Женщина-загадка - Марина Серова

– Здравствуйте, Анатолий… – я выдержала паузу, ожидая, что Лисицкий подскажет мне свое отчество.

– Здравствуйте, Татьяна Александровна. Можете называть меня просто Анатолием, без отчества.

– Как вам будет угодно, – произнесла я, не предложив ему сделать то же самое, и замолчала. Предпочитаю, чтобы мои клиенты первыми начинали щекотливый разговор о найме меня в качестве частного детектива. Пусть инициатива исходит от Лисицкого.

По-своему расценив мое молчание, Лисицкий сказал:

– Татьяна Александровна, я отдаю себе отчет в том, что в прошлый ваш визит я вел себя… недостаточно корректно. Возможно, теперь вам не очень-то хочется иметь со мной дело. Но поймите и вы меня! Я впервые в жизни столкнулся с подобного рода ситуацией. Она выбила меня из привычной колеи. Теперь же все еще сильнее обострилось, и я вынужден просить вас о помощи. – Он помолчал, но, не дождавшись моего ответа, продолжил: – Поверьте, я достаточно состоятельный человек. Я могу себе позволить оплатить ваши услуги. Сколько бы вы ни потребовали.

Последние слова ввели меня в большой соблазн: воспользовавшись ситуацией, назвать Лисицкому завышенные расценки, вдвое большие моего обычного тарифа. Но профессиональные принципы быстро победили это искушение. В конце концов, нельзя сбрасывать со счетов и мой личный интерес в этом деле. А дело об убийстве Алисы зацепило меня не на шутку.

– Моя обычная такса – двести долларов за один день расследования, – начала я, – кроме того, я вовсе не собиралась отказывать вам в помощи. Прежде чем принимать решение – возьмусь ли я за ваше дело, – мне хотелось бы услышать больше о сути ваших проблем. Все детали можно будет обсудить позже.

Лисицкий вздохнул с явным облегчением:

– Спасибо! Большое спасибо – за то, что вы не отказали мне! Вы даже не представляете, какой груз упал с моей души.

– Пожалуйста, давайте перейдем к делу, – прервала я этот поток благодарностей, грозящий превратиться в полноводную реку.

– Да, да, конечно. Понимаю. Время – деньги, и все такое. – Наконец, собравшись с мыслями, он спросил: – С чего же мне начать?

– С начала, – банально ответила я и приготовилась слушать.

– Но я ведь даже не знаю, с чего все началось!

– Тогда расскажите о том, что вас больше всего беспокоит в данный момент.

Вид у Лисицкого стал серьезным, сосредоточенным.

– Дело в том, что я подозреваю – меня хотят подставить! – выпалил он.

– Кто и каким образом?

– Кто – я, естественно, не знаю. А вот как – попытаюсь описать. Во-первых, мне кажется, что за мной следят! Кто-то преследует меня, – Лисицкий выдержал прямо-таки театральную паузу.

В первый момент мне на ум пришло: Морковкина! Лисицкого преследует журналистка Стелла Морковкина. Ведь она же грозилась, что выследит владельца «Фибиуса» и заставит его дать ей интервью. Вот весело будет, если преуспевающего бизнесмена ввела в параноидальное состояние молоденькая журналистка!

– Поясните, – бросила я.

– Поясняю, – послушно, как школьник, повторил Лисицкий. – В субботу, после того как все… закончилось, когда увезли тело и все ушли из офиса, я оставил фирму последним. Я закрыл кабинет на ключ. Обычно помещение на сигнализацию ставит секретарь. Но, сами понимаете, в тот день сделать это было невозможно… Я прошел к пульту и включил сигнализацию. После этого спустился на лифте на первый этаж. Немного поболтал с охранником. Обычно я этого не делаю. Киваю в знак прощания и ухожу. Но день выдался… неординарным, поэтому я, изменив своим привычкам, вкратце обсудил происшествие с дежурным. Он выразил мне сочувствие, и я направился к своей машине. На стоянке тоже ничего необычного не произошло. Я включил зажигание и поехал к своему дому. Мысли мои были всецело заняты событиями этого дня. Я с трудом сосредоточился на дороге… В какой-то момент я заметил позади автомобиль. Почему я обратил на него внимание – сказать не могу. Дорога не была пустынной, тем более что ехал я по центральной магистрали. По ней едут тысячи машин… Но вот что было странно. Этот автомобиль, как показалось мне тогда, слишком уж упорно следовал за моей машиной. Если я притормаживал, пропуская чью-либо машину вперед, водитель той машины тоже замедлял движение. Стоило мне прибавить газ – и та машина начинала ехать быстрее. Одним словом, мне показалось, что ее водитель преследует именно меня. Я занервничал. Хотел даже изменить маршрут и направиться прямиком в ближайшее отделение полиции. Но усталость и все перипетии минувшего дня взяли верх. До дома мне оставалось проехать буквально пару кварталов. И я все же выбрал путь домой. Возле дома, выйдя из машины, я внимательно огляделся. Автомобиля, преследовавшего меня, нигде не было видно. Тогда я решил, что все это – плод моего возбужденного сознания. Я отмахнулся от дурных мыслей и пошел домой. Я не слишком-то подробно рассказываю, – вдруг спохватился он.

Я заверила его, что – в самый раз. Ободренный моими словами, Лисицкий продолжил:

– На следующее утро я приехал в офис очень рано. Еще не все сотрудники были на местах. Спал, знаете ли, плохо… Сначала все шло как обычно. Потом ко мне пожаловала журналистка из «Тарасовских новостей». Позвонила и потребовала дать ей интервью. Видите ли, общественность хочет знать подробности о жизни и смерти Алисы Харьковой! Мне бы и самому хотелось узнать эти самые подробности! От интервью я категорически отказался. По-моему, она обиделась. Потом – ваш звонок и последовавший за ним визит… Теперь, надеюсь, вы понимаете, в каком состоянии я пребывал во время вашего посещения? – Лисицкий умудрился смущенно улыбнуться.

Я не улыбнулась в ответ, и он продолжал.

– День подошел к концу, и, верите, я был этому несказанно рад! Парадокс! Знаете, я отношусь к той категории людей, которые не мыслят себя вне работы. Обычно в конце рабочего дня я испытываю чувство удовлетворения от результатов своего труда. Даже, можно сказать, сожалею о том, что день уже закончился. Но выполнять рабочие обязанности, не имея под рукой толкового секретаря, – это настоящая пытка! Телефон звонит, не умолкая, в дверь постоянно ломится народ, жаждущий, чтобы всех приняли именно сегодня, а лучше всего – сейчас, и все в том же духе. То заказчики, то бренд-менеджеры, то Раечка – бухгалтер, то новая уборщица с ее дурацкой привычкой постоянно оставлять в проходе орудия труда… И так – целый день: то одно, то другое. В общем, к вечеру я утвердился в мысли, что не напрасно платил Алисе такую высокую зарплату. Она ее отрабатывала сполна! Закрыв кабинет и включив сигнализацию, я решил, что завтрашний день я начну с того, что позвоню в агентство по найму персонала и дам объявление о вакансии секретарши в моей фирме.

Садясь в автомобиль, я вспомнил о вчерашнем преследовании, но эта мысль меня не слишком обеспокоила. Видимо, сказывалось утомление истекшего дня. Однако подсознательно я все же думал об этом. А через несколько минут заметил позади вчерашний автомобиль!

Тут я решила прервать своего собеседника. Требовалось выяснить подробности.