Отроки до потопа - Олег Раин

Выделенный школе берег поделили на секторы. Слева пищала и мельтешила комариная братия — в смысле, малышня, справа клубилась саранча покрупнее. Там уже не маячили, скорее — перемещались и плавали. Да и фигурки рисовались уже сформировавшиеся, почти взрослые. Девок, понятно, не парней. Старшаки — не дураки, чтобы землю драить. Девчонки, кстати, тоже себя не слишком утруждали — больше выгибались возле березок, кокетливо поднимали ручки-ножки, закатывали глазки, принимая томный многообещающий вид. Короче, вовсю устраивали фотосессию, щелкали друг дружку из сотовиков, копили кадры для будущих портфолио.

Троица друзей только ухмылялась, поглядывая в их сторону. Прямо шиза какая накатила на девок — все поголовно двинулись на этих портфолио. Что самое смешное — фотки свои по каким только сайтам не рассылали. Спрашивается — зачем? Принцев, что ли, приманивали? Или ребят с маниакальным синдромом? То есть Маньяки, конечно, клюнут, а вот принцев на таких сайтах днем с огнем не сыщешь — знают, поди, какое это палево, когда предлагается знакомиться «вслепую». То есть на фотке — блондиночка, глазки зеленые, фигурка перворазрядницы-гимнастки, а встречаешь потом где-нибудь в темном переулке, где уже ни берез, ни фотошопа, и копец! По-рыхлому заводи мопед и сваливай! Если успеешь, конечно…

В общем, слева визжала малышня, справа изводили мегапиксели будущие невесты, посередке маялись они — два параллельных класса, половина которых тоже, понятно, сбежала. Поэтому класс был как бы один. Мусора же с лихвой хватило бы на все три, а то и на четыре класса. Ничего удивительного, что многие проявляли недовольство.

— Прикинь, опять мы крайние! — разорялся Кокер, играя с граблями, то и дело наступая на них и торопливо отворачивая голову. — Шама, Краб — все в отказе. Сэма тоже не видать, а нас припахивают, как последних трутней.

— Трутни как раз не работают, — фыркнул Антон.

— Я и говорю: пашем, как собаки! А я, что, конь?.. У, блин! — черенок угодил-таки в лоб Кокеру, и он обозленно, точно клюшкой, саданул граблями по пластиковой бутыли. Посудина улетела далеко в воду.

— Сейчас сам поплывешь за ней! — гаркнул физрук. — Все вижу! Не загораем!

— Позагораешь тут — с таким-то тренером…

— И все слышу! Работаем, работаем, лодыри! Сами сорим, сами и убираем. Посмотрите, во что берег превратили. Такая река была славная, а теперь помойка помойкой.

— Мы, что ли, сорили! Я вообще летом в Сочи парился, — заорал Митек, паренек из сэмовской свиты. Исчезновение вельможного хозяина Митек позорно прошляпил и был пойман физруком, когда уже выбирался в окно туалета наружу.

— Вот и отрабатывай! Ты в Сочи чинарики разбрасывал, а Ваня Пупкин здесь за тебя химичил.

— Пусть Пупкин и убирает…

— Разговорчики, перцы! Кто будет бастовать, заработает неуд.

Народ примолк, зашебуршил метлами и граблями. Не то чтобы очень боялись неудов, но заиметь двояк в первый же день учебы представлялось немного обидным. Усерднее всех работал Тарасик. Он вообще уважал чистоту, наверное, даже уши мыл по утрам. Но даже этот чистюля, скребя по земле, косил глазом в сторону Анжелки. Королева класса умудрялась и с метлой выглядеть на пятерочку. После каждой отметенной бумажки, она непременно выпрямлялась, изламываясь телом то в одну, то в другую сторону, красиво отставляла ножку. Позировала, короче. Ей и портфолио был не нужен, хотя Серега знал: у того же Тарасика дома все стены заклеены Анжелкой. Да и прочие ребята украдкой ее щелкали. В фас, в профиль и как уж придется. Серега мог бы поспорить, что у каждого в альбоме найдется по три-четыре фотографии Анжелки. У него, в частности, их было не менее трех десятков…

— Живем, как в советские времена, — сплошные субботники, — вполголоса ворчал Антон. — В Китае на мусоре хоть деньги делают, а мы все в костры да в костры.

— Как это — деньги?

— А так. Уже, считай, пара олигархов поднялась.

— Подумаешь! У нас этих олигархов — как грязи.

— Вот именно — как грязи. Наше-то ханурье ничего не делает, сидит себе на газонефтяных вентилях, кальян курит. А им еще за это полмира башляет. Клоповье, короче. А эти с нуля начинали. Один, прикинь, чуть ли не бомжом был, на свалках околачивался, объедки подбирал. А как просек, что на мусоре можно зарабатывать, сколотил бригаду таких же упырей — и давай сортировать. Бумагу, цветмет, древесину — все, короче, порознь. Магазинчики дешевые открыл, дешевкой бэушной стал торговать. Короче, в три года стал миллионером.