Жаркая вечеринка - Марина Серова

Гришка не был ни лентяем, ни снобом, работая где придется, не брезгуя тяжелым физическим трудом, но нигде дольше шести месяцев не задерживался. Теперь он слесарничал и… пил горькую.

Когда я вернулась из ванной, Гриша сладко похрапывал, дергая во сне руками. Его давно не стриженные темно-русые волосы беспорядочными прядями упали на лицо, рот был приоткрыт, щеточка усов от ритмичного дыхания подпрыгивала вместе с верхней губой. «Завтра приведем тебя в порядок», — подумала я, отправляясь на кухню.

Перекусив чем бог послал, я нашла в телефонном справочнике номер Грушина и набрала его. Шел девятый час, и я надеялась, что его жена, а теперь вдова, будет дома, и не ошиблась.

— Добрый вечер, — сказала я, — могу я услышать Антонину Игоревну?

— Это я, — ответил мне глубокий женский голос со слабой хрипотцой.

Я представилась и, в двух словах объяснив ей ситуацию, попросила встретиться со мной завтра.

— Это так уж необходимо? — устало произнесла она.

— Это действительно важно, — убежденно сказала я, — так я могу подъехать?

— До обеда я завтра дома.

— Благодарю вас.

Я нажала на кнопку «отбой», сложила посуду в раковину и снова нацепила «харлейку». За Гришу я была спокойна, по моим прогнозам, он не поднимется раньше шести.

Небо было по-прежнему ясным, на нем серебрились редкие звезды, стоял легкий морозец, под ногами поскрипывал снег. Говоркова жила в пяти минутах ходьбы от меня.

Я шла плохо освещенными пустыми дворами, скользя на припорошенных снегом ледяных скатах. В подъезде было темно и тихо, как в заброшенной шахте, от мусоропровода воняло тухлятиной. Лифт не работал. Пришлось переться пешком на восьмой этаж.

— Кто там? — раздался из-за двери Лидкин голос.

— Почтальон Печкин, принес заметку про вашего мальчика, — не слишком удачно, учитывая ситуацию, схохмила я.

— Иванова? Ты, что ль? — Она открыла дверь и замерла на пороге.

Среднего роста, худощавая, но широкая в кости, Говоркова еще со школы отличалась напористостью и стремлением стоять на своем. Эта черноволосая, голубоглазая донская казачка с правильными, но довольно резкими, как и ее характер, чертами лица и гортанным малороссийским выговором почти не изменилась за последние три года. Раньше мы встречались довольно часто, в основном на улицах Тарасова.

— Пообщаемся? — Я лукаво приподняла брови.

— Заходи. — Она наконец улыбнулась и закрыла за мной дверь.

— Галина Александровна, добрый вечер, — уважительно поздоровалась я с Лидкиной мамой, преподававшей нам в школе математику, а теперь находившейся на заслуженном отдыхе.

— Танечка, здравствуй, — Галина Александровна радостно улыбнулась. — Давненько ты к нам не заглядывала.

— Таня очень занятой человек, мама, — сказала Лида, приглашая меня на кухню.

Я заметила, что в квартире появились новая мебель, современные обои, линолеум под паркет, на кухне вместо потертой «Бирюсы» высился «Стинол», не говоря уже о разного рода «тефалях» и «мулинексах».

— Я тут прихватила с собой… — доставая из пакета бутылку «Ахашени», сказала я. — Не возражаешь?

Лидка не возражала. Она вынула из настенного шкафа фужеры, из холодильника — сыр и ветчину.

— Ветчину можешь убрать, под грузинское вино достаточно одного сыра.

— Давно ты стала таким гурманом? — хохотнула Лидка, но ветчину не убрала.

— Ладно, как хочешь. — Я поудобнее устроилась за столом.

— А ты, никак, по делу пришла? — Лидка посмотрела на меня из-под широких черных бровей.

— Катька уже растрепалась?

— Еле отвязалась от нее, — она с усмешкой покачала головой. — Я тоже люблю поговорить, но Катька — это прям Везувий какой-то.

Я понимающе посмотрела на нее.

— Штопор-то у тебя найдется, надеюсь?

— Да у меня самый лучший штопор в мире, — она протянула мне сверкающий никелированный прибор и гордо подбоченилась.

Разлив вино по фужерам, Лидка села напротив меня, подперев голову ладонью.

— Ну, говори, что тебя интересует?

— Самое главное, где ты была, когда услышала крик Сергея о помощи.

Она сделала несколько глотков вина, посмотрела на фужер и, подняв на меня глаза, сказала:

— Я была в душе.

— Одна?

Она глубоко вздохнула.

— Одна.

— Кто уже был на месте происшествия, когда ты туда пришла?

— После меня подошли только Лужина и Верещагин, — она сделала еще несколько глотков.

— Эта Лужина — подруга Беркутова?

— Вроде того, — Лидка была что-то чересчур лаконичной.

— Ты не знаешь, кто она такая, эта Лужина?

— Мы с ней вместе работаем в комитете, она курирует другой район.

— И давно она у вас работает?

— Да уж года два, наверное. А что?

— Мне нужно будет с ней встретиться, хочу понять, что она за человек. Ты не могла бы коротенько ее обрисовать?

— Я? — усмехнулась Лидка. — Я не очень хорошо ее знаю.

— Но ведь вы — подруги.

— С чего ты взяла? Просто работаем в одной конторе. Я даже не знаю, где она живет!

— Но хоть в двух словах ты можешь ее охарактеризовать, все-таки два года — срок немалый, — настаивала я.

Лидка на минуту задумалась, я в это время снова наполнила опорожненные фужеры.

— Спокойная, уравновешенная, старательная… не знаю, еще какая.

— Ну, ладно, а давно она с Беркутовым?

— Они познакомились около года назад на его дне рождения.

— А как она туда попала? — Я пристально посмотрела на Говоркову.

— Сергей попросил меня прихватить с собой подружку, он уже свободный был в то время, ну я и пригласила Надежду, она довольно симпатичная особа. Я все удивлялась, что она столько времени одна, а тут случай представился помочь человеку. Оказалось, в кон попала: Надька Беркутову приглянулась. Я подумала вначале, что Сергею все равно тогда было, с кем отношения иметь, он ведь так из-за развода переживал! Юрик, ой, то есть Верещагин мне рассказывал, что Сергей баб что ни день — разных водил. Ну так я сразу поняла, что это он просто забыться хотел. Что он в этой Купцовой нашел? Ну, смазливая, сексуальная, может, не знаю, а так-то — обычная стерва…

— Ты, Лида, сказала, что прихватила Лужину с собой на день рождения к Беркутову. Но ведь до этого ты говорила, что Лужина для тебя — не больше чем коллега. Насколько мне известно, коллег на дни рождения водят лишь в том случае, когда больше не с кем пойти. У тебя ведь так много подруг: Светка Янова, Верка Уланова, Людка Пороховняк. Все они не замужем, все симпатичные — одна лучше другой, да и Тоська Меркулова уже года два, как развелась… — я с умыслом перечислила всех наших общих подруг.