Рассмешить Бога - Наталья Александрова

– Забыла… – Маша едва шевелила помертвевшими губами, – номер забыла… Там, в прихожей, у телефона визитка…

– Ну хоть фамилию-то своего мужа ты помнишь? – крикнула Надежда, роясь в ящике телефонной тумбочки, полном визиток.

– Коротков Сергей Павлович, фирма «Монолит», – пробормотала Маша и закричала: – Ой, болит!

«Что-то больно у нее быстро, – опасливо подумала Надежда, – как бы не родила здесь, что я буду делать?»

Руки перебирали визитки, под ними оказалась старая потрепанная записная книжка. Надежда машинально пролистала страницы, фирмы «Монолит» на букву «м» не нашла, зато нашла кое-что другое. Она не поверила своим глазам, когