Смерть дублера - Рекс Тодхантер Стаут

– О да! – восторженно воскликнула Геба Хит, и ее невероятные глаза уже плавились под пристальным взглядом Фокса. – Пожалуйста, займитесь этим!

– Так и быть, займусь, – кивнул Фокс и вновь повернулся к миссис Помфрет. – Разумеется, что о результатах расследования я буду докладывать всем вам… Собирая нас здесь сегодня, вы решили, что присутствие мисс Тусар, мистера Бека и Диего, а также ваших мужа и сына будет уместно. Я придерживаюсь того же мнения.

– Ну спасибо! – с иронией фыркнул Перри Данэм. – А я уж боялся, что меня вы обойдете стороной. Когда и как мы приступим?

Фокс поднялся, прошел в конец стола и, встав между миссис Помфрет и ее секретарем, положил руку на коробку, заявив таким образом свои права на нее.

– Полагаю, вы сохранили верхний слой упаковки с надписанным адресом? – с надеждой поинтересовался он. – А веревку?

– Уэллс! – распорядилась миссис Помфрет.

Секретарь исчез за ширмой и через мгновение появился, протянув Фоксу толстый сверток плотной коричневой оберточной бумаги и аккуратный моток шпагата. Фокс убрал моток себе в карман и спросил:

– Ее доставили сегодня утром?

– Около девяти часов, – кивнул Уэллс.

– Кто открыл пакет?

– Я лично. Я вскрываю всю корреспонденцию. Увидев, что внутри, я сразу сообщил миссис Помфрет. Мы, конечно, не специалисты, но оба решили, что в посылке – тот самый Страдивари. Она велела мне запереть скрипку в шкафу, а сама позвонила комиссару полиции.

– И он прислал человека снять отпечатки пальцев, но тот ничего не нашел.

– Совершенно верно. Эксперт заключил, что никаких отпечатков на посылке и на скрипке нет, только на внешней поверхности обертки, но это отпечатки миссис Помфрет и мои.

– И на том спасибо. – Подняв со стола коробку, Фокс сунул ее под мышку. – Найдется ли тут комната, которую я смог бы занять ненадолго для предварительного осмотра?

– Мы оставим вас здесь, наедине со скрипкой, – решила миссис Помфрет и поднялась с места. – Думаю, никто не откажется от хорошего коктейля? Мне он точно не повредит… – Она направилась к двери. – Гарда, нам нужно с тобой поговорить. Генри, прошу тебя… Генри! Мисс Хит вполне способна держаться на ногах самостоятельно. Пожалуйста, передай Стивенсу…

Все встали и двинулись к выходу.

Предоставленный самому себе, Фокс приступил к изучению имеющихся улик, но не раздувал при этом ноздри и вообще не проявлял какой-либо другой реакции, которой можно было бы ожидать от детектива, взявшего след. Глядя на его манеру работать, казалось, что часть его мыслей занята чем-то посторонним. Не то чтобы он как-то небрежно подошел к делу, напротив, Фокс со всей тщательностью осмотрел скрипку, изучил моток шпагата и коробку, а затем скрупулезно, один за другим, извлек все кусочки папиросной бумаги, использованные для упаковки. Очевидно, большого прорыва в следствии это занятие не принесло, поскольку глаза Фокса не вспыхивали радостью сделанного открытия, зато они заблестели, выказывая интерес, когда он развернул оберточную бумагу и склонился над ней, пожирая глазами выведенный чернилами адрес[27]:

– А вот это, – прошептал Фокс, выпрямляясь, – хоть немного уравновесит шансы…

Изучив штемпель почтового отделения на Колумбус-серкл, он вновь сложил оберточную бумагу, заново упаковал скрипку, закрыл коробку и постоял, барабаня по ней пальцами и переводя взгляд с одного пустующего стула на другой, словно бы подвергая недавно сидевших на них тщательной проверке.

Дверь комнаты распахнулась, и вошел Перри Данэм.

Он с удивлением посмотрел на закрытую коробку и стоящего рядом Фокса:

– Что? Вы еще не приступали к расследованию?

– Вовсе нет, я уже закончил. Привык быстро работать.

– И кто же прислал посылку? Неужели я?

– Все верно. Шпагат пропах вашим одеколоном.

– Проклятье! Мы, преступники, вечно оступаемся на какой-то мелочи, правда? – хмыкнул Перри, подходя к Фоксу. – Мама вроде хотела спросить вас кое о чем, а может, Гарда… В общем, вы понадобились маме. Она в Желтой комнате, за большим залом. Она прислала меня посторожить посылку, пока вас не будет, но, если вас это не устраивает, можете таскать ее…

– Я, пожалуй, рискну, раз уж ваша мать сама вас прислала. Это не там ли подают коктейли?

– Да, только не торопитесь напиваться. Вам еще потребуются все мозги, какие только…

Пока Перри говорил, Фокс уже был у двери, открыл ее, вышел в коридор и закрыл дверь за собой. Большой зал находился в двадцати шагах дальше по коридору, и Фокс решительно прошагал по толстому ковру половину пути, затем резко повернулся и на цыпочках подбежал к только что закрывшейся двери. Там он опустился на колени и заглянул в замочную скважину. Одного мельком брошенного взгляда оказалось достаточно. Фокс вскочил на ноги и стремительным движением открыл дверь.

Коробка была открыта, а упаковочная бумага разбросана по столу. Перри Данэм, с гневом и испугом в лице, стоял у ширмы со скрипкой в руках.

– Чтоб тебя! – прошипел Перри сквозь зубы.

– Взаимно. – Без всякой спешки Фокс двинулся вперед.

Когда он приблизился к Перри, молодой человек отступил на шаг, продолжая сжимать в руке скрипку. Мышцы напряжены в защитной стойке, на бледном лице – вызов.

– Расслабься! – коротко посоветовал ему Фокс. – Отдай ее мне.

Перри отступил еще на шаг:

– Послушайте…

– Я оглох. Но, возможно, смогу тебя выслушать, когда эта вещь вернется на свое место.

Очевидно, в намерения Перри не входило возвращать скрипку в коробку. Он был готов сразиться. Это ясно читалось в его глазах. В течение десяти секунд Перри удерживал пристальный, твердый взгляд Фокса, но затем он дрогнул и заколебался…

– Мы не станем махать кулаками, – заключил он. – Она может сломаться. Вы ведь не хотите ее разбить?

– Готов рискнуть, если ты бросишься наутек. Здесь я могу стоять столько, сколько и ты.

Две пары глаз вновь скрестились, словно клинки, но затем Перри неожиданно протянул Фоксу скрипку, и тот взял ее.

– Вот теперь, – сказал Фокс, – когда слух ко мне вернулся, я с радостью послушаю, если ты захочешь объясниться…

Перри коротко рассмеялся, но смех его был недобрым.

– А к черту отправиться не хотите? С той же радостью? Если бы только этот дом сам не превратился в ад! Если бы… – Перри не договорил и пожал плечами. – Пойду утоплю тоску в бурбоне.

Громко топая, он удалился, не удосужившись прикрыть дверь.

Фокс вернул скрипку на место, положил сверху папиросную бумагу и закрыл коробку, затем аккуратно взял коробку под мышку и покинул комнату. Прошел по коридору, в большом зале кто-то из слуг подсказал ему дорогу к Желтой комнате, там он и присоединился к хозяйке дома и остальным гостям.