Афера с вином - Питер Мейл

— Вы давно живете в Бордо?

— Я родилась в Пойаке, в восьмидесяти километрах отсюда. Так что я une fille du coin, местная девочка.

— A ваш английский? Не в Пойаке же вы научились так говорить?

— Когда-то давно я жила в Лондоне. B те дни приходилось говорить по-английски — французского тогда никто не знал. Это сегодня Лондон похож на une ville française[10]. Я читала, что там живет больше трехсот тысяч французов. Говорят, что Лондон лучше приспособлен для бизнеса.

Софи покрепче взялась за руль:

— И пока потерпите с вопросами. Тут нужна внимательность.

Она ловко выпуталась из паутины узких улочек с односторонним движением и остановилась у входа в отель — помпезного здания XVIII столетия, имеющего вид самодовольный и крайне респектабельный.

— Voilà, — сказала она. — A сейчас мне придется вернуться на работу, но мы можем пообедать вместе, если хотите.

Сэм улыбнулся:

— Хочу.

* * *

Вечером он сидел в вестибюле отеля и ждал Софи, предвкушая приятный вечер. Называйте это неделовым подходом или даже мужским шовинизмом, но работать с хорошенькой женщиной Сэму было гораздо приятнее, чем с дурнушкой. Еще больше радовало его то, что она родилась и выросла в Бордо. Ему приходилось слышать о замкнутости местного общества, представляющего собой запутанный лабиринт семейных связей, давних союзов или противостояний, некоторые из которых насчитывали уже пару веков. Чужаку без помощи местного проводника было бы непросто в нем разобраться.

Услышав цокот каблучков, Сэм поднял голову и увидел Софи Косте. Она переоделась к обеду. Маленькое черное платье, naturellement[11]. Две нитки жемчуга. Толстая черная кашемировая шаль. Легкий и сложный аромат. Сэм машинально поправил галстук.

— Хорошо, что я надел костюм, — удовлетворенно заметил он.

Софи рассмеялась.

— А в чем обычно мужчины ходят вечером в ресторан в Лос-Анджелесе?

— Да в чем угодно! Джинсы за пятьсот долларов, ковбойские сапоги из змеиной кожи, футболка от Армани, шелковый смокинг, бейсболка от Луи Виттона, ну и так далее — практичная, немаркая одежда. И никакого жемчуга. Настоящие мужчины не носят жемчуга.

Софи смотрела на него с таким видом, словно ее подозрения оправдались:

— По-моему, вы не очень серьезный человек.

— Стараюсь им не быть, — признался Сэм. — Но вот к обеду я всегда отношусь крайне серьезно. Куда мы пойдем? Может, вызвать такси?

— Не стоит, дойдем пешком. Это совсем близко. Небольшой ресторанчик с очень хорошей кухней и картой вин. — Она испытующе взглянула на Сэма. — Вы ведь любите вино?

— Еще как! А вы ожидали, что я потребую кока-колу?

— С вами, американцами, никогда заранее не знаешь, — пожала плечами Софи.

Ресторан понравился Сэму с первого взгляда: маленький, немногим больше его собственной гостиной в «Шато Мармон», с крошечным баром, простой, удобной мебелью, черно-белыми фотографиями на стенах и толстыми белыми скатертями на столиках. Темноволосая женщина с улыбкой поспешила к ним навстречу, и они с Софи расцеловались. Женщину звали Дельфиной, и она оказалась женой шеф-повара, a Софи, судя по радушному приему, была здесь постоянным клиентом. Дельфина проводила их за столик в дальнем углу, принесла меню, предложила по бокалу шампанского и умчалась на кухню.

— Вот именно то, что я люблю, — кивнул Сэм, оглядываясь. — Отличный выбор, Софи. А кто все эти ребята на стенах? — Он показал на ряд фотографий.

— Vignerons[12], друзья Оливьера, шеф-повара. Увидите их вина в карте. И не огорчайтесь, если не найдете ни одной бутылки из Калифорнии.

Дельфина вернулась с шампанским, и Сэм поднял бокал:

— Спасибо, что согласились помочь мне. Теперь работать стало гораздо приятнее.

Софи чуть склонила голову.

— Вы еще должны рассказать мне все об этой работе. Но сначала решим, что будем заказывать.

Заметив, что Сэм начал с винной карты, она улыбнулась:

— Вы как мой дедушка. Он тоже сначала выбирал вино, а уж потом еду к нему.

— Мудрый старик, — похвалил Сэм, не отрываясь от карты. — А мне, похоже, повезло. Смотрите-ка что я нашел: «Линч-Баж» восемьдесят пятого года! Разве можно от такого отказаться? Кстати, из вашего родного города. — Он подмигнул Софи. — А что бы ваш дедушка заказал к нему из еды?

— Тут и думать нечего. Утиную грудку, легко обжаренную. Может, начнем с устриц и еще по бокалу шампанского?

Сэму вспомнился Лос-Анджелес и регулярные походы в ресторан с девушками, которые чувствовали себя оскорбленными, если им предлагали съесть что-нибудь более существенное, чем листик салата и две вареные креветки. Насколько же приятнее обедать с женщиной, получающей от еды истинное удовольствие.

Дельфина приняла у них заказ, ушла, но тут же вернулась с бутылкой вина и декантером. Она продемонстрировала этикетку Сэму, дождалась одобрительного кивка, ловко срезала фольгу и извлекла пробку — очень длинную, темную и влажную, — понюхала ее, обтерла горлышко бутылки салфеткой, перелила вино в графин и оставила его «подышать».

— А что думают у вас в Бордо о винтовых пробках? — поинтересовался Сэм, который сам относился к этому нововведению с глубоким отвращением.

Софи даже поежилась при мысли о таком кощунстве.

— Да, я слышала об этой моде. Даже у нас кое-кто этим заразился. Но в основном наши виноделы — люди консервативные и вряд ли согласятся разливать свое вино в бутылки для лимонада.

— Рад слышать, Я типичный пробочный сноб. — Сэм достал из кармана несколько листочков с записями. — Может, пока не принесли устриц, я вам кое-что расскажу? Не знаю, ввели ли вас парижане в курс дела…

Софи внимательно выслушала историю о краже, бесплодных попытках Сэма найти следы в Америке и о его решении продолжить поиски в Бордо. Он уже собирался посвятить ее в план дальнейших действий, но тут прибыли две дюжины пахнущих морем устриц в сопровождении тонких ломтиков серого хлеба и новых бокалов шампанского.

Перед тем как проглотить первую устрицу, Софи немного подержала ее во рту. Потом она аккуратно взяла пустую раковину двумя пальцами, поднесла ее к губам, запрокинула голову, продемонстрировав Сэму стройную, восхитительно белую шею, и ловко выпила сок. Это зрелище так заворожило Сэма, что он забыл про устриц.

Его пристальный взгляд не ускользнул от Софи.

— Что вы так смотрите? — укоризненно спросила она.