Девушка с белым лицом - Владимир Колычев

- Ты что делаешь? - спросила Рита.

Я едва не подпрыгнул - так меня тряхнуло изнутри. Входная дверь была приоткрыта, но всё же появление Риты стало для меня неожиданностью. Ей совсем не обязательно было подкрадываться ко мне со спины.

- А ты чего не спишь?

- Ты куда-то ушел, мне стало страшно.

- Страшно?

- А мне не может быть страшно? - удивленно спросила она.

- Да нет, может… Конечно, может! - закивал я, закрывая за собой входную дверь.

- Там у нас, конечно, холодно и сыро… - поежилась Рита, глядя на меня без всякой иронии. - А у тебя тепло и спокойно… Ты хороший…

- Ну да.

- Хотя и со странностями.

- Я со странностями?!

- Другой бы меня уже сто раз выгнал. - Она улыбнулась, пытаясь смотреть на меня весело, но во взгляде сквозила печаль.

- Я - не другой.

- Давай спать, - зевнула в кулачок Рита, поворачиваясь ко мне спиной.

- Вместе? - сорвалось у меня с языка.

Она резко развернулась, остро глянула на меня и с колкой иронией сощурила правый глаз:

- А хочешь?

Я не просто поплыл под ее взглядом, а лопнул как наполненный вязким клеем пузырь, растекаясь по полу. Для меня она была котенком, о котором я должен был заботиться бескорыстно и бесстрастно. Мало того, я назвал Риту своей дочкой и этим еще сильнее затянул узел противоречий.

Но был и другой момент, который связывал меня по рукам и ногам. Вдруг передо мной не Рита, а Елена Тихомирова со всеми отсюда вытекающими? Вдруг она превратится в русалку с протухшей чешуей?

- Ну, чего застыл? - Риту явно забавляла моя растерянность, но улыбалась она совсем не весело, печали в ее глазах было куда больше, чем задора.

- Для меня это все слишком серьезно, - собираясь с мыслями, но все еще в замешательстве кивнул я.

- Что серьезно? - Она подошла ко мне, положила руку на плечо.

Взгляд прямой, немигающий, грустная ирония в нем, смешанная, как тот коктейль в миксере с дольками лайма, лапками паука и хитринками дьявола.

- Все серьезно.

- А я тебя дурачу. - Рита приложила к моей шее ладони, не смыкая их в замок на затылке.

Ее дыхание горячей волной прошло по щеке, проникая сквозь кожу в сознание, отключая защитные механизмы.

- А ты меня дурачишь, - повторил, соглашаясь, я.

- Глупо все.

- Глупо.

- А так?

Она вдруг потянулась ко мне, я - к ней, наши губы слились, вкусное влажное тепло впрыснулось в мою кровь, как морфий из шприца, душа растянулась гармонью, заиграла, запела, потянуло в пляс. Но Рита отстранилась, опустила руки, на губах тлела нежная улыбка, в глазах - теплые тона холодного Северного сияния.

- Ты меня не дурачишь, - сказал я. - Ты меня околдовала.

- Теперь ты должен меня слушаться, - как бы всерьез, но с озорными искорками сказала она.

Я кивнул, завороженно глядя на Риту. Она еще не поработила мое сознание, но уже вплотную приблизилась к тому. Я не рвался исследовать ее обратную сторону, где темных пятен было не меньше, чем на Луне. Но смогу ли я подчиниться темным силам, которые сидят в ней? Одно дело влюбиться, и совсем другое - продать душу дьяволу.

- И что я должен сделать? - спросил я.

- Лечь спать. Со мной. По разным комнатам… Девочки налево, - Рита открыла дверь в детскую, а мне показала на спальню: - Мальчики направо… Спокойной ночи!

- До завтра, - кивнул я, чувствуя себя солдатом, отступающим на заранее подготовленные позиции.

Отношения с Ритой налажены, я ей вовсе не противен, мы с ней даже целовались, обменявшись частицами «инь» и «ян». Возможно, я даже смог вызвать в ней сильное брожение чувств.

- Завтра будет тяжелый день, - сказала она, закрывая за собой дверь.

- Почему?

Рита не ответила, слышно было, как щелкнул замок. Свет в комнате она зажигать не стала и телевизор не включила.

Я взял полотенце, отправился в ванную, принял душ. Свет за дверью в детскую не горел, телевизор не работал, было тихо-тихо. Неужели Рита уже спит? А где же девичьи чаяния и воздыхания о любимом? Почему она не ворочается с боку на бок?…

На ум пришла покойница на смертном одре: тело лежит на спине неподвижно, руки сомкнуты на груди, связанные в запястьях. Я тряхнул головой, отгоняя страшное наваждение. Рита - свежая, вкусная, теплая, в ее жилах течет живая кровь, нет, она не может быть мертвой.

Мобильник я положил на тумбочку, лег, укрылся одеялом и только потом глянул на компьютер. Вроде бы я уже не пьяный, даже проспаться успел, мог бы уйти в Зазеркалье виртуального мира, но не тянулась рука к «мышке», не возникало желания приласкать «клаву». А надо бы покопаться в инете, почерпнуть информации о погибшей Елене Тихомировой.

Событие само по себе не рядовое, не каждую ночь покойницы восстают из могил, возможно, было журналистское расследование. Но с кровати я так и не поднялся: не хотел шуметь, будить Риту. Вдруг она явится передо мной с белым лицом и чернильными губами? Вдруг это будет не маскарад? Поздно уже, магия Луны питает нечистую силу, ночью двери в потусторонний мир открыты - лучше не рисковать.

Телефонный звонок вспорол тишину ударом кинжала. Я вздрогнул, как будто мне на лицо брызнула чужая кровь. На дисплее высветилось: «Б/У» - так не очень ласково окрестил я свою бывшую в употреблении жену. Или бытующую в употреблении другим.

- Макс, они нашли машину! - быстро проговорила Элли, наполняя сознание истерично-тревожным звучанием пожарной сирены.

- А самого Антона?

- Не знаю, туда наряд выехал, жду.

- Куда туда?

- На Медвежьи озера… Макс, у меня плохое предчувствие!

- У меня тоже, - сказал я, вспомнив, о чем бредил окосевший от водки Антон.

Озеро, русалки, вода на дороге, в которой он мог захлебнуться. Боялся он ехать, не хотел садиться за руль, знал, какая беда может с ним случиться.

- Я уже всю валерьянку выпила, на корвалол перешла, - пожаловалась Элли.

- Нормально все будет.

- Ты обещаешь?

Я молча пожал плечами, отвечая на крик души неопределенностью.

- Макс, можно я тебе потом позвоню? - спросила Элли.

- Да, конечно. Позвонишь, а потом Антону трубку передашь… Или сама расскажешь, по каким кустам он шлялся.

- Ты все шутишь? - хныкающим голосом спросила она.

- Не теряй надежды, - сказал я и, пожелав спокойной ночи, сбросил звонок.

Надо было совсем отключить телефон, но я не решился отказать некогда любимой женщине в своей поддержке. Неспроста внедорожник Антона обнаружился на озере, не зря он говорил о своих дружках, которые уже утонули. Русалка его забрала. Но зачем? Вопрос лежал на поверхности, там же и ответ на него, нужно всего лишь наклониться и подобрать.