Клуб избранных - Александр Овчаренко

Несколько лет назад, по недосмотру стражи, в город на осле въехал молодой мужчина в белых одеждах, который называл себя сыном плотника. Сразу же по приезду молодой человек стал проповедовать любовь к ближнему, непротивление злу, и ещё много чего. В результате начались массовые волнения. Проповедника задержали, предали суду и на всякий случай распяли, но тело таинственным образом исчезло с креста, и в недосмотре опять обвинили стражников. После этой таинственной истории большая часть стражников подверглась репрессиям со стороны городских властей, а сама стража была реорганизована в тайную стражу, ведавшую доносами на врагов истинной веры, и городскую стражу, охранявшую крепостные стены, городские ворота, а также дом Первосвященника и другие важные стратегические объекты.

– Ошибаетесь, уважаемый! – тактично поправил стражника путник. – Я не есть раб, я есть Прораб. Могу руководить строительством дома, дворца, сторожевой башни и вообще всего, что пожелаете, согласно утверждённой смете!

– Значит, ты строитель, то есть каменщик. А чего ты, каменщик, щеришься, словно сегодня День строителя священных храмов?

– Я радуюсь, уважаемый, тому, что семь лун назад сдал достопочтенной комиссии объект, которая усмотрела в моей работе некоторое отступление от проекта, и лишило меня нескольких зубов. Я не стал дожидаться дальнейших благодарностей и ночью бежал в ваш благословенный город. Нет ли у вас в городе нужды в строительстве жилья для отставных стражников и других малоимущих, или завершении какого-нибудь долгостроя?

Непонятное слово «долгострой» почему-то обидело стражника, и последний, схватив Прораба за ворот его ветхого халата, на всякий случай потащил его в дом Первосвященника.

– Для тебя же, дурака, стараюсь! – задушевно пояснял стражник торопливо перебиравшему ногами по пыльной дороге Прорабу. – У нас ведь с этим строго: чуть что – и сразу на Голгофу, на крест, значит! А потом вас, негодяев, хорони за счёт казны, а это, что ни говори, для города чистый убыток. Так что тебе лучше сразу поговорить с Первосвященником. Он у нас главный идеолог, он же главный архитектор, строитель и казначей, а также главный аудитор и судья. В общем, градообразующая личность!

Прораб не понял, что имел в виду стражник, но на всякий случай согласился, что хоронить всяких проходимцев за счёт городской казны очень даже невыгодно.

– Скажите, уважаемый! А не исполняет ли господин Первосвященник ещё и обязанности палача? – осторожно поинтересовался Прораб, пытаясь себя морально подготовить к важной встрече.

– Нет! – уверенно ответил стражник и остановился возле высокой каменной стены, которой был обнесён большой участок земли с финиковым садом, в центре которого находился красивый дом из белого камня, с открытой террасой. – Господин Первосвященник слишком занят, чтобы исполнять обязанности палача, – терпеливо пояснил словоохотливый стражник. – Эта работа для нашего брата: кто не занят на дежурстве или патрулировании, того при необходимости и ставят к плахе. К тому же у нас в городе по существующему закону должно быть разделение между судебной и исполнительной властью!

– А кто в вашем священном городе являет собой законодательную ветвь власти?

– А я разве не сказал? Господин Первосвященник!

– Как? И законодательная власть – тоже он? – поразился Прораб.

– Я же говорю тебе, что господин Первосвященник сильно занят!

В это время открылись ворота, и стражник передал Прораба сотрудникам ОВД (Охраны Внутреннего Двора).

Дюжие охранники поставили прораба перед восседающим в высоком кресле седобородым старцем в дорогих одеждах, и допрос пошёл по второму кругу.

– Кто ты? – хорошо поставленным голосом произнёс Первосвященник и брезгливо поморщился от исходившего от незнакомца запаха.

– Я Прораб. – устало ответил задержанный.

– Ты иудей, христианин или человек неизвестного нам вероисповедания? – не поняв ответа, переспросил Первосвященник.

– Я Прораб!

– Какой такой Прораб?

– Если других нет, то я Первый Прораб! Могу руководить строительством дворца, дома, сторожевой башни и даже храма.

– Так ты каменщик! – обрадовался Первосвященник.

– Не совсем так, Ваше Первосвященство, – мягко возразил гость, которому очень не хотелось отправиться из наполненного прохладой и ароматом цветущих роз дома прямиком на обожжённую полуденным солнцем Голгофу. – Не совсем так! Я, если хотите, руководитель каменщиков, а также каменотёсов, плотников, грузчиков, стекольщиков, паркетчиков и других ремесленников.

– И какому богу ты поклоняешься, Властелин каменщиков?

– Только утверждённому Генеральному Плану и её Величеству Строительной Смете.

– Так ты язычник! – после некоторого раздумья заключил Первосвященник. – Ну, да всё равно! В нашем городе свобода вероисповедания. И какой последний объект построили твои верные рабы?

– По штату они числятся, как подсобные рабочие. – уточнил Первый Прораб. – Хотя, если разобраться, то… в общем, не важно! Семь лун назад в славном местечке Гизе, мы сдали Заказчику пирамиду.

– И Заказчик остался вашей работой доволен?

– Не совсем, Ваше Первосвященство! Дело в том, что снабженец, коим являлся ваш земляк и соплеменник, обязался поставить плиты из каррарского мрамора, но в последний момент, без согласования с Заказчиком, поменял материал на песчаник. Он утверждал, что пирамиды, созданные из этого материала, простоят тысячу лет, что значительно превышает гарантийный срок службы любой пирамиды, а разницу в стоимости между каррарским мрамором и песчаником он обещал разделить со мной пополам.

– И сколько же обещал тебе этот сын шакала?

– Тридцать серебряников с каждой плиты, но он обманул: оставил меня на расправу Заказчику, а сам вместе с деньгами скрылся в неизвестном направлении.

– И как звали этого недостойного выродка земли обетованной?

– По паспорту он был Жид, но накладные подписывал псевдонимом Вечный.

– Повелеваю! – в сердцах закричал Первосвященник. – Отныне и вовеки веков, пусть Вечный Жид никогда и нигде не найдёт себе приюта, и, проклиная свою горькую долю, вечно скитается по Земле! Да будет так! – гневно произнёс Первосвященник и ударил резным посохом оземь. – И как же тебя наказали верные слуги Заказчика?

– Сначала они хотели замуровать меня в пирамиду, но благодаря махинациям господина Снабженца, на стройке остро не хватало раствора, поэтому они ограничились выбиванием зубов.

– Почему именно зубов, а не выкололи глаза или не отрубили руки по самый локоть? – проявил участие хозяин дворца.

– Дело в том, что перед началом грандиозного строительства пирамиды Представитель Заказчика спросил, по плечу ли мне это дело. Я, не задумываясь о последствиях, легкомысленно ответил, что это дело мне по зубам!

После этого Первосвященник удалился в покои, где вкусил второй диетический завтрак, а потом предался освежающему сну.