Гений на мушке - Марина Серова

– Господи, Генка, это общение с тётей Милой на тебя влияет самым пагубным образом! И как я раньше не догадалась?!

– Это ты сейчас к чему?

– Где твоя стойкость, где выдержка офицера?! Что за манера поддаваться паническим настроениям и устраивать истерики практически на ровном месте?! – строго выдала я.

– Издеваешься, Охотникова? – растерянно пробормотал приятель.

– Немножко, – повинилась я. И тут же добавила: – Но ты сам виноват! Нечего разводить панику!

– Нет, это виновата ты! Потому что вечно юлишь и скрываешь правду о своих делах от верного друга! А я, между прочим, переживаю! Ночей не сплю! Вот и сейчас кошмар мне приснился, я уснуть больше не смог – всё мысли в голову лезут, одна страшнее другой!

– Ладно, Геночка, что со мной может случиться?! Подумай сам!

– То, что вечно с тобой случается!

– Тогда просто поверь, со мной всё в порядке.

– А ранение?!

– Небольшая царапина, не требующая особого внимания.

– Как же, а нитки и иголки для накладывания швов?!

– Купила на всякий случай, перестраховываясь. Но ничего из вышеперечисленного не потребовалось. – Я сознательно приуменьшила ущерб, нанесённый Георгию. Ведь Генке вообще, похоже, не светит узнать подробности этой истории.

– Но эта «незначительная царапина», она всё же имеется?

– Да, без сомнения.

– Но она не на твоём теле?!

– Я не ранена, это абсолютно точно! Более того, со мной всё в порядке. Можешь не переживать больше и наплевать на тревожные сны вкупе с дурными предчувствиями. Спокойно работать и крепко спать по ночам.

– Ладно. Только сначала скажи, кто ранен? И я совершенно успокоюсь. Только правду, Жень!

– Я не могу ответить на этот вопрос без согласия своего нового клиента. Потому что тогда рискую нарушить пункт договора о конфиденциальности. – Говоря так, я, конечно же, лукавила, потому что Георгий не был моим клиентом, соответственно, у нас не было договора об охране. Но раскрывать полковнику полиции его имя и рассказывать подробности происшествия без разрешения парня значило разрушить то доверие, что установилось между нами с первой минуты знакомства. Разумеется, мне этого делать не хотелось.

Генка неожиданно полностью удовлетворился моим туманным ответом и успокоился. Прекратил все расспросы, пожелал удачной работы и высказал предположение, что после его возвращения в город мы обязательно пообщаемся. А если будет возможность, и встретимся. На том мы с ним и простились.

Потом я ещё немного повалялась в постели, лениво потягиваясь и размышляя, с чего это Генку так понесло по кочкам? Полковник, конечно, мой давний друг и действительно хорошо знает, что моему характеру присуща доля авантюризма. Кроме того, он регулярно объясняется мне в любви, тем самым намекая, что моя особа ему безмерно дорога. Но одновременно с этим Петров не понаслышке знает, какую подготовку заставляли пройти каждого курсанта в Ворошиловке. А также знает, как блестяще я всегда справлялась со всеми тестами и тренингами. Он в курсе, какого уровня специалистом я являюсь, и прекрасно знает, что серьёзных проколов или поражений в моей карьере никогда не было. Понимает, что глупо подставляться вовсе не в моей манере. Так откуда же, спрашивается, подобное недоверие? Нервы, паника? С чего это всё?! Не иначе как пагубное влияние тёти Милы. Ой, зря я в своё время свела этих двоих. Теперь вот вынуждена пожинать плоды их тесного общения. Нужно обязательно что-то сделать с этой тревожной тенденцией, и как можно быстрее. Не стоит дожидаться, пока ситуация необратимо изменится не в мою пользу.

Но строить дальнейшие планы я предпочла уже не лёжа в постели, а во время пробежки. Сегодня, бегая аллеями парка, я задумчиво улыбалась. Генка считает меня специалистом по каверзам? Что ж, это я в два счёта организую.

* * *

После пробежки я ещё долго и с удовольствием занималась на свежем воздухе. А потом вернулась домой, приняла душ, вышла на кухню, чтобы позавтракать, и снова застала там тётю Милу. Кажется, у нас потихоньку появилась некая новая традиция.

– Доброе утро, – поздоровалась я, стоя на пороге кухни.

– Здравствуй, Женечка, ты уже вернулась?! – Тётя Мила суетилась у плиты.

– Да, вот позавтракать собираюсь. А тебе снова не спится? – Я потянула носом: пахло выпечкой, ванилью и орехами. – О, ты печенье затеяла? Опять?! Да с самого утра? А что, и повод имеется?

Вместо того чтобы ответить, тётушка ненадолго замялась, немного задумалась, потом неожиданно зарделась, но всё равно продолжала молчать. А я понемногу стала догадываться, что именно происходит. Похоже, что вчерашние комплименты по поводу вкусной еды и слова благодарности, которые говорил Георгий, упали на благодатную почву. Тётя Мила решила продолжить проявлять активную заботу.

– Понимаешь, Женечка, – наконец проронила она, – захотелось свежего печенья.

– Правда?! Так сильно, что ты поднялась в несусветную рань, чтобы заняться выпечкой? Я так и думала!

– Вот только не нужно твоих намёков вот этим вот ехидным тоном! – возмутилась она.

– Тогда не нужно со мной хитрить! – немедленно парировала я.

– Да, я переживаю за бедного мальчика! И что тут такого криминального?! Проснулась пораньше, стала думать о нём. Как там Георгий? Да как его самочувствие? Потом я вспомнила, что о ребёнке и позаботиться толком некому! Некому чая согреть или сделать тёплого молока! А он всё-таки ранен! И может чувствовать себя очень плохо. Жень, мальчишку может начать лихорадить! А потом я подумала: что, если испечь вкусного домашнего печенья, мальчик ведь сам признавался, что сладкоежка…

– Тогда будет вполне оправданный повод для неожиданного визита? – хмыкнула я, запихивая хлеб в тостер и нажимая кнопку. – Тётя Мила, ты бесподобна.

– А что, разве мы не можем его разочек проведать?

– Договорились же вчера: никакой излишней опеки, критики и общения, граничащего с навязчивостью. Он взрослый молодой человек. Со своей жизнью и со своими проблемами, которые он сам привык решать. Зачем нам лишний раз к нему лезть?

– Не такой он уж и взрослый, – возразила тётушка, – лет двадцать, не больше. Некоторые себя в этом возрасте ещё подростками считают.

– Это не тот случай, в нём нет ни грамма инфантильности. Георгий работает с четырнадцати лет, давно сам себя содержит. Он рано повзрослел, поверь моему опыту.

– Да, но Георгий ранен! Ему забота требуется, если уж в больницу ехать отказался!

– Его зашили бы, обкололи лекарствами и отпустили, выписав рецепт. По сути, я проделала то же самое, только дома. Так что отдых и покой – это единственное, что ему сейчас нужно! А рана у парня не такая уж и серьёзная. Помощь ему оказали своевременно и правильно, при соблюдении должного режима он быстро и легко восстановится. Организм-то молодой!