Скандинавский детектив - Дагмар Ланг

— Здесь так накурено, дым щиплет глаза.

Она стояла у тахты, а я лежал и смотрел на нее снизу вверх. У нее были красивые ноги, и вся она была красивая, статная и цветущая. Но все-таки чего-то не хватало. Все-таки она не была женщиной сороковых годов.

— Ложись ко мне, — сказал я Ульрике. Она послушно легла рядом. — А теперь попытайся вспомнить, с кем и при каких обстоятельствах ты видела Марту Хофштедтер. Меня интересует то, что имеет отношение к ее встречам с Германом, Хилдингом, Эриком Бергреном, Петерсеном, Эрнстом Брубергом и, возможно, также со стариком Юханом.

Ульрика погрузилась в воспоминания. Это продолжалось довольно долго. Оказалось, что о Марте Хофштедтер можно было немало порассказать. Наконец речь зашла о белой машине.

— Что за белая машина? — спросил я.

— Это было на второй или третий день после Нового года, — пояснила Ульрика. — Я увидела ее в белой машине между автобусной остановкой на площади Фюристорг и баром «Гилле».

— Она была одна?

— Не знаю. Не видела.

— Как ты ее заметила?

— Когда я проходила мимо, она как раз прикуривала сигарету. И ее лицо было освещено.

— Какой марки была машина? Ты сказала только, что она белая.

— Не знаю.

Я встал, прошел в другую комнату и принес календари с изображением машин.

— Давай посмотрим вместе. Если это одна из последних моделей, она тут наверняка есть.

— У нее был очень современный вид. — Сказала Ульрика. — Роскошная машина.

Она лихорадочно листала один календарь за другим и вдруг негромко вскрикнула:

— Вот она!

Я заглянул в календарь. Это была «альфа ромео джульетта спринт».

— Ты уверена?

— Почти.

— Конечно, это не совсем обычная машина, но она мало что дает. Ни у Германа, ни у Эрнста Бруберга машины нет.

У Хилдинга — черный «мерседес». У Йосты Петерсена — «сааб спорт», а красное «порше», которое мы видели в Ворсэтра, очевидно, принадлежит Эрику Бергрену. На чем ездит старик Юхан?

— На «амазоне», — ответила Ульрика. — Это одна из немногих моделей, которые я знаю. Но я уже несколько раз видела эту машину. Ее ставят у здания университета.

— В таком случае нетрудно будет узнать, кто ее владелец! Завтра мы это выясним.

Наконец с вермутом тоже было покончено. Мы ненадолго отвлеклись. Было поздно, около одиннадцати. Ульрика заснула, положив голову мне на плечо, и даже немного похрапывала. Сегодня она слишком много выпила.

Но я не мог заснуть. В голове что-то беспрестанно жужжало. Я чувствовал себя неважно. Кроме того, страшно хотелось пить. Я неотступно думал, кому может принадлежать белая «Джульетта». Потом появилась Марта и снова стала смотреть на меня. Я уже стал привыкать к ее обществу. Бледное лицо с остекленевшими глазами наклонилось прямо надо мной. Нужно было срочно что-то делать, чтобы не сойти с ума. Я осторожно приподнял голову Ульрики и положил ее на подушку. Она шевельнулась и что-то пробормотала. Я вылез из постели, стараясь не разбудить Ульрику, вышел в прихожую и там оделся. Потом написал записку и прилепил ее к зеркалу. Написал, что пошел прогуляться и вернусь через час. И направился прямо в «Гилле».