Валютная могила - Евгений Сухов

На следующий день мы поднялись поздно. И хоть водки вчера вечером было выпито не так уж и много – меньше, чем по бутылке на брата, – но то, что мы мешали ее с пивом, сегодня давало о себе знать. Головы трещали у всех четверых, и, чтобы день не вылетел впустую, надлежало похмелиться. Клим выделил мне денег, чтобы я затарился пивом, а Бабай покуда стал готовить завтрак из вчерашних остатков. Когда я вернулся с пивом, самым крепким и дешевым, стол был уже накрыт: против каждого из нас лежали бутерброд с колбасой и еще кусок хлеба, который мы поочередно макали в консервные банки с остатками томатной приправы.

Позавтракав и «поправившись», Клим произнес небольшую речь. Поскольку на нас, сказал он, Король повесил пять штук, а у него в заначке только три тысячи, то надо работать производительнее, а не ходить, как сонные мухи, беря пример с «китайцев», еле передвигающих ноги. И добавил, что отныне на каждом из нас лежит норма – 300 рублей в день. Сумма была, в общем, небольшая, но делать ее ежедневно отнюдь не легко, ибо раз на раз, как известно, не приходится…

– Давай, я попробую раздобыть две штуки, – предложил я Климу. – Сам же сказал, что меня, как начинающего бомжа, можно «пустить» по знакомым денежку собирать, пока давать будут. Я еще никого из них шибко не «достал», глядишь, проникшись моим плачевным состоянием, они и отвалят мне в общей сложности пару тысчонок.

– Две триста, – раздумчиво произнес Клим. – Триста рублей – обязательная норма теперь.

– Ну, попробую две триста, – пообещал я.

Когда все разошлись, я направился в сторону метро, доехал до станции «Сухаревская», а потом пешочком дошел до нашей телестудии. Располагалась телекомпания «Авокадо» в двухэтажном особняке бывшего дворянского имения, находящемся в Черноградском переулке близ Садового кольца. Принадлежало имение лет сто назад славному ротмистру лейб-гвардии кирасирского Его Величества государя императора полка Степану Яковлевичу Черноградскому, а до него – его отцу и деду – тайному советнику Акиму Афанасьевичу Черноградскому. Вообще, это было родовое имение столбовых дворян Черноградских, выходцев из Волынской земли и родственников князей Волынских. Став служить московскому государю, Черноградские получили землю в окрестностях Москвы на месте бывших слободских огородов. Имение было не очень большим, но лучшим в возникшем переулке, посему и сам переулок, как это часто случалось, получил название «Черноградский». Каким образом особняк и земля вокруг него достались нашему шефу, я не знал, но, похоже, без связей и взяток тут не обошлось. Что ж, такова страна Россия: и хорошее дело часто начинается с дел не очень чистых и хороших…

Шеф встретил меня радушно и немного удивленно. Я и правда весьма походил на человека, потерявшего жизненные ориентиры, еще не опустившегося на самое дно, но неукоснительно следующего по этому пути.

– Ну и видок у тебя, прямо скажу… Хорошо замаскировался! Проходи, рассказывай. – Он устроился напротив меня, подставил ладонь под подбородок и приготовился слушать.

– Давай, я начну с самого начала, – предложил я.

– Не возражаю, – согласился шеф. – Выпить хочешь?

– Гм, – ответил я на столь редкое предложение, исходившее от шефа. – Пожалуй, хочу. Ну, и «для дела» это будет нелишне…

Шеф полез в тумбочку стола, достал початую бутылку виски и блюдечко с печенинками и несколькими конфетами и налил мне треть бокала:

– Давай!

– А вы? – вопросительно посмотрел я на него.