Смерть в сумасшедшем доме - Кэролайн Данфорд

– Спасибо.

Врач открыл чемоданчик.

– Я выпишу рецепты на укрепляющие микстуры. Не то чтобы вы в них сильно нуждались, но это убедит Стэплфордов оставить вас на несколько дней в покое.

– Миссис Уилсон оправится? Она выживет?

– Не знаю. Я сделал все, что мог. Мистер Маклеод вызвал меня очень вовремя, но тот, кто на нее напал, – мастер своего дела.

– В прошлый раз, когда мы с вами общались, – осторожно начала я, – вы сказали, что знакомы с миссис Уилсон с ее первого дня у Стэплфордов.

– Угу, – невнятно промычал доктор Симпсон.

– Вы намекнули, что у нее есть тайна.

– Вы, должно быть, неправильно меня поняли.

– Я знаю о клятве Гиппократа, – смело сказа-ла я.

– Неужели? В таком случае вы самая необычная в мире служанка. Хотя нет – уже экономка, верно?

– Я понимаю, вы не можете рассказать мне всё…

– Тогда постарайтесь задавать правильные вопросы.

– Кто-то намеренно пытался убить миссис Уилсон. Вы знаете почему?

– Шишка на голове порождает у вас бредовые мысли, мисс Сент-Джон. Это обычное дело. Скоро пройдет.

– Вчера вечером у нас тут был спиритический сеанс.

– Я слышал. Мракобесная чушь.

– Согласна, но мне кажется, кто-то воспользовался этим сеансом в своих целях. Кто-то вполне живой.

Доктор Симпсон пожал плечами:

– Салонные забавы – раздолье для любителей розыгрышей.

– Любитель розыгрышей намекнул, что кто-то потерял ребенка. Миссис Уилсон на это странно отреагировала.

Доктор Симпсон сделался белым как мел.

– Так и было сказано? Что она потеряла ребенка?

– Не совсем так, – осторожно поправилась я. – Намекалось на то, что у кого-то из присутствующих за столом был ребенок, не конкретно у нее.

Врач молчал.

– Помнится, когда-то вы пытались меня пре-дупредить об опасности вступать в близкие отношения с хозяевами, – сказала я. – Но мистер Бертрам совсем не такой, как его отец, да?

– Верно, не такой. – Доктор Симпсон с треском захлопнул чемоданчик. – Настоятельно советую вам, мисс Сент-Джон, обратить мысли в более благоприятное русло. У вас сильный ушиб и нервное потрясение, вам нужно отдохнуть.

Наши взгляды встретились, и он первым отвел глаза; я почти не сомневалась, что разглядела в них страх.

– Конечно, доктор. Когда мы вернемся в «Белые сады», мне понадобится много сил и энергии, чтобы привести дом в порядок.

Он коротко кивнул в знак прощания и удалился.

Я посмотрела на огонь в камине. Пламя весело плясало и потрескивало, а смутные подозрения в моем затуманенном сознании мало-помалу обретали форму. Ответ на вопрос о том, кто напал на миссис Уилсон, казался невероятным, но вполне логичным. Единственным логичным. Возможно, все дело было в моей ушибленной голове, но если я не ошибалась, тогда преступником, желавшим смерти экономке, мог оказаться любой представитель семейства Стэпл-форд. Вернее – тут я вздохнула с облегчением, – любой, кроме мистера Бертрама, потому что он в тот момент был со мной и с Рори. Хотя все Стэплфорды ведь могли сговориться и кого-нибудь нанять…

Позади меня открылась дверь, и я мгновенно похолодела. Стэплфорды отлично знают, что я умею складывать кусочки самых сложных картинок. Пока что в наших отношениях царило шаткое равновесие, но ночные события могли свидетельствовать о том, что все изменилось. Что, если преступник, убегая, так сильно толкнул меня не случайно? Что, если я – следующая жертва после миссис Уилсон?

Я кое-как приподнялась и соскользнула с дивана.

– Эфимия! – воскликнул Рори. – Ты не ушиблась? Я решил заглянуть к тебе перед сном – проверить, не нужно ли чего. – Он помог мне улечься обратно на диван. – Испугалась? Неудивительно, что ты так разнервничалась.

– Все гораздо хуже, – выдохнула я. – Думаю, я – следующая жертва.

Он похлопал меня по руке и укрыл пледом:

– Тебе больше не о чем беспокоиться – я сам проверил, заперты ли двери в доме.

– А если это был кто-то из Стэплфордов или тот, кого они наняли? – спросила я.

Рори подбросил щепы в камин и уселся на стул рядом со мной.

– Что навело тебя на эти подозрения? – поинтересовался он.

– Слова миссис Уилсон, которые слышала Мэри. Мне кажется, я понимаю, почему она кричала на лорда Ричарда.

– То есть ты сложила два и два, и в сумме получилось шесть?

– Я думаю, у миссис Уилсон был ребенок.

– Я понимаю ход твоих мыслей, Эфимия, но у меня тоже есть объяснение. Что, если она действительно родила ребенка в далекой молодости от законного мистера Уилсона, которого уже никто не помнит? Ребенок умер, покойный лорд Стэплфорд об этом знал, и она решила, что лорд Ричард тоже знает. Это, конечно, большая трагедия, но младенцы умирают часто, тут нет ничего из ряда вон выходящего. Возможно, речь шла даже не о ее сыне или дочери, а о ребенке сестры или о позднем дитя ее матери. В общем, младенец умер или родился мертвым, оставив у нее скорбные воспоминания.

– Но послание было вполне определенное: «Мамочка, почему ты меня забыла?» Вряд ли тут речь о младенце.

– Только не говори мне, что веришь в духов.

– Разумеется, не верю. Кто-то из участников спиритического сеанса нарочно составил это послание. Он или они, по сути, угрожали.

– Тем, что они намерены той же ночью напасть на собственную прислугу?

– Ну конечно же нет, Рори!

– Значит, Стэплфорды решили нанять убийцу для миссис Уилсон в течение двух часов после ужина, и этот человек успел сюда приехать? Очень маловероятно.

– Но ты все же не отрицаешь, что причиной ночного нападения на миссис Уилсон стала ее реакция на послание мнимого призрака?

– Послушай, Эфимия, я не знаю. Мне нужно поспать, и тебе тоже не помешает.

– Доктор Симпсон сказал, у миссис Уилсон был ребенок.

– Не мог он тебе такого сказать! – потрясенно помотал головой Рори.

– Ну хорошо, – признала я, – не сказал, но намекнул.

– То есть ты опять упражняешься в арифметике? Уравнение вполне может не сойтись.

– Тебя здесь не было, Рори. А доктор Симпсон и раньше пытался меня предостеречь. Говорил, не хочет, чтобы меня постигла судьба миссис Уилсон.

– Эфимия, у тебя есть дурная привычка навлекать на себя неприятности. Когда же ты наконец поймешь, что прислуга не должна вмешиваться в дела господ? Пусть сами между собой разбираются.

– Все мы равны перед Господом, – повторила я слова отца, чувствуя, как глаза сами собой закрываются.