Месть русалки - Марина Серова

Я выбрала малиновый кислородный коктейль, скормила автомату сорок рублей мелочью, и раздалось мерное жужжание, извещавшее о процессе приготовления напитка. Спустя минуту я взяла большой стакан с ложечкой, доверху наполненный светло-розовой пеной. На вкус напиток оказался немного сладковатым, однако о присутствии в коктейле ароматизатора «малина» оставалось только догадываться.

Когда я почти допила свой кислородный коктейль, администратор сказала, что Надежда Викторовна уже пришла (наверное, персонал бассейна и тренеры пользуются другим входом), и я могу подниматься наверх.

Я обменяла номерок из гардероба на ключ от шкафчика и поспешила к лестнице, ведущей на второй этаж. Заблудиться здесь было практически невозможно — на дверях висели таблички, на которых крупными буквами было написано: «Женская раздевалка», «Мужская раздевалка», «Туалет».

Я прошла по всему второму этажу, запоминая, что где расположено. Некоторые кабинеты были без подписей — на них лишь висели таблички с номерами. В глубине коридора имелись общие фены — большие устройства, в которые нужно было поместить голову и настроить нужный режим сушки волос. Больше ничего интересного на этаже не было.

Я незаметно, на случай если в коридоре висят камеры, установила в коридоре «жучок» — на всякий пожарный, вдруг запишет что интересное. После прошла в женскую раздевалку и отыскала ящик под номером «пятьдесят семь», ключ от которого мне вручила администратор.

Помещение со шкафчиками для посетителей было ничем не примечательно — обычная раздевалка в бассейне, где висело зеркало во весь рост да стояла пара скамеек.

Я подошла к зеркалу и прикрепила прослушку так, чтобы ее никто не заметил и ненароком не задел, после чего сложила свои купальные принадлежности в ящик и закрыла дверцу. Пока решила не переодеваться в купальник — может, Надежда сперва устроит мне экскурсию по служебным помещениям бассейна, а только потом велит проплыть нужное расстояние.

Кроме меня, в раздевалке никого не было — наверно, слишком рано для заплывов.

Я миновала душевую, толкнула дверь и вышла к бассейну.

Когда-то я занималась плаванием у себя на родине, во Владивостоке. Отец отдал меня в местный бассейн для оздоровительных занятий, и какое-то время я частенько ходила на них. Правда, никто со мной не занимался и плаванию не обучал — я просто смотрела, какие движения совершают остальные люди, и копировала их действия.

Я уже говорила, что у меня замечательные способности к различным видам спорта, и если бы отец настоял на том, чтобы я плавала под руководством инструктора, кто знает, вполне возможно, я могла бы стать неплохой спортсменкой.

Но мой родитель особо не интересовался, нравится мне ходить в бассейн или нет и как я там провожу время. Точнее, детская группа у нас была, но инструктор только следила, чтобы никто из ее подопечных не потонул. Все плавали как хотели, а мальчишки тайком от тренера прыгали с бортика в воду, так как это было запрещено. Девчонки брызгались друг в друга и особо не плавали, только я, как дрессированная собачка, нарезала круги в бассейне и перенимала технику более взрослых пловцов.

Мне было просто интересно научиться плавать так же, как и они. В том бассейне не было вышек, а длина его составляла всего-навсего двадцать пять метров — идеальный бассейн для детей и женщин, которые приходят ради собственного удовольствия.

Бассейн, в котором работала Чекулаева, отличался от бассейна моего детства. Начать с того, что он был в два раза длиннее — я прикинула, что длина дорожек составляет не двадцать пять, а пятьдесят метров. Плюс ко всему имелись даже вышки — две трехметровые и одна пятиметровая. На стене висело табло, на котором высвечивалось время — семь ноль пять, температура воздуха — тридцать один градус и воды — двадцать семь градусов. Гораздо теплее, чем в том бассейне, где я плавала. Рядом со входом по обе стороны располагались длинные лавки, вероятнее всего, для инструкторов, а на противоположной стороне от кабинетов тренеров — шкафчик с ячейками для средств гигиены. Наверху лежали доски для различных упражнений в воде — те, что побольше, для взрослых, поменьше — для детей.

Я заметила приоткрытую дверь без таблички справа от себя, а рядом — два помещения сауны, как я определила, мужская и женская. Я подошла к приоткрытой двери и вежливо постучалась. Тут же дверь открылась, и я нос к носу столкнулась с Надеждой Чекулаевой.

Одета женщина была в спортивные штаны и светло-голубую футболку, на ногах у нее были спортивные шлепанцы. Увидев меня, она улыбнулась и сказала:

— А, Женя! Пришла уже? А почему не в купальнике? Мы же договорились, что ты покажешь мне свою технику плавания, и мы ее обсудим!

— Э… — помедлила я. — Просто я подумала, что вы мне покажете помещения бассейна, чтобы я могла ориентироваться. Я же тут в первый раз, понятия не имею, где что находится… Это ваш кабинет, да?

Я кивнула на помещение. Надежда утвердительно мотнула головой.

— Да, если хочешь, можешь зайти. — И она посторонилась, пропуская меня внутрь.

Помещение оказалось небольшим, каковым, собственно, и должен являться тренерский кабинет. У противоположной от входа стены находился шкаф, в котором, как я догадалась, лежали принадлежности для плавания и аквааэробики — различные ласты, очки, возможно, запасные купальные шапочки. Рядом с другой стеной стоял стол, в углу — электрический чайник. На столе стоял контейнер, по-видимому, принадлежавший Надежде, лежала плитка шоколада и банка растворимого кофе. Обстановку комнаты довершали два стула да тумбочка для бумаг. Ни компьютера, ни ноутбука в тренерской не наблюдалось — наверное, все записи велись от руки, в журнале.

— Хочешь — можешь кофе выпить, — предложила мне Надежда. — Эх, забыла тебя предупредить, ну да, впрочем, это на будущее. Если будешь работать в бассейне, приноси с собой обед. В кабинетах тренеров холодильника нет, мы их оставляем внизу, я потом покажу тебе обеденную комнату. Там есть микроволновка и холодильник, обеденный перерыв у нас с часу до трех. Нет-нет, не думай, что три часа ни у кого занятий нет, просто, когда у одного тренера обед, его заменяет другой, и так далее.

Мне хватает тридцати минут на перекус, поэтому я сразу возвращаюсь наверх. Но ты запросто можешь обедать хоть целый час.

— Понятно, — кивнула я.

— Так, что еще… — Надежда замешкалась. — А, вот. Скажи, ты куришь?

Я отрицательно покачала головой:

— Нет, подобной привычки не имею… А что? — Ну, для курящих есть черная лестница на улицу. Но это тебе, выходит, не понадобится. А вот я, увы, курю, несмотря на то что в прошлом — спортсменка. Конечно, когда я выступала, ни о каких сигаретах или спиртном и речи идти не могло, а вот как дочка родилась — тогда у меня нервы и сдали. Не советую начинать — дурная зараза, попробуешь, и сложно потом бросить будет…

— Да я как-то и не горю желанием, — улыбнулась я.

Надежда понимающе улыбнулась:

— За это хвалю. Я на работе стараюсь курить две, максимум — три сигареты в день, и то, когда у меня взрослые группы. Иногда, правда, срываюсь, но это только от нервных стрессов бывает. Но больше пяти сигарет себе не позволяю.