Полосатый катафалк - Росс МакДональд

Шоссе превратилось в главную улицу. Несмотря на свою близость к Лос-Анджелесу, городок был захолустный. Все было закрыто, не считая двух баров. Несколько человек в рабочей одежде брели по улице, пошатываясь под двойным бременем алкоголя и одиночества.

— Мне здесь не нравится, — подала голос Вики. — Дыра какая-то!

— Мы ненадолго.

— Точно? У меня, между прочим, нет денег.

— В полиции об этом позаботятся. Немного подождем, скоро все выяснится.

Металлический купол здания суда в свете звезд напоминал отполированный мыльный пузырь. Внутри было темно и пахло как в старом чемодане. Дежурного я нашел на первом этаже. Он сказал, что сержант Леонард в морге за углом.

Возле белого трехэтажного дома в колониальном стиле на газоне стоял знак: «Похоронное бюро Нортона».

Когда мы вышли из машины, Вики увидела знак и попятилась. Я взял ее под руку и провел в вестибюль, где пахло гвоздиками и формальдегидом. Она обвисла у меня на руке:

— Я не могу!

— Надо. Может, это не Ральф.

— Тогда зачем я здесь?

— А вдруг это все же Ральф?

Мы вошли в комнату, где не было ничего, кроме гроба на постаменте у стены. Вики пугливо озиралась по сторонам.

— Он там?

— Нет. Возьмите себя в руки. Минутное дело — и все.

— А что мне делать потом?

На этот вопрос я не мог ответить. Отворилась еще одна дверь, и вошел человек с нашивками сержанта. Пожилой, живот свисает над ремнем, взгляд спокойный, дружелюбный. Внешность соответствовала голосу, что я слышал по телефону.

— Я сержант Леонард.

— А я Арчер. А это миссис Симпсон.

Сержант поклонился с подчеркнутой учтивостью:

— Рад познакомиться, мэм. Очень любезно с вашей стороны, что вы к нам приехали.

— Пришлось... Где он?

— Над ним колдуют врачи.

— Так он жив?

— Он давно умер. Доктор Уайт производит вскрытие, чтобы установить причину смерти.

Вики стала оседать на пол. Я успел подхватить ее под мышки. С помощью сержанта я оттащил ее в соседнюю комнату, где горел ночник и сильней пахло гвоздиками. Она прилегла на кушетке, поджав под себя ноги в туфлях.

— Немного подождите, мэм, доктор Уайт сейчас подготовит его для опознания. — В голосе Леонарда послышались слащавые нотки, навеянные обстановкой. — Хотите что-нибудь выпить?

— Бальзамирующей жидкости.

Он удивленно поцокал языком.

— Уйдите и оставьте меня в покое.

Я пошел за Леонардом в комнату, где шло вскрытие. Труп лежал на белом эмалированном столе. Не буду описывать убитого. Время, проведенное в земле, а потом на этом столе, не украсило его. Он не был похож на Берка Дэмиса. Это был другой человек.

Доктор Уайт зашивал крестообразный разрез. Его руки в перчатках двигались, как клешни робота. Это был высокий лысый человек с вислыми щеками и усами табачного цвета. Во рту у него была зажженная сигара, и он покачал головой, чтобы дым не лез в глаза. Он уходил вверх спиралями.

Я подождал, пока доктор не кончил зашивать и не накрыл тело до подбородка прорезиненной тканью.

— Что удалось установить, доктор?

— Прокол сердца — левый желудочек. Похоже на колотую рану ледорубом. — Он стащил резиновые перчатки и пошел к раковине. Зашумела вода, но доктор говорил, заглушая шум: — Ушибы головы получены после смерти, похоже, долгое время спустя.

— Бульдозер?

— Очень может быть.

— Когда его откопали?

— Кажется, в пятницу. Так, Уэсли?

Сержант кивнул:

— В пятницу днем.

— Вы проводили тогда предварительный осмотр?

Доктор Уайт повернулся ко мне, вытирая полотенцем руки.

— Не было указаний. Окружной прокурор и шериф, он же коронер, оба в Сакраменто на конференции.

— Кроме того, — подал голос Леонард, спасая профессиональную репутацию, — раны не было видно снаружи. Маленькая точка слева на груди, и все.

Не мне было их учить. Я не хотел портить отношений.

— Ледоруб нашли?

Сержант только развел руками.

— Посте того как там поработали бульдозеры, не осталось ничего. Вы не видели развороченную, землю при въезде в город?

— Видел. Ну что, можно впускать миссис Симпсон?

Я обращался к доктору и сержанту, но вопрос повис в воздухе, словно отвечать на него должен был труп на столе. Мне даже показалось, что он сейчас ответит. Комнатка сводила меня с ума.

Я ввел Вики Симпсон. За это время она пришла в себя. У нее хватило сил дойти до середины комнаты, встать у стола и взглянуть на изуродованную голову.

— Это он, Ральф.

Словно в подтверждение всего этого она погладила его пыльные волосы. Затем посмотрела на сержанта и спросила:

— Что с ним случилось?

— Его закололи ледорубом, мэм, месяца два назад.

— Два месяца назад?

— Да, мэм.

Два месяца напрасного ожидания затуманили ей глаза пеленой. Она повернулась как слепая, не зная, куда идти. Я отвел ее обратно в комнату с ночником.

— Как по-вашему, Вики, кто мог его убить?

— Понятия не имею. Я никогда не была в этой дыре, как там ее...

— Вы говорили, что полицейские платили Ральфу за информацию.

— Так он мне говорил. Не знаю, выдумывал или нет. Но это было давно.

— У него были связи с уголовным миром?

— Нет, не такой он был человек.

— А как же криминальное досье?

Она покачала головой.

— Мне вы можете сказать. Ему уже нельзя повредить.

— Это все ерунда, — сказала она. — Мальчишкой он связался с дурной компанией. В школе. Как-то их поймали курящими марихуану и отправили в колонию. Вот и все.

— И больше ничего?

— Ничего. Честное слово.

— Он никогда не упоминал имени Берка Дэмиса?

— Берка Дэмиса?

— В Малибу я встретил Дэмиса. Я вам его описывал. Художник, который, похоже, воспользовался именем вашего мужа.

— Зачем?

— Возможно, потому, что он стыдился своего собственного имени. Он, похоже, воспользовался именем Ральфа, чтобы въехать из Мексики в Штаты на прошлой неделе. Вы уверены, что имя Берка Дэмиса вам ничего не говорит?

— Абсолютно.

— И словесный портрет тоже?

— Тоже ничего. Сейчас я не узнала бы и родного брата, если бы он вошел в эту дверь. Вы оставите меня в покое?