Ресторан «Испанский дворик» - Марина Белова

Приблизительно через пятнадцать минут к нам вышла худенькая женщина средних лет. Никого больше не увидев в холле, она направилась к нам.

– Это о вас говорила Соледад?

– А вы та русская, которая переводила вопросы полицейского? – в свою очередь спросила Алина.

– Да, меня зовут Еленой. Я в больнице всего несколько месяцев работаю – повезло. До этого оливки, клубнику собирала – трудно. Приехала на полгода, но задержалась. Пятый год здесь. Язык выучила. Нравится, – отрывисто отвечала она.

– Рады за вас. Елена, мы разыскиваем Антона Литовченко. Это он был доставлен в ваше отделение.

– Да, парень действительно так себя называл. И паспорт на это имя был при нем. Он поступил к нам на прошлой неделе, три дня в коме пролежал.

– Серьезная у него травма?

– Серьезная, если так долго в себя не приходил. Когда пришел в сознание, никак не мог сообразить, что с ним стало.

– Но он все-таки что-то вспомнил?

– Да как сказать, – пожала плечами Елена. – Кое-что вспомнил. Вроде бы он по туристической путевке в Испанию приехал. Фирма, в которой он работает, выезд коллективный организовала. Экскурсия в Гранаду запланирована не была, он на свои деньги приехал посмотреть дворец.

– Один приехал? Или с ним кто-то еще был?

– Не говорил. Хотел в тот же день вернуться в Севилью, но с ним случилось несчастье: кто-то ударил его по голове. Кто ударил, и как все произошло – он не помнит.

– А в каком месте его нашли?

– Ой, да его случайно нашли за городом. Водитель перед въездом остановился, чтобы по маленькой нужде в кустики сбегать. Там и нашел вашего красавца. Видит – живой. С трудом его в машину заволок. Привез в первый попавшийся на пути полицейский участок, а уж те нам доставили.

– Елена, а кто-то им интересовался?

– Только полицейские, да вот вы.

– А девушка здесь случайно не появлялась? – на всякий случай спросила я. – Такая хорошенькая, блондинка со складной фигурой.

– Русская?

– Русская.

– Нет, не видела, – не задумываясь, ответила Лена. – Испанцы шастают целый день, полов после них не намоешься, а русских не было.

– Еще один вопрос. Вы работаете в отделении…

– Да, полы мою, – в который раз повторила она.

– Значит, и палате, в которой лежал Литовченко, тоже мыли?

– Да. Как же без меня?

– Он с вами разговаривал? Все-таки соотечественники. Может, просил кому-то сообщить, что он здесь?

– А когда ему просить было? Сначала в коме лежал, а после разговора с полицейскими деру дал.

– В больничной одежде?

– Почему в больничной? Его одежда в шкафчике висела. Ее отстирали от крови, погладили.

– Но бинты на голове были?

– Да. И швы ему не снимали. Вечером перевязку сделали, а ночью он убег.

– И куда он мог убежать в таком состоянии? – задумалась я.

– А не знаете, у него мобильный телефон был? – сообразила спросить Алина.

– Вроде бы не было при нем телефона, – пожала плечами лена и добавила: – Не видела я у него в руках мобильника. И на тумбочке, когда я пыль вытирала, тоже пусто было.

– А когда он сбежал, то ничего не забывал?

– Вроде ничего. Оделся в свое. Пижаму оставил на кровати – и поминай, как звали.

Из больницы мы вышли разочарованные не передать словами. Литовченко сбежал. Как? Зачем? Настолько хорошо себя чувствовал? Вряд ли. Боялся, что придется платить? Но для решения подобных вопросов и существует посольство, призванное защищать интересы наших соотечественников за рубежом.

– Не расстраивайтесь, – сказал Альберто, глядя на наши удрученные лица. – В таком состоянии он далеко не уйдет. Где-то объявится.

– Труп его объявится, – ляпнула Алина. – С такими травмами надо лежать и лежать. Взрослый человек, мог бы и понимать. Вот где теперь его искать? Деньги у него были?

– О деньгах мы как-то забыли спросить, но, наверное, были, если он осмелился покинуть больницу. Если только Настя его не забрала. Уборщица мобильного телефона в руках Литовченко не видела, но аппарат мог лежать в тумбочке или под одеялом. Антон пришел в себя и позвонил Насте. Она же его и забрала.

– Ох, не знаю, – вздохнула я. – Альберто, поехали в Альгамбру. Поспрашиваем, не появлялась ли там наша парочка.

Наш гид с удивлением посмотрел на меня:

– У кого вы собираетесь спрашивать? Альгамбра – архитектурный комплекс, и довольно большой. Каждый день его посещают сотни туристов, – начал он.

– Расскажешь по дороге, – оборвала я его.

Мы сели в машину и поехали. Вене решили перезвонить, когда будем на месте.

– Так вот, – продолжил Альберто, – Альгамбра была построена во времена правления династии Насридов. Дворец строили из дерева, керамической плитки и штукатурки. Каждый правитель вносил какие-то изменения в этот комплекс из дворцов и двориков. После Реконкисты Карл пятый приказал разрушить часть дворца и выстроить на его месте другой дворец и церковь.

– Весь дворец разрушили? – испугано переспросила Алина, толкнув меня в бок. – А говорили, что этот комплекс стоит со времен господства арабов.

– Стоит, – успокоил нас Альберто. – Карл только часть дворца разрушил. Мавританская культура в Альгамбре представлена очень хорошо. Правда, от самого старого здания, Папасьо-дель-Парталь остался только портик с арками и башней, но Львиный дворик, Миртовый дворик и зал «Абенсерхав» сохранились практически в первозданной красе.

– Да? А в каком зале или дворе много колонн? Я видела фотографии. Настолько изящно смотрится помещение, стены которого обрамлены аркадой колонн!

– Колонны там везде, это любимый элемент мавританской архитектуры, впрочем, не только мавританской.

– Понятно, значит, копать надо везде, – прошелестела губами Алина.

– Что вы сказали? – не расслышал Альберто.

– Она хотела еще спросить, много ли в дворцовом комплексе фонтанов?

– Достаточно. В Львином дворике – фонтан, а в Миртовом – искусственный водоем…

– Задача усложняется, не факт, что сокровища в Львином дворике, есть и другие фонтаны.

– Да что вы там бормочите? Подъезжаем. Смотрите, какая красота.

И правда, Альгамбра впечатляла. Мне пришла в голову мысль, что если мы попадем за крепостную стену, то потеряем связь со своей эпохой, минуем пять веков и окажемся во времени последнего мавританского правителя. В моей душе смешивались два чувства: страха и восторга от предстоящих приключений.