Чего хочет женщина - Татьяна Полякова

— Что ж теперь… попробуем съесть.

А я спросила ласково:

— Геночка, а тебе обязательно превращать наш дом вовощной магазин?

— Ну чего ты, Ладуль? — запечалился Ломик. Впоследнее время он очень страдал от перепадов моего настроения, ходил по дому вносках и пытался говорить шепотом, по большей части сам с собой:

— Тебе витамины нужны. Ты у меня какая-то бледненькая,и глазки такие грустные… ну скажи мне, чего ты хочешь, а?

Танька, подперев рукой щеку, смотрела на него с жалостью исочувствовала мне.

— Ломик, отвязался бы ты от нее. Она… готовится квеликому событию… ей хочется сосредоточиться, помолчать…

— А ты чего притащилась? — рассвирепел Лом. —Звали тебя? Как ты мне надоела, давно бы выгнал в шею, да Ладулю расстраиватьнеохота.

— Ломик, съешь персик, — посоветовала Танька.

— Тебя забыли спросить.

Однако, пошарив в ящиках и отобрав понравившиеся плоды,Ломик тщательно их вымыл, положил в вазу и пододвинул ко мне, правда, голосподать не решился. Поскучал, съел три персика и стал приставать к Таньке:

— И чего ты все таскаешься? Делать тебе нечего?

— Нечего, — согласилась та, — скука смертная.Городишко дохлый какой-то. Тишина, как ночью на кладбище. Сегодня сунулась вгазету, вижу крупными буквами «Убийство» — и что? Жена мужа по пьянке зарезала.

— Дура ты, — разозлился Лом. — Все болтаешь иболтаешь. Скучно ей… Скучно — дома сиди. А то притащится, наплетет семь верстдо небес, Ладуля потом лобик морщит, а мне одно беспокойство. Все ж таки выгонюя тебя…

— Да ладно, — вздохнула Танька, — ещечего-нибудь съешь…

Тут она посмотрела на меня и начала туманно:

— Я вот на досуге подумала и решила: пора о душе заботупроявить, чтоб жизнь не впустую прошла, сделать что-нибудь путное.

Заметив любопытство в моих глазах, Ломик оживился:

— Церковь, что ли, построить? Давайте… Я против Боганичего не имею. Ладуля велит в церковь ходить, и хожу, каждое воскресенье.Деньги есть, мастеров найдем, мигом сляпают, то есть возведут. Купола чистымзолотом покроем, чтоб Господь, значит, нас не проглядел. — Лом заткнулся инерешительно посмотрел на меня, потом на Таньку. Я кивнула.

— Хорошая идея.

— Вот, — обрадовался муженек, а Танька кислопоморщилась.

— Что церковь… их без нас полно пооткрывали… Надомыслить масштабно.

— Чего ты затеяла? — насторожилась я, а Лом рукоймахнул и пошел к двери.

— Я вот что подумала: а не сделать ли нам Ломикапрезидентом?

— Президентом чего? — притормозив и повернувшись кТаньке, хмуро спросил Лом.

— России, — с обычной скромностью ответила Танька.

Я закашлялась, а Лом жалобно посмотрел на меня и сказал:

— Ладуль, я не хочу… в президенты то есть. Мне и это-товсе надоело, так бы вот бросил все и ушел куда-нибудь, ей-богу…

Лом не лукавил, подозреваю, он всерьез мечтал о трехлетнемотпуске по уходу за ребенком. Не обретя во мне поддержки, муженек затосковал исказал со вздохом:

— Я, это… говорить не мастер, а там сплошной треп.

— Речи на бумажке умные люди пишут, а у тебя памятьхорошая, выучишь. И нечего рожу воротить… вот ты всегда так, заботятся о тебелюди, уважают и вообще… а ты нет бы спасибо сказать… какое там, начнеткапризничать. Вот так и убила бы тебя, ей-богу…

— Ну чего ты сразу орешь? — устыдился Лом. —Я же совсем-то не отказываюсь… — И на меня посмотрел.

— Слава тебе господи. — Тут Танька ко мнеповернулась. — Лом мужик видный, чем мы хуже американцев? Даешь молодогопрезидента… Лом, вынь руки из карманов и встань как следует.

Муженек от стены отлепился, вынул руки и расправил широкиеплечи. Я взглянула на него с интересом, а Танька продолжила:

— Дело это нелегкое и займет некоторое время. Лом ктому моменту интересной сединой покроется, и малышу-Клинтону с ним рядом нестоять.

Я оперлась локотком на стол и взирала на мужа со всевозрастающим интересом.

— Опять же, у нас не первая леди, а конфетка. С такойженой хоть завтра на английский престол короноваться.

— Фиг этим англичанам, — заволновался Лом,испугавшись перемен в Танькиных планах. — Хотя, Ладушка, конечно,настоящая королева, тут говорить нечего…Только с какой стати нам об англичанахзаботиться?

— Это я так, к слову, — успокоила его Танька,посмотрела на меня и спросила, раздвинув рот до ушей:

— Ну?

Я хихикнула, кашлянула, потом опять хихикнула и ответила:

— Заметано.

— Вот и ладненько, — обрадовалась Танька. — Уменя и план есть.