Месть русалки - Марина Серова

Но Надежда, похоже, не особо мне поверила.

— Знаешь, говорят ведь, что талант не пропьешь, — заметила она. — Поэтому, если бы ты изначально плавала правильно, то и сейчас бы не совершала таких неточностей.

— Ну… не знаю, просто я сто лет уже не занималась… — принялась я выкручиваться, как могла. И что она ко мне привязалась — ведь проплыла же быстро… Надо было срочно спасать ситуацию.

— Скорее всего, тебя неправильно научили, — авторитетно заметила Надежда. — Поэтому у тебя в голове закрепилось, как плыть, а переучиваться очень трудно.

— Это ужасно! — Я изобразила отчаяние. — Выходит, я отвратительно плаваю…

Опытным путем я установила, что если человек выглядит расстроенным и сомневается в своих умениях, признавая свои ошибки, то его собеседник автоматически попытается его утешить.

Вот если бы я настаивала на своем, заявляла бы, что плаваю замечательно, то наверняка бы Надежда начала мне возражать и попросту разозлилась бы на меня.

Однако мой расчет оказался верным — Чекулаева посмотрела на меня с жалостью.

— Ну что ты, Женя, ты же не виновата! — заверила она меня. — Разные преподаватели одному и тому же учат по-разному, и даже если бы твой преподаватель говорила все верно, но не поправила тебя вовремя, то это не твоя вина. Тем более ты просто запомни, как правильно объяснять технику полного стиля, и поправляй учеников, если они делают не так, как надо. Тебя же никто не заставляет прыгать в бассейн и показывать, как надо плыть! Для тренерской деятельности достаточно умения доступно и понятно объяснять материал, следить за тем, как ученики выполняют требования, а если кто-то не справляется — давать задания, которые развивают тот или иной навык. Ты же будешь учить с берега, верно? Инструктору важно знать и уметь, как надо плавать, чтобы донести это другим людям. Вот ты на себе убедилась: одна из самых частых ошибок пловца — это неправильное положение головы и рук. Следовательно, ты уже будешь следить за другими, чтобы они не задирали голову вверх, а поворачивали ее назад, выпрямляли руки и не делали широких движений в сторону. Вообще занятие в бассейне длится сорок пять минут. У нас за тренировку положено проплывать один километр, то есть двадцать бассейнов. Но детям это трудно — просто давай им различные задания с доской и следи, чтобы они не болтали и не брызгались. Со взрослыми гораздо легче — многие приходят не за результатом, а для отдыха, поэтому они не спрашивают консультации тренера. Я уже говорила, что женщины приходят сюда просто потусить — болтают друг с другом, иногда плывут не спеша. Их лучше отправлять на одну дорожку, отдельно от детей. Женщины не любят, когда кто-то брызгается — они сразу начинают возмущаться. Хотя это и неправильно — когда человек двигает ногами под водой, это неверно. Обязательно нужно поднимать ноги над поверхностью и только потом опускать их. Увы, многие этого не понимают.

— Ясно, — проговорила я. — То есть вы возьмете меня на стажировку? Даже несмотря на то, что я плаваю не идеально?

— Если у тебя имеются документы и разряд, то возьму, — кивнула тренер. — К тому же мне выгодно иметь учеников, если хочешь знать, за это тренерам доплачивают.

— Замечательно! — улыбнулась я. — А мне ведь надо официально сюда устроиться? Какие-то документы принести?

— Естественно, — кивнула Чекулаева. — Сегодня у тебя с собой есть что-нибудь? Диплом об образовании, сертификаты?

— Нет, я не взяла… — притворилась я растерянной. — Но я принесу обязательно!

— Вообще позвони в отдел кадров, можешь прямо сегодня это сделать, — посоветовала Надежда. — Там тебе скажут, что нужно принести для того, чтобы устроиться на стажировку к инструктору. Скажи, ты какие бы группы хотела вести? Детей или взрослых? У нас есть занятия по аквааэробике, их ведет Ирина Андреевна Васильева. Туда приходят в основном женщины с лишним весом, которые хотят похудеть с помощью занятий. Если тебе интересно работать с таким контингентом, можешь познакомиться с Васильевой и посмотреть, как она проводит тренировки. Аквааэробика ведь отличается от обычного плавания, там свои специальные упражнения.

— Да мне все интересно! — заверила я Надежду. — Если вы считаете нужным, я посмотрю, как работают другие тренеры. Хотя я хотела бы учиться больше у вас.

— Ну, так официально ты и будешь моим стажером, — заметила тренер. — А к другим инструкторам можешь ходить на занятия для собственного развития. Потом некоторые мои ученицы просят, чтобы я для них провела аквааэробику — ведь плавать постоянно скучно, хочется разнообразия. Лично я считаю, что хороший тренер должен знать и уметь абсолютно все. Я вот некоторых детей и прыжкам в воду учу, мальчишкам это нравится. В основном прыгают с трехметровой вышки, пятиметровую почему-то боятся. Хотя ничего в ней особенного нет — техника такая же, как и с трех метров, лететь, правда, дольше, и ошибки чувствуются ощутимее. Самая большая трудность — это выстроить совершенно обтекаемое положение тела, чтобы не удариться о воду. Помню, когда я в первый раз прыгала с пяти метров солдатиком, то отбила кисть руки — просто не обратила внимания на то, что пальцы смотрят не строго вниз, а находятся немного под наклоном. Зато на всю жизнь запомнила, что тело должно быть абсолютно прямым, без всяких наклонов и неровностей.

— Выходит, с высокой никто не прыгает? — уточнила я.

— Прыгают, но редко, — пожала плечами Надежда. — Мужчины в основном. Женщины — нет, они боятся. А вот если мужики какие здоровые придут — для них главный аттракцион с вышки прыгнуть. Они для этого в этот бассейн и ходят — в других же вышек нет, только в «Тарасове» имеются. Но там и занятия дороже, и добираться многим неудобно.

Наш разговор прервал звук открываемой двери — в бассейн вошла та полная женщина, которую я видела в раздевалке. Она огляделась, подошла к лавочке, где сидели мы с Чекулаевой, и поздоровалась:

— Доброе утро, Надежда Викторовна, — сказала она. — На какую мне дорожку идти?

— Да на какую хочешь, — махнула рукой инструктор. — Все свободно, какая тебе нравится, на ту и ступай.

— Тогда я на первую, — определилась «пышка». Она была одета в темно-синий сплошной купальник, который облегал всю ее рыхлую фигуру. Двигалась женщина как-то неуверенно, словно боялась сделать неверный шаг или поскользнуться.

Я сразу поняла, что в купальнике она чувствует себя некомфортно — могу поспорить на что угодно, в повседневной жизни эта женщина не носит облегающую одежду. На голове у нее была не резиновая шапочка, а более красивая, для душа. По крайней мере, в ней голова не выглядела лысой, хотя в функциональности такой можно было бы усомниться. Да если бы я надела шапочку для душа, то у меня сразу бы стали мокрыми все волосы.

Однако женщина, видимо, не собиралась плыть, погружая голову в воду — скорее всего, она выберет стиль брасс. Очень трудно представить себе ее плывущей скоростным стилем.

— Что-то Маши сегодня нет, — вздохнула женщина. — А мы ведь с ней договаривались…

— Что, болтать будет не с кем? — усмехнулась Надежда. — Зато поплаваете побольше! А то как начнете разговаривать — так все сорок пять минут возле бортика и стоите!