Зависть - Сандра Браун

Увидев, что она открыла глаза, Паркер провел руками по спине Марис и несильно стиснул ей ягодицы, заставив улыбнуться. Она слышала, как громко стучит его сердце. При каждом вдохе волосы, росшие на груди Паркера, слегка щекотали ей ноздри, и Марис едва удерживалась, чтобы не чихнуть. В гуще волос темнел маленький мужской сосок, который был совершенно плоским, пока она не коснулась его кончиком пальца.

Паркер судорожно вздохнул, и она почувствовала, как снова нарастает его возбуждение.

— Дай мне еще минуточку… — негромко пробормотала Марис слегка заплетающимся языком.

В груди Паркера глухо загремело, и Марис не сразу поняла, что слышит его смех.

— Я никуда не тороплюсь, — ответил он.

Но прошла не одна минута, а несколько. Марис наслаждалась ощущением установившейся между ними спокойной интимности и удивлялась про себя тому, как, оказывается, приятно вот так лежать с мужчиной — просто лежать и ничего не делать.

Впрочем, тут же поправилась Марис, мужчины у нее уже были, но ни с одним из них она не чувствовала себя так хорошо. Пожалуй, до этой минуты она даже не подозревала о том, что разница между этим мужчиной и всеми остальными может быть так велика.

— Ты отклонился от текста, — прошептала она.

— В самом деле? — слабо удивился Паркер. — Мне казалось, я неплохо помню свои книги.

— Ничего подобного в книге не было, — уверенно сказала Марис. — Ничего даже отдаленно похожего. И не только в твоей книге…

Она приподняла голову и, посмотрев на него, легко поцеловала в губы. Одновременно она соблазнительно задвигала бедрами, стараясь еще больше возбудить Паркера. Издав какое-то хриплое восклицание, он откинул голову далеко назад и с силой сжал руками ее бедра, не давая Марис пошевелиться.

— В чем дело?! — притворно удивилась она.

— Этого в книге тоже не было.

— Ох, извини, пожалуйста. Давай посмотрим, что было дальше… — Протянув руку, Марис нашарила на тумбочке очки и надела их, потом открыла книгу и сделала вид, будто читает. — Ага… Теперь я вспомнила! Дик взял Френчи за руку и направил ее к…

— …К своему члену.

— Да, именно так там и написано. — Скатившись с груди Паркера, Марис снова вытянулась рядом с ним. Под руки ей попалась смятая рубашка, и она уже собиралась ее надеть, когда Паркер отрицательно покачал головой.

Несколько мгновений Марис прижимала рубашку к груди, потом решительным жестом отшвырнула в сторону. Паркер прерывисто вздохнул и провел рукой по ее груди, по животу и влажному лобку, потом несильно стиснул между пальцами сосок. Марис в свою очередь положила руку ему на живот чуть ниже пупка, откуда убегала под простыню темная полоска волос. Она напоминала дорожку, и рука Марис отважно двинулась по ней навстречу неизвестности. Но Паркер успел перехватить ее руку:

— Здесь выдумка заканчивается, Марис.

Она подняла на него глаза. Выражение лица Паркера сделалось решительным и строгим, почти суровым, и Марис поняла — он не шутит. За какие-то доли секунды он оказался на расстоянии нескольких миль от нее, хотя физически они по-прежнему были рядом.

— Что ты хочешь сказать?

— Это не книга, Марис.

— Я рада, что это не книга, Паркер.

— Это реальность!

— Ну и что? — Она слегка пожала плечами. — Я этому только рада.

— Ты не понимаешь… — хрипло проговорил он. — Если ты заглянешь под простыню, ты увидишь… нечто такое, что ни тебе, ни кому-либо другому лучше не видеть никогда.

Марис машинально покосилась на его скрытые простыней ноги и, улыбнувшись, покачала головой:

— Ты думаешь, я испугаюсь твоих шрамов?

— Думаю, что да, — уверенно ответил он.

— В таком случае ты ошибаешься. — Она посмотрела ему в лицо и, чувствуя, как к глазам подступают непрошеные слезы, зашептала, сбиваясь, быстро и горячо:

— Ты и сам не представляешь, что ты для меня сделал! Нет, не перебивай, пожалуйста!.. — воскликнула она, увидев, что Паркер собирается возразить. — …Потому что в другой раз у меня может не хватить смелости сказать тебе то, что я хочу сказать сейчас…

Марис облизала вдруг пересохшие губы.

— Раньше мне приходилось только читать о подобных сексуальных играх, но я никогда не испытывала ничего подобного. Должно быть, поэтому подсознательно я считала — все, что я пережила сейчас: восторг, трепет, исступление, — все это выдумки донельзя развращенных беллетристов. То, что ты сказал мне вчера на берегу… было жестоко, но это была правда. С Ноем я никогда не чувствовала себя раскрепощенной настолько, чтобы не только самовыражаться в любовной игре, но и получать от этого удовольствие. И то, что произошло между нами сейчас, еще неделю назад показалось бы мне немыслимым и невероятным.

Выпалив все это на одном дыхании, Марис перевела дух и продолжала чуть медленнее:

— Могу сказать одно: женщина, которая разыскивала тебя в баре Терри, вряд ли была способна на такую отдачу. А главное — до сегодняшнего дня я сама не понимала, что я теряю. Подсознательно мне всегда не хватало именно этой дикой, ничем не сдерживаемой страсти, когда забываешь обо всем, растворяешься в… в другом человеке. Ты подарил мне свободу, Паркер, но твоему подарку кое-чего недостает. Я имею в виду взаимность. Страсть только тогда может принести удовлетворение, когда она не для одного, а для двоих, когда не только даешь, но и берешь. Так позволь мне разделить твой дар с тобой! — закончила она торопливо. — Пожалуйста, Паркер, я прошу тебя!

Паркер продолжал разглядывать ее из-под насупленных бровей, но в глазах у него появилось какое-то странное выражение. Марис было трудно поверить, что он может выглядеть таким беззащитным и ранимым. Но она не ошиблась. Следующие же его слова подтвердили ее догадку.

— Эти шрамы… они ужасны! Я урод, Марис!

— Не говори глупости. Ты прекрасен!

Она наклонилась к нему, и Паркер, хотя и ощутимо напрягся, не стал ей мешать. Ее губы заскользили по его коже сверху вниз, задержавшись на одном из сосков, и Паркер, сдавленно выругавшись, запустил пальцы ей в волосы.

Марис запечатлела еще один поцелуй на его мускулистом животе и, отбросив простыню, взялась рукой за напрягшийся член. Под ее пальцами он горячо запульсировал, и Паркер застонал.

Марис гладила его, сжимала и отпускала, понемногу поднимаясь к головке, пока не почувствовала под пальцем выступившую на самом кончике капельку семени.

— За что, ты говоришь, Француженка заработала свою кличку? — спросила она и сама удивилась, насколько соблазнительно прозвучал ее неожиданно севший голос.

— Марис!.. — сорвалось с его губ, когда она склонилась над ним.

Приятный мускусный запах ударил ей в ноздри. Живот Паркера судорожно сокращался, до ее слуха долетали его хриплые и бессвязные возгласы, но Марис едва слышала их, поглощенная новым для себя ощущением.