Ад - Александра Маринина

Сумка, битком набитая проспектами, каталогами и альбомами собразцами, оттягивала руку. Поднимаясь в лифте к себе домой, Люба Романовамысленно составляла график вечерних мероприятий и определяла ихпоследовательность. Родислав уже дома, он вернулся прямо с работы, а ейпришлось еще встречаться с мастерами, отделывающими новый загородный дом.Наверное, муж сидит голодный и ждет, когда его кто-нибудь покормит. Кто-нибудь– это Юля или Люба, но Юля и Денис сегодня собирались в Государственный центрсовременного искусства на видеопоказ работ молодых художников из коллекциимультимедиа. Это была идея Юли, она почему-то вдруг очень заинтересоваласьсовременным искусством, представленным на Московской биеннале, и почти каждыйдень возила Дениса на мероприятия то в галерею Церетели, то в Музей современногоискусства, то еще куда-нибудь.

Значит, первым делом следует покормить мужа, потом обсудитьс ним ряд вопросов отделки дома, потом, когда он плотно усядется передтелевизором, можно будет взяться за уборку – все манипуляции с пылесосом надонепременно закончить до того, как Родик уйдет спать, чтобы шум ему не мешал. Ауж когда он ляжет, можно будет заняться приготовлением обеда для Юли и Денисана завтра.

– Почему так долго? – капризно спросил Родислав,когда Люба вошла в гостиную, где муж, устроившись в мягком глубоком кресле,читал газеты.

– Пробки, Родинька, – виновато ответилаЛюба. – Ты же знаешь. Сейчас я тебя накормлю.

– Я не понимаю, почему с этими мастерами и дизайнераминельзя встречаться в выходные, когда дороги свободны? – раздраженно проговорилон. – Ты постоянно ездишь туда среди недели, тебя никогда нет дома.

– Родинька, – Люба присела на подлокотник кресларядом с мужем, – если мы будем решать текущие вопросы только по выходным,мы никогда не въедем в этот дом. Рабочие не могут простаивать и ждать, когда мыс тобой соизволим приехать. Сегодня мы обсудили все вопросы по розеткам, а намс тобой надо вместе решить, где и какие будут светильники. И еще выбрать плиткудля ванных комнат и ткань для штор.

– Почему обязательно сегодня? – нахмурилсяРодислав. – Я голоден, я устал, в конце концов, могу я хотя бы дома незаниматься проблемами?

Люба поднялась и пошла к лестнице, чтобы уйти наверх ипереодеться.

– Через пять минут я позову тебя ужинать.

Она быстро сменила деловой костюм на домашнюю одежду инакрыла в столовой ужин. Родислав ел молча, ничего не рассказывая и не задаваяникаких вопросов о доме. Любе стало обидно и даже неприятно. Он так хотел этотновый дом, он так настаивал на том, чтобы они купили участок и началистроительство, но уже на этапе работы над проектом почти полностью устранилсяот всех проблем, предоставляя Любе самой не только принимать решения, но иконтролировать их воплощение в жизнь. Люба через день ездила после работы вЖуковку, где шло строительство, что-то обсуждала, что-то решала,договаривалась, искала, находила, платила, а Родислав на все ее предложенияпоехать вместе только отшучивался:

– Дураку полработы не показывают. Я все равно не пойму,как там что будет. Все свои пожелания я высказал, когда делали проект, и яуверен, что под твоим руководством, Любаша, все будет в лучшем виде.

Когда заказывали проект, он высказал свои требования: в домедолжно быть не меньше четырех санузлов, из них три – с ванными, не меньше двухгостевых спален, его кабинет и бильярдная, а также просторная терраса и гаражна три машиноместа. Все остальное – на усмотрение жены в рамках оговоренноймаксимальной площади дома.

– Зачем тебе бильярдная? – удивлялась Люба. –Ты же не играешь.

– Буду играть. Все в нашем кругу играют. И потом, малоли какие гости у нас будут.

Теперь, в марте 2007 года, дом уже был построен и шлиотделочные работы. Люба ужасно устала от длящихся полтора года бесконечныххлопот, связанных с таким не нужным ей домом, которым она занималась только радимужа. А ведь еще предстоит обставлять его, и заниматься подбором мебели тоженужно уже сейчас, потому что Родик ни за что не захочет покупать то, чтовыставлено в салонах, он будет выбирать мебель, которую придется заказывать иждать месяца три, а то и все шесть.

