Печальный кипарис - Агата Кристи

Выглядевшая в своем черном траурном платье очень юной иочень строгой, Элинор сидела в библиотеке за массивным письменным столом миссисУэлман. Перед ней были разложены различные документы. Она только что закончиларазговор с прислугой и с миссис Бишоп. Теперь, чуть помедлив у дверей, вкомнату вошла Мэри Джерард.

– Вы хотели меня видеть, мисс Элинор?

Элинор подняла на нее глаза.

– Да, Мэри. Проходи и садись.

Мэри послушно уселась в указанное ей кресло. Оно было слегкаразвернуто в сторону окна, и свет падал на лицо девушки, подчеркиваяослепительную белизну кожи и бледное золото волос.

Одной рукой Элинор слегка прикрывала свое лицо и моглатайком следить за выражением лица Мэри.

«Я так ее ненавижу… разве мне удастся это скрыть?» –мелькнула предательская мысль.

Однако ей удалось выдержать любезный и деловой тон:

– Тетя относилась к тебе с большим участием, Мэри. Я думаю,ты и сама знаешь, что ее очень волновало твое будущее.

– Миссис Уэлман всегда была очень добра ко мне, – тихопроизнесла Мэри своим нежным голоском.

Элинор холодно и бесстрастно продолжала:

– Моя тетя, будь у нее время составить завещание, навернякасделала бы несколько дарственных распоряжений. Я в этом абсолютно уверена.Поскольку она умерла не написав завещания, ответственность за выполнение ееволи ложится на меня. Я проконсультировалась с мистером Седдоном, и по егосовету мы составили список сумм для выплаты слугам в соответствии спродолжительностью их службы и прочего. – Она помедлила. – Ты, конечно, несовсем из этой категории.

Элинор почти надеялась, что эти слова заденут самолюбиеМэри, однако лицо девушки даже не дрогнуло. Мэри приняла эту колкость за чистуюмонету и ожидала, что Элинор скажет дальше.

– Хотя тете очень трудно было говорить в последний вечер, ноона все же сумела выразить свое желание, и я поняла его. Она, безусловно,хотела позаботиться о твоем будущем.

– Это очень великодушно с ее стороны, – тихо сказала Мэри.

Элинор резко продолжила:

– Как только меня введут в права наследства, я переведу натвое имя две тысячи фунтов.

– Две тысячи фунтов? – Щеки Мэри чуть порозовели. – О, миссЭлинор, вы так добры! И не знаю, как вас благодарить!

– Я вовсе не такая добрая, – жестко оборвала ее Элинор, – и,пожалуйста, не надо меня благодарить.

Мэри вспыхнула.

– Вы просто не представляете, как это изменит мою жизнь, –почти прошептала она.

– Я рада за тебя, – сказала Элинор. Отведя взгляд в сторону,она с легким усилием спросила: – У тебя есть уже определенные планы?

– О да, – с жаром отозвалась Мэри. – Я хочу приобрестикакую-нибудь профессию. Скорее всего, массажистки. По совету сестры Хопкинс.

– Очень хорошая мысль, – одобрила Элинор. – Я постараюсьдоговориться с мистером Седдоном, чтобы часть денег ты смогла получить какможно быстрее – насколько это возможно.

– Вы очень, очень добры, мисс Элинор, – сказала Мэри сблагодарностью.

– Я выполняю волю моей тети, – отрезала Элинор. – Ну,по-моему, у меня к тебе все.

На этот раз явное желание Элинор поскорее ее выставитьзадело чувствительную душу Мэри. Она поднялась и, отчеканив вежливым голосом:«Большое спасибо, мисс Элинор», вышла из комнаты.

Элинор не пошевельнулась, тупо глядя перед собой. По ее лицуневозможно было догадаться, какие мысли роятся у нее в голове. Она еще долготак сидела – в полном оцепенении…