Цветочное алиби - Дарья Калинина

Немного отдышавшись, Мариша пошла на кухню и налила себе прямо из-под крана холодной воды.

– Хочешь? – принесла она кружку и Аю.

Та с благодарностью выпила всю воду до капли.

– Ну и туша! – выдохнула она. – Как Петька с ней жил? Не представляю!

– Прекрасно мы жили!

Голос был страдальческий. Лена открыла глаза, но и не думала шевелиться. Так и лежала на полу, глядя на суетящихся возле нее женщин.

– Ленка, ты чего разлеглась-то? – допытывалась у нее баба Маня. – Вставай, простудишься!

– Ой, мне теперь все равно. Зачем мне жить, если моего Петеньки на свете больше нету?

И произнеся эти слова, Ленка неожиданно заревела.

– Ой, как жить, как жить! – завывала она, тряся нечесаной головой. – Погиб мальчик мой ненаглядный. Рыбка! Соколик! Господи, зачем я его одного отпустила?! Ведь знала же, что не приспособленный он у меня к жизни. Всякое с ним могло случиться. Вот и случилось.

И устремив взгляд на Аю, Ленка внезапно завопила:

– Это ты его убила, гадина! Ты! Ты ему развода давать не хотела. Вот и убила моего ненаглядного Петеньку! Ты – убийца! Ты – и никто другой!

Тьфу ты! Как плохо! Эта баба выразила вслух как раз то, чего больше всего опасалась Аю. И как раз в этот момент, когда Ленка обличала Аю в убийстве ее мужа, входная дверь открылась, и вошел один из тех оперативников, кто этой ночью допрашивали Аю. Картина, что называется, маслом. Аю в ужасе замерла в своем углу, совершенно уверенная, что сейчас ее поволокут в милицию, в камеру, в тюрьму. А оперативник, оглядев всех женщин, понимающе хмыкнул:

– Значит, вот оно как! Квартирку побежали обследовать? Наследство! Так надо понимать?

При этих словах оперативника Ленка рыдать перестала. И злобно воззрилась на Аюшу.

– Какая квартира? – размазывая по лицу слезы, деловито осведомилась она. – Что за наследство? Вот эта самая квартира? А почему это ей наследство? Это теперь моя квартира! Петенька меня сюда прописал. Так что я тут законная хозяйка получаюсь после его смерти!

Оперативник был смущен ее напором. Как уже говорилось, Лена была женщиной крупной. А вопрос с квартирой заставил ее ожить и с явной угрозой надвинуться на оперативника.

– Моя это квартира нынче! И ничья больше!

– Ну, я в таких вопросах не разбираюсь, – произнес парень. – Только вы, гражданка, кем потерпевшему приходитесь?

– Жена я ему.

– Нет, жена вот она. А вы кто?

– Жена я ему! Мы с Петенькой, то есть с потерпевшим, если по-вашему, целый год прожили. Душа в душу! Так что я ему жена и есть, гражданская жена!

– Другими словами, вы его сожительница?

– Гражданская жена!

Ленка держалась очень гордо. Мариша лишь головой покачала. Бедная тетка, похоже, совсем не разбирается в юридических тонкостях. А между тем гражданская жена погибшего Петеньки именно Аю. Раз они с ним в церкви не венчались, но в ЗАГС все же сходили. А вот Ленка всего лишь его официальная сожительница. И их отношения законным браком у юристов не считаются. Хотя, если дело дойдет до судебного разбирательства, суд может учесть, что с Аю погибший не жил уже много лет. А вот с Ленкой жил, хотя и не очень долго.

– Ладно, кто из вас кем покойнику приходился, потом разберемся, – помотал головой оперативник, которому в голову пришли похожие мысли. – Но я вижу, что вас уже ввели в курс дела. И вы знаете, что Петр Конопатов погиб?

Лена кивнула.

– И в связи с этим я вот что хочу спросить, были у вашего сожителя…

– Гражданского мужа! – перебила его Ленка.

– Пусть так, были ли у вашего гражданского мужа какие-нибудь враги?

– Какие же враги? – растерялась Ленка. – Конкуренты, что ли?

– Может быть, и конкуренты, только такие, чтобы могли его убить!

– Нет, не было.

– Уверены?

– Да какие же у Пети могли быть конкуренты? Он по свадьбам на клавишах своих играл. Какие тут особые конкуренты могут быть?

– Понятно. А в личном плане?

– А в личном плане, если хотите знать мое мнение, так это его бывшая жена убила! Услышала, что он развестись с ней хочет да на мне жениться, вот и убила! Со злости! Они, азиатки, все такие дикие, прямо ужас!

– Сама ты дикая! – возмутилась Аю. – Ты за кого меня держишь? За дикарку? А я цивилизованный человек. И если хочешь знать, я про Петю только и вспомнила, когда его уже убили! А насчет развода вообще глупость. Если бы Петя хотел, я бы ему сто раз развод бы уже дала! Что это за брак такой? Не брак вовсе, а одна фикция!

– Так что же раньше не дала, коли Петя тебе так мешал?

– Случая не предоставлялось!

– А теперь, значит, случай представился? И свободу получить, и квартиру поиметь хочешь? Ловко устроилась!