Смерть в сумасшедшем доме - Кэролайн Данфорд

– Порой я в этом сомневаюсь, – сказал Рори и вышел из библиотеки, тихо прикрыв за собой дверь.

* * *

Я проснулась и обнаружила, что Мэри раздувает огонь в камине. В окна лился солнечный свет – я заморгала и отвернулась.

– Что досточтимая мадам прикажет подать на завтрак? – поинтересовалась Мэри. – Куриное крылышко и стакан шампанского?

– Бокал шампанского, – поправила я. – Но мадемуазель удовольствуется слабо заваренным чаем и кусочком поджаренного хлеба.

Мэри, сев на пятки, взглянула на меня:

– Попробую это раздобыть, да только миссис Дейтон уже готовит для тебя во все тяжкие. По крайней мере, она твердо решила напоить тебя бульоном – считает, тебе понадобятся силы для разговора с полицией.

– О, полиция уже здесь?

– Местные легавые приезжали брать показания, но доктор Симпсон их к тебе не пустил, так что сегодня утром прислали кого-то особенного.

– Мне это льстит, – кисло сказала я.

– Я вот думаю, не входит ли теперь в мои обязанности одевать тебя после завтрака…

– Не заводи шутку так далеко, Мэри. – Я смело приняла сидячее положение, и комната тотчас закачалась вокруг меня. Пришлось обхватить голову руками.

– Эй, полегче! – Мэри бросилась ко мне и уложила обратно на подушку. – Я передам полицейским, что ты еще слишком слаба. Такая бледненькая! Рори сказал, белая, как поганка, или что-то вроде того.

– Как бумага? Нет, я справлюсь. Если есть хоть малюсенький шанс поймать убийцу, то чем раньше я расскажу то немногое, что мне известно, тем лучше.

– Но если что, пеняй на себя, – покачала головой Мэри.

После того как я исхитрилась проглотить скромный завтрак и она помогла мне переодеться, в дверь библиотеки постучали – явилась полиция.

– Батюшки, сержант Дэвис! – в изумлении воскликнула я. – Как приятно вас видеть! – И покраснела. – То есть обстоятельства, конечно, не слишком приятные, но…

– Мисс Сент-Джон, – кивнул мне сержант. Затем он пододвинул к дивану стул, уселся, достал записную книжку, послюнил карандаш и издал глубокий вздох. – Итак, ходят слухи, вы опять спелись с большевиками…

– С большевиками? О боже! – вознегодовала я. – Только не говорите мне, что кто-то снова решил выдать эту чушь за официальную версию! ⁸

– Я просто пошутил, мисс. Однако любопытно было убедиться, что вы никогда не верили в официальную версию убийства прежнего лорда Стэплфорда. Ее выдвинул мой инспектор, но вы, как весьма сообразительная юная леди, были, очевидно, осведомлены об этом деле куда лучше.

Я откинулась на подушку и попыталась собраться с мыслями. В прошлый раз у меня сложилось впечатление о сержанте Дэвисе, как о человеке проницательном, умном, хитром, но надежном и преданном своему делу, и я не видела причин менять свое мнение.

– Едва ли я могу быть осведомлена лучше, чем полиция, сержант. Мне очень жаль, что вам так показалось.

– Утешьте меня, скажите, что на этот раз вы не спотыкались ни о какие трупы.

– Я не знала, что речь будет идти о трупах, ведь… – начала я и ужаснулась: – О нет, неужели миссис Уилсон?!. – Закончить предложение мне не удалось.

– Нет, насколько я знаю, мисс. Однако доктор Симпсон сказал мне, что ее жизнь висит на волоске. Как говорится, все в руцех божиих.

– Бедная женщина. Она мне никогда не нравилась, но я такого не пожелаю и злейшему врагу, – честно призналась я. В голове у меня звякнул тревожный колокольчик и тотчас смолк.

– Если верить здешним сливкам общества – я имею в виду леди и джентльменов, присутствующих в поместье, – на спиритическом сеансе ничего особенного не произошло. Мероприятие оказалось не столько духовидческим, сколько бездуховным. – Сержант засмеялся над собственной шуткой и вдруг резко оборвал смех. – Но я задаюсь вопросом: нет ли связи между этим сеансом и ночным нападением. Как вы полагаете, мисс Сент-Джон?

– Миссис Уилсон была очень недовольна тем, что ее заставили участвовать в сеансе, и странно отреагировала на послание. – Я замолчала, еще не решив, насколько откровенной можно быть с полицией.

– Что же говорилось в послании?

– Ребенок жаловался, что мать его забыла.

Сержант Дэвис присвистнул в усы и застрочил в блокноте карандашом.

– Должно быть, для кого-то это было нешуточное потрясение, если, конечно, ребенок когда-то существовал.

– Вот именно, – сказала я.

– Прошу вас хорошенько подумать, перед тем как ответить, мисс Сент-Джон. Вы что-нибудь знаете об этом деликатном деле?

– Нет, – помедлив, ответила я. – Ровным счетом ничего.

– Но вы слышали сплетни и у вас появились догадки?

Я решила, что пора сменить тему:

– Вы ведь не местный уроженец, сержант Дэвис?

– Нет, мисс. Я лондонец. Женился в свое время на молодой служанке, очень похожей на вас, а она как раз из здешних краев была, и ей не хотелось расставаться с семьей, так что я переехал сюда.

– Должно быть, сейчас вы об этом сожалеете?

– С тех пор как я имел удовольствие познакомиться с вами, мне все чаще приходится задумываться о верности того решения.

– Получается, с миссис Уилсон вы не были знакомы в ее молодые годы и вам неизвестно, был ли когда-то некий мистер Уилсон?

– По-моему, ко всем экономкам принято обращаться «миссис» независимо от их семейного положения, если, конечно, они не столь непозволительно молоды, как вы, мисс Сент-Джон.

Я усмехнулась в ответ на это ироничное замечание.

– Доктор Симпсон однажды обмолвился, что знал миссис Уилсон совсем юной.

– Неужели, мисс? Это может нам пригодиться, а то неминуемо окажется, что ночное нападение – очередные происки большевиков. Если только вы не расскажете мне что-нибудь полезное про нападавшего, – с надеждой добавил сержант.

– Могу сказать только, что он чуть ниже среднего роста и не слишком мощного телосложения, но достаточно шустрый. И что у него голубые глаза.

Сержант Дэвис пристально посмотрел на меня:

– Вы знаете, что порой описания внешности бывает достаточно, чтобы поймать преступника?

– Не понимаю, к чему вы клоните, сержант…

– Могу я рассчитывать на то, что приметы нападавшего пока останутся между нами?

– Разумеется. Я сделаю все, чтобы помочь полиции.

– А могу ли я получить обещание, что вы не наделаете глупостей, которые еще больше запутают дело?

– У меня нет намерения делать глупости.

– Хорошо, – кивнул сержант Дэвис. – Однако не будем забывать тот факт, что вы уже в третий раз вовлечены в дело о преступлении, имеющем отношение к семье Стэплфорд, и со стороны это выглядит весьма подозрительно. Кое-кто – не будем уточнять, кто именно, – может задуматься, не знаете ли вы об этом деле больше, чем говорите. Попросту выражаясь, кому-то может прийти в голову, что вы знаете слишком много.