Сердитые слова вылетали, как автоматная очередь.

— Еще они стащили связку шаров и в данную минуту маршируют вверх и вниз по улице, как идиоты. Нейт, у нас ведь тут журналистов полно, мы под пристальным вниманием прессы. Разве мы такое впечатление хотим оставить?

— Где сейчас Эд Вулкотт?

— Должен быть с Хопп в школе. Они должны ехать в конном экипаже, будь он неладен. Да в чем дело-то?

— Позвони в Анкоридж сержанту Кобену. Скажи, я задерживаю подозреваемого в убийстве Патрика Гэллоуэя.

— Я не хочу его спугнуть, — втолковывал Нейт своим помощникам. — И нельзя, чтобы в толпе поднялась паника. Главное для нас — безопасность гражданских лиц.

— Втроем мы его быстро повяжем.

— Возможно, — согласился Нейт. — Но рисковать жизнью ни в чем не повинных людей мы не можем, Отто. Он никуда не денется. Причин бежать у него нет. Поэтому мы его попасем. До конца праздника он должен быть все время на глазах по крайней мере у одного из нас.

Нейт повернулся к оперативному стенду:

— Вот тут у нас составленный Пич план и распорядок праздничных мероприятий. Они с Хопп движутся сразу за школьным оркестром. Вот тут, видите — под цифрой «шесть». Проходят от школы в центр города, идут по Центральной — и возвращаются в школу кружным путем, уступая место другим. Тут-то мы и можем его по-тихому взять, народу здесь много уже не будет. Риск минимальный.

— Когда они дойдут до другого конца города, — вставил Питер, — одному из нас можно вернуться к школе и аккуратно разогнать оттуда людей.

— Именно это я и хочу тебе поручить. Мы его возьмем незаметно, в самом конце маршрута. Потом привезем сюда и доложим Кобену об аресте подозреваемого.

— И ты отдашь его ребятам из штата? — возмутился Отто. — На блюдечке, после того как сам все за них сделал?

— Это дело ведет Кобен.

— Ерунда. Штат это дело уже спихнул. Решили руки не марать, сделали как легче.

— Это не совсем так, — возразил Нейт. — Но как бы то ни было, порядок есть порядок. И мы его нарушать не будем.

Нашивки и благодарности его больше не интересовали. Это все в прошлом. Он просто должен был доделать свою работу. «Выйти из мрака в свет», — подумал он. Проделать весь путь. От смерти к торжеству справедливости.

— Значит, задача такова: обеспечить безопасность населения и задержать подозреваемого. А дальше пусть Кобен разбирается.

— Ты начальник — тебе и решать. Выходит, придется удовольствоваться видом его вытянутой рожи, когда ты будешь на него наручники надевать. А ведь этот гад старого пса угрохал…

Отто покосился на Мег и слегка зарделся.