Недетские игры - Максим Есаулов

– Ну? – спросил он, когда майор подсел к столику. – Нашли их?

– Одного менты взяли. Сработал радиоперехват…

– Где?

– Пост ГАИ возле Тарасовки. Ранен он и двое ментов. Вызвали «скорую».

– Надо ехать.

– Они хотят возбудить дело по сопротивлению. Повезут его в Тосно.

– Должен быть военный следователь.

– А если он успеет что-нибудь наболтать?

– Ему не поверят.

Майор усмехнулся:

– Кого это там будет волновать?

Полковник и сам это знал. Как и знал, что выход остается только один. Но спросил:

– Что предлагаешь?

– Вызываем Румына.

– Грязно получится.

– Ничего, подметем. Не до жиру. И своих не засветим.

– Хорошо, давай. – Полковник кивнул.

Когда майор уже был у двери столовой, полковник тихо сказал сам себе:

– Это же наши солдаты…

Майор остановился, посмотрел через плечо:

– Бывшие. И я не хочу из-за них быть уволенным на тот свет.

* * *

Уложив детей, Наталья присоединилась к мужчинам.

Они уже были изрядно навеселе. Начали уже третью бутылку, после водки и виски занявшись коньяком.

Шахид рассказывал про соревнования, в которых когда-то давно они с Пашкой принимали участие:

– …И Пашке тогда кто-то кричит: «Он назвал тебя земляным червяком!». И Пашка, без какой-либо техники, чисто по-деревенски выдает такую плюху, что таможенник просто улетает с ковра. Чистый нокаут! – Шахид посмотрел на жену, устроившуюся на широком диване позади него, и Наталья одобрительно кивнула, как будто была давним поклонником Арнаутова и радовалась всякий раз, когда удавалось услышать малоизвестный факт из его бурной спортивной молодости.

– Все равно тогда фээсбэшники выиграли, – махнул рукой Пашка, польщенный вниманием к своим бойцовским успехам.

– Да брось ты, им три очка натянули. У них свои дела с Федерацией были. Волки позорные!

Последнюю фразу Шахид произнес очень громко. Наталья шлепнула его по плечу:

– Леша, дети спят!

– Прости, маленькая, – Шахид прижал к плечу ее руку, наклонил голову и нежно поцеловал. Потом, подняв рюмку с коньяком, задумчиво посмотрел на Арнаутова:

– А ты знаешь, Паш, я до сих пор не понимаю, в чем смысл жизни?

– Хороший дом, хорошая жена. Что еще нужно человеку, чтобы встретить старость?

Шахид не узнал цитаты из «Белого солнца…» и одобрительно покачал головой с таким видом, как будто Арнаутов предложил что-то оригинальное:

– В точку! Размахивать руками – это по-молодости хорошо, а потом нужен дом.

– Дом всегда нужен, – заметил Паша с непонятной хозяевам грустью.

С верхнего яруса, где располагались спальни, донесся детский плач. Наталья легко вскочила с дивана, поспешила к винтовой лестнице:

– Вера проснулась…

Когда жена скрылась в детской, Шахид придвинулся ближе к Паше:

– Ты не представляешь, какая у нее голова! Наши аналитики – просто щенки по сравнению с ней. Я, может, и на воле до сих пор только потому, что она рядом.

– Ты ж говорил, что у тебя бизнес чистый?

– Не бывает в России чистого бизнеса, – вздохнул Шахид. – Нету его!

– Это точно. Стреляют каждый день. Даже из гранатометов.

Шахид вздрогнул. Остро и совсем не пьяно посмотрел Паше в глаза. Откинулся назад, полулег на диване, скрестил под столом ноги:

– А вот я стрелять не люблю. Я все как-то по старинке, если что – ногой в челюсть.

– Зато Кальян ваш, говорят, пострелять любит.

Шахид поморщился, а когда заговорил, стало понятно, что он давно уже относится к своему шефу более чем критично, но пока они еще работают в одной связке, он сохраняет внешнюю лояльность:

– Кальян просто стресс снимает. Он до сих пор после Афгана отойти не может. Ты ведь слышал, что он несколько лет у моджахедов в плену провел? Ислам даже принял – иначе там было не выжить. Ты бы на него в тире посмотрел: страшное зрелище…

– И не боишься рядом с ним быть? Он дров наломает, а тебе отвечать.

– Кальян сгорит скоро по дурости.

– А ты займешь его место?

Шахид снова посмотрел на Пашу:

– Я бы, Паша, такие слова вслух не говорил.

– Извини, перебрал. Надо двигать, наверное. Поближе к хате…

– Давай. Если что надумаешь, я тебя всегда возьму без проблем.

– Ага. Если что – звони, поболтаем. Без проблем.

Арнаутов ушел. Закрыв за ним дверь, Шахид вернулся в холл. Выпил коньяку, заново наполнил рюмку и устроился на диване. С верхнего яруса спустилась Наталья. Села к нему на колени, отобрала рюмку. Понюхала, поставила на стол. Сказала:

– Он мне не понравился. Ты ему ничего лишнего не наболтал?

– Болтун – находка для шпиона.

– Я серьезно. Он не просто так приходил.

– И про гранатометы не просто так говорил. Я это заметил.

– Так ты ему ничего…

– Ничего!

– А про то, что Кальян скоро сгорит?

Шахид невразумительно пожал плечами и опустил голову. Наталья погладила его по короткому ежику черных волос:

– А если его Кальян подослал?

– Да брось ты! Он…

– Не считай его глупее себя. Я тебе сколько раз говорила об этом? Неспроста он тебя на передний план вместо себя выдвигает. Неспроста…

* * *

К посту возле Тарасовки Румын подъехал на зеленом «Запорожце». Остановился, выключил двигатель, вышел. Осмотрелся, сверяя картину с информацией, которую ему уже сообщил прибывший на место раньше него наблюдатель. Расхождений не выявилось, можно работать. Микроавтобус «скорой», две машины ГАИ, чья-то гражданская иномарка. Менты, столпившись у одной из своих машин, обсуждают случившееся. На зеленый «запор» внимания почти не обратили. Как не обращают внимание и на машины, проносящиеся мимо по трассе. Послушать бы, о чем они говорят… Хотя чего слушать, и так все понятно! Жалуются на зарплату, ругают начальство, охают и матерятся, как опасно стало работать. Проходя к «скорой», Румын смог разобрать несколько фраз из их разговора. Все почти так, как он и предполагал. Кто-то грозился уволиться и пойти на гражданку зарабатывать нормальные деньги, кто-то жарко доказывал, что «этого урода» надо было не задерживать, а валить к чертовой матери. Вот уж точно, это было бы правильно: избавили бы его сейчас от работы, не пришлось бы на ночь глядя срываться от бабы и нестись подчищать чужие огрехи. Хорошо, что оказался неподалеку. И что «инструмент» был под рукой. А если бы нет? Что тогда, прикажете всю больницу взрывать?