Жаба с кошельком - Дарья Донцова

– Давай входи, только машину придется на дороге бросить,места на участке нет.

– Это твой дом? – глупо спросила я.

– Ну! – гордо воскликнула Супровкина. – Каков?

«Чудовищное зрелище», – чуть было не брякнула я правду,но вовремя прикусила язык.

– Ну? – настаивала Нинка. – Чего молчишь?

– Потрясающе, – ожила я, оглядывая варварское великолепие.

На самом деле здание невелико, оно одноэтажное, большимкажется из-за идиотской башни, похожей на лагерную вышку с охранником.Я еще могу понять, когда подобные терема возводят «новые русские», они восновном люди бывалые, не раз сидевшие, вышка для них привычная, родная частьпейзажа, без нее им как-то голо. Но Нинка! Ей с чего в голову взбрело выбратьтакой проект?

– Когда же ты успела построиться?

– А за полгода. Быстро возвели, – тарахтелаСупровкина, – ты ко мне в последний раз приезжала…

– В марте прошлого года!

– Ну вот! Я тебе советую, если захочешь строиться,обращайся только в «Инком», там есть такая Лада, настоящий крокодил!

– В каком смысле? – машинально поинтересовалась я,разглядывая почти пустую гостиную.

– В хорошем, – зачастила Нинка, – деловаяочень. За три месяца дачу поставили, за три ее отделали! У этой Лады незабалуешь, знаешь, как она с работягами разговаривает, они ее как огня боятся.И счета все в порядке, ни копеечки не сперла, уж ты меня знаешь!Я каждую бумажонку сквозь лупу разглядывала. Ничего! На каждый гвоздик, налюбую пружинку есть квитанция. А еще на дизайнере сэкономила, ну за фигомон мне, если Лада лучше его придумала. Вот смотри, здесь ступеньки, а тутвместо стены аквариум будет. Нет, только «Инком», все дело в деньгах, заплатилим, и все, дальнейшая головная боль их! И ведь ни в чем не обманули!

Нинушка принялась таскать меня по комнатам, воспеваянезнакомую Ладу. Я машинально ахала, кивала, восторгалась, но в глубинедуши недоумевала: откуда у нее деньги? Конечно, здание не такое большое ишикарное, как наше, но все же, думается, тысяч сто долларов оно стоит. Впрочем,возведенные по так называемой канадской технологии дома получаются недорогими.

– И еще оно мне встало всего в восемьдесят тысячбаксов, – завершила рассказ Нина, – потому что «Инком» скидку сделал,они себе такое могут позволить, крупная компания, не плевок какой-то.

– Где же ты их взяла? – не вытерпела я.

– Кредит оформила в банке, под залог квартиры, –захихикала Нинка, – в долг поставила домишко, расплачусь как-нибудь!А еще мы с этой Ладой на цветах сошлись, она их тоже обожает! Пошли,покажу невиданную вещь – розовые ландыши!

– У Вики Столяровой тоже весь участок врастениях, – я решила начать нужный разговор.

Нинка нахмурилась:

– Там сад, наверное, с гектар, у меня же все скромное,маленькое.

– Небось зарастет сорняками, пока Вика в тюрьме.

– Да уж, – поджала губы Нинка, – за десять леткрапива и лопухи забьют цветочки.

– Почему десять лет?

– А сколько за убийство дают? Уж не меньше, а то ипожизненное вломят, – скривилась Нинка, – и потом, не видать ейособнячка с садом, если живой на волю выйдет. Убийца не может наследоватьимущество убитого им человека. Отжилась Викуля за городом, отвалялась наортопедических матрасах, пожалуйте на нары!

Откровенное злорадство Нинки покоробило меня, и я напрямуюпоинтересовалась:

– Правда, что у нее имелся любовник?

– Ага, – кивнула Нинка, – Серега Прокофьев, яотлично его знала. Нормальный мужик. Жалко мне их было!

– Тебе? Жалко?

– Ну да, – понеслась она, размахивая руками, –Вика-то убогая, старая дева, сохла на корню. А у Сереги жена была – чистыйКвазимодо.

– Такая страшная внешне?

– Не, снаружи ничего, только пила она сильно, потомзаболела, бросила, принялась Серегу изводить. Он прямо весь исхудал, ну авскоре с Викой познакомился, и все. Я им ключи от дачи давала, не веришь?

– Ну… в общем… насколько я знаю, ты не очень любишьпосторонних в доме.

– Терпеть не могу, – подтвердила Супровкина.

– Тогда почему Вике помогала?

Нинка замолчала, потом нехотя сказала:

– Они мне платили за дачку тысячу баксов в месяц.

– Так много? – изумилась я.

– Ну… пять сотен за постой, а остальное за молчание. Сережкане хотел, чтобы жена узнала.

– Почему, если та алкоголичка?

– Светка зашилась. Она бизнесом ворочала, хорошозарабатывала, – пустилась в объяснения Нина, – содержала и себя, иСережку. Он отличный мужик, но пентюх, сидит в своем НИИ за медные копейкии доволен. Светка бы никакой любовницы не потерпела, вытурила бы парня мигом, ивсе. Куда ему идти?

– Так к Вике.

– А у той мама, история-то много лет тянулась. Самазнаешь, какая Галина Ивановна была, она бы Серегу не приняла ни за что!

– Сколько же лет их отношениям?

– Ну, не помню, восемь, девять.

– И все это время они платили по тысяче долларов в месяц?!

– Сначала меньше, потом накинули.

– И ты никому ни гугу?

– Я могила. – Она гордо стукнула себя в грудькулаком. – Это только кажется, что люблю поболтать, но, если надо, ни зачто не проговорюсь.

Я вздохнула. Как ни странно, но приходится признать,что это правда.

– Ну а потом они поругались, – продолжалаСупровкина, – видно, надоело Вике по щелям прятаться, захотелось Серегуцеликом получить.

Это верно. Женщина, связавшая свою судьбу с женатыммужчиной, рано или поздно начинает испытывать дискомфорт. Хочется, чтобылюбовник не смотрел постоянно на часы и не уезжал вечером домой. Я никогдане охотилась на чужих мужей, считаю такое поведение подлостью, но очень хорошопонимаю, как любовницу должен злить звонок мобильника и возлюбленный, бодровосклицающий: «Все, все, уже заканчиваю работу, грей ужин, дорогая».

А еще, наверное, мучает ревность. Конечно, кавалеруверяет, что давно не спит с женой, переехал ночевать на диван в гостиной, нопроверить-то это никак нельзя!

И праздники не твои, и отпуск, и субботы своскресеньями.