Поверишь этому - поверишь всему - Джеймс Хедли Чейз

Пока он говорил, мы вышли из комнаты и направились теперь к дому по садовой дорожке.

Войдя в здание, Дайер свернул в большой зал, стены которого были увешаны старинным оружием, потом двинулся по широкой лестнице к двери в дальнем конце коридора. Я следовал за ним. Открыв дверь, Дайер пригласил меня войти.

– Чувствуйте себя как дома. Вот этот большой стол – ваш. Все схемы, маршрутные листы, адреса лучших отелей в каждой стране мира, тарифные ставки и прочую документацию вы найдете на этих полках. Стол поменьше предназначен для миссис Видаль. А теперь можете приступать к работе. Я удаляюсь. Желаю удачи.

И он вышел.

Закрыв за ним дверь, я более внимательно осмотрел комнату. Она была просторная, светлая, с большими окнами, выходящими на бассейн.

На моем столе можно было бы, наверное, играть в бильярд, так он был велик. На нем стояли четыре телефона, внутренний селектор и телекс. На тумбочке сбоку стоял комбайн «Грюндиг».

Я обошел вокруг стола и сел на свое рабочее место. Стол Валерии был как раз напротив моего, так, чтобы мы могли постоянно видеть друг друга.

Монотонно работал кондиционер, навевая прохладу. О таком кабинете можно было только мечтать.

Было уже девять часов, и я с нетерпением ждал появления Вал. Мой взгляд упал на несколько конвертов, лежавших на столе. Выбрав один, я открыл его. Там была заявка на оформление командировки в Рангун для мистера и миссис Джексон с остановкой в лучшем отеле сроком на пятнадцать дней. Там же находились оба паспорта, чтобы оформить выездные визы.

И вдруг я прозрел…

Я понял, куда влип. Ведь если бы эта заявка пришла ко мне, когда я работал в «Америкэн тревел сервис», я бы переслал ее Лэсингему, у которого был целый штат курьеров, рассыльных и секретарш, которые все оформляли, ходили в министерство за визами и так далее. У меня же, кроме Вал, которая, кстати, еще не пришла, никого не было. Что делать?

Консульство Бирмы было в Майами. Поездка заняла бы два часа в оба конца. Да и в консульстве наверняка придется еще ждать. На одну заявку у меня ушло бы полдня. Нет, нужна хотя бы пара рассыльных.

Взглянув на селектор, я обнаружил имя Дайера под одной из кнопок.

– Говорит Бердн, – сказал я. – Мне нужен рассыльный, чтобы съездить в Майами. Вы можете это устроить?

– Это не по моей части, приятель. Обратитесь к мистеру Лукасу, он занимается вопросами комплектования штатов.

Я нашел номер Бернарда Лукаса и, позвонив ему, объяснил ситуацию. Он ответил, что у него нет лишних людей.

– Ничем не могу помочь, мистер Бердн. Но, кажется, у нас был счет в «Америкэн тревел сервис», попробуйте через них.

– Мы расторгли с ними контракт, и мистер Видаль поручил эту работу мне, а рассыльных у меня нет.

– Боюсь, на эту тему вам придется говорить непосредственно с шефом. Без его разрешения я не могу расширять штаты. – И он повесил трубку.

«Может, Вал что-нибудь придумает?» – с надеждой подумал я.

Еще раз просмотрев заявку, я увидел, что Джексоны должны отбыть рано утром в среду. Времени оставалось еще достаточно, чтобы оформить им визы. Положив бумаги обратно в конверт, я вскрыл другой. Это была заявка на мистеров Джейсона, Хэмильтона, Фремлина и Макфреди; все летели в Токио. Причем мистеру Джейсону следовало еще напомнить, чтобы он сделал прививку против оспы, а мистеру Макфреди также нужна была виза. Вылет через три дня.

Послав всех к чертям, я связался с японской авиакомпанией и заказал билеты на Токио. Затем дал телекс в столичный «Пасифик-отель» и зарезервировал там места. А что теперь?

Каждый вскрытый конверт содержал какую-нибудь головоломку, которую я сам не в состоянии был решить. Нужно было печатать на машинке, наводить справки и при этом находиться еще в нескольких местах одновременно. Ужас!

Да, мистер Дайер имел все основания радоваться моему приему на работу. А Вал до сих пор не было… Куда же, черт возьми, она подевалась? Ведь уже одиннадцать часов!

Мой блокнот к тому времени был уже весь испещрен колонками цифр, названиями гостиниц и фирм. Я успел разобраться с четырнадцатью заявками. Пять из них требовали срочного оформления, а остальные можно было отложить до завтра.

Надеясь, что с минуты на минуту появится Вал, я сосредоточил внимание на этих пяти запросах. Так продолжалось до 13 часов, когда в селекторе прозвучал голос Дайера:

– Я забыл вас предупредить, приятель, что на моем этаже есть столовая для сотрудников. Кормят хорошо и недорого.

– А сюда мне могут принести сандвич?

– Конечно. Наберите цифры 23 на зеленом телефоне, и вам немедленно все доставят.

– А вы не знаете, где миссис Видаль?

– По-моему, уехала в Палм-Бич. А она вас не предупредила?

– Нет.

– Кажется, она была в неважном настроении. А может, просто забыла, что собиралась работать с вами. Так рассыльного вы не нашли?

– Нет.

– Плохо. А работы, конечно, полно?

– Да ничего, справляюсь как-то.

«Уехала в Палм-Бич». Я не мог этому поверить. Мы же не виделись целую неделю, она не могла забыть; Вал наверняка так же считала дни и часы, как и я.

Отодвинув стул, я подошел к окну. Визы на Рангун нужно было получить до 17.00, но сам я уйти не мог. Внезапно мне пришла в голову мысль позвонить Сью. Вот кто сумеет помочь! Но если об этом узнает Лэсингем, у нее будут неприятности. Однако у меня не оставалось выбора, и после некоторого колебания я все же позвонил.

– Привет, Клэй. Я думала о тебе. Как дела?

– Кошмар какой-то, Сью. У меня совершенно нет сотрудников, а позарез нужны две визы на Бирму сегодня до 17.00. Ты не поможешь мне?

– А паспорта есть?

– Да.

– Отлично. Сейчас Джейк едет в Майами как раз за визами. Я попрошу его заехать к тебе. Только его придется как-то отблагодарить, чтоб он не проболтался…

– Это само собой. Спасибо, Сью. Ты спасла меня.

А вскоре появилась и Вал. Выглядела она потрясающе.

– Ох, Клэй, милый, ты знаешь, где я была?

– Дайер мне сказал.

– Я должна была поехать. У них сезонная распродажа. Я за гроши купила отличное платье. Надо его тебе показать.

Подойдя ближе, я хотел обнять ее, но Вал отшатнулась:

– Нет, Клэй, не здесь. Это опасно. Кто-нибудь может войти.

Сдержавшись, я вернулся на свое место. Меня переполняло чувство разочарования и горькой обиды.

– Сейчас не до платья, Вал, – сказал я глухо. – Тут чертовски много работы, и вся срочная. Садись и начинай печатать.

– О, Клэй, не пори горячку. Я же не могу работать в такой одежде! Мне надо сменить платье.