А муж ни в чем не хочет участвовать, он предпочитает, чтобыЛюба занималась всем сама, и злится, когда она пытается привлечь его к решениювопросов, в которых он сам должен быть заинтересован.

Закончив ужинать, Родислав сразу же поднялся и вернулся вгостиную, чтобы вновь предаться чтению прессы под негромкое бормотаниетелевизора. Люба отправилась за ним следом и уселась рядом со стопкой каталогови проспектов на коленях.

– Нужно выбрать плитку для твоей ванной комнаты, –твердо сказала она. – Для остальных санузлов я все выберу сама, но в твоейванной…

– Ладно, – обреченно вздохнул он, – давайпоказывай, что у тебя там.

Ее больно резанули и его слова, и тон, которым они былисказаны, но Люба не подала виду и стала открывать каталоги на заранеезаложенных страницах. Терпения Родислава хватило ненадолго, уже минут черезпять он ткнул пальцем в картинку, на которой была красивая голубая с кремовымплитка.

– Давай вот эту.

– Посмотри, есть почти такая же, – сказала Люба,открывая следующую закладку, – они мало чем отличаются, но эта в два разадешевле.

– Да? – он чуть шевельнулся в кресле. – Бериту, которая дороже. Она лучше.

– Но ты посмотри внимательно, – настаивалаЛюба, – она не только дешевле, она, по-моему, гораздо красивее.

– Мне не нужно то, что дешевле. Бери дорогую. Всё?Больше нет вопросов?

– Еще шторы.

– Ну что там еще со шторами? Любаша, выбери сама.

– Посмотри, – она открыла перед ним альбом сприклеенными образцами тканей. – Хотя бы для своего кабинета, тебе же внем работать.

– Я все равно ничего в этом не понимаю. Выбирай самоедорогое, оно будет хорошего качества.

Люба стиснула зубы, но сдержалась.

– Я хочу, чтобы ты посмотрел светильники, –сказала она. – Тоже хотя бы только для кабинета и для бильярдной.

Родислав несколько минут молча листал каталог, потомзахлопнул его.

– Я не представляю, как это должно выглядеть. Любаша,ну выбери уже сама, а? Что ты меня дергаешь по таким мелочам?

– Это не мелочи, Родинька, это то, в чем ты собираешьсяжить. Неужели тебе все равно?

– Мне не все равно, но я не умею это выбирать, я ничегоне понимаю. Я хочу, чтобы было дорого и красиво, разве не понятно? Вот и выберив соответствии с этими требованиями.

Люба молча сложила каталоги в сумку и ушла наверх. Когда оназакончит уборку и приготовление обеда, она сядет в своей комнате, не торопясьвсе посмотрит и выберет, чтобы уже завтра можно было ехать и заказывать. Онасмертельно устала. Не только сегодня. Она устала вообще. Устала от этого дома,от этого строительства, устала от вечно надутого, как индюк, мужа с егопретензиями и амбициями, устала быть ласковой и терпеливой. В последнее времяей все чаще хотелось сорваться на Родислава и повысить голос, а то и закричать.Недавно она поймала себя на исступленном желании начать бить посуду, когда он вочередной раз отказался обсуждать что-то важное, связанное с домом. Сегодня ейзахотелось ударить его тяжелой стопкой глянцевых каталогов по голове. «Нервысдают, – думала Люба, доставая из встроенного шкафа пылесос. –Возраст сказывается. Мне нужно отдыхать и лечиться, а я вместо этого строюненужный мне дом. Как только мы его достроим и переедем, вопрос с Денисомрешится сам собой. Купит Родик ему однокомнатную квартиру или оставит житьздесь – значения не имеет. Денис в любом случае не сможет жить с нами загородом, он ни за что не расстанется с Юлей. Значит, мне придется расстаться сним. Надо же, помнится, когда-то давно я думала о том, что не люблю детей Лизыи не испытываю к ним никаких теплых чувств, несмотря даже на то, что в нихтечет кровь моего любимого Родика, а теперь мне не хочется расставаться с этиммальчиком. И дело даже не в том, что я к нему привязалась, я привязалась вовсене к нему конкретно, а к тому ощущению полноценной семьи, которое он мне даритсвоим присутствием и присутствием Юленьки. Как будто у меня есть не только муж,но и сын с невесткой. Конечно, Денис никогда и ни при каких обстоятельствах незаменил бы мне Колю, но он дает мне возможность цепляться за иллюзию, завидимость…»