Чего хочет женщина - Татьяна Полякова

От сердца отлегло. Вот только Лом… но и с этим как-нибудьсправлюсь.

Аркаша у меня появился с утра, я сначала испугалась, но онпрямо с порога сказал:

— Не бойся, не скандалить.

Сели на кухне, я всплакнула на всякий случай. Аркашавздохнул тяжело.

— Ну, чего тебе не хватало? — спросил тихо.

— Прости ты меня, — попросила я. — Люблю яДимку. Отпусти ты нас по-хорошему.

Аркаша поерзал, на меня покосился.

— Ах, Ладушка, надоест ведь он тебе, бросишь… Жалкопарня.

— Я за него замуж пойду.

Тут Аркаша подпрыгнул.

— Замуж? Да на кой черт он тебе? Думаешь, я вас кормитьбуду? Не дождешься.

— И не надо, — фыркнула я. Он подумал, грудьпочесал.

— Ладуль, давай по-доброму. Поживите годок как есть, влюбовниках. Если ты его за это время не погонишь, так и быть, женитесь, свадьбусыграем. И весь этот год деньги будешь получать, как раньше. Идет? Ну чеготоропиться-то, не пожар. Мало ли что. Может, ко мне вернешься, ведь люблю ятебя. И с Валеркой пока не разводись, слышишь? Где еще такого мужа найдешь. Непори горячку, прошу.

Я для видимости немного поотнекивалась и согласилась.

Валерка со мной недели две не разговаривал, спал в гостиной,злющий как черт. Потом подобрел, в спальню вернулся, видно, деньги кончились.При первой же встрече Димка на меня накинулся:

— Лада, ты же обещала…

— Отцу твоему слово дала, чтоб отстал, не верит он, чтоу нас серьезно. Давай, Дим, по-хорошему с отцом. Мой муж нам не мешает, не живуя с ним. Видеться будем каждый день, год пройдет, оглянуться не успеем, и маматвоя за это время со свадьбой смирится.

Уговаривать его пришлось долго, но в конце концов онсогласился, и стали мы жить как раньше. Мутно, зыбко. Я в конторе не появляюсь,Лома боюсь. Димка меня пасет, шагу одна не сделаешь, вопросами замучил: где, скем, когда придешь. Не Валерочка. Как-то вечером Аркаша пожаловал, а Димка егоне пускает.

— Сынок, мне с Ладой посоветоваться надо.

Сел с нами на кухне, ни на минуту не оставил. Аркаша толькоголовой качал.

В середине августа как-то вечером пришла Танька.

— Муж где? — спросила с порога.

— В театре.

— А ты чего дома?

— У Димки дела. Послезавтра встречаемся.

Танька за стол села, от чая отказалась, смотрит как-точудно. Я терпела, ждала, когда ее прорвет.

— Мой-то вчера пьяненький пришел, еще стакан хватил,болтать начал. Знаешь, кто завтра курьером поедет? Димка твой.

Танька меня за руку схватила, в глаза уставилась.

— Ладка, прикинь, сколько он повезет.

Я руку выдернула.

— Ты что, сдурела?

— Ладка, ты подумай, деньги-то какие, нам с тобой навсю жизнь хватит. Подумай, с такими деньгами, да распорядясь ими с умом, житьможно в свое удовольствие. И рожи эти бандитские никогда не видеть. По-умномуотойдем года за два, чтоб в глаза не бросалось, слышишь, у меня и план есть.

— А Димка?

— Что, Димка? Не даст его папаша в обиду. Ну трудно емубудет, я ж не говорю, но ведь не убьют. Ты подумай.

— Танька, да если все сорвется, ты хоть представляешь,что с нами сделают?

— Представляю. Ты-то, может, как-нибудь и отмажешься, амне каюк. Рискнем, Ладка. Ведь такие деньги, на всю жизнь.

— Вдруг Вовка догадается?

— Да не помнит он ни черта, что говорил, а и вспомнит,молчать будет. Башку-то за треп враз отвернут. Ну, решай.

— Говори, что за план, — сказала я.

— Хороший план, проще не бывает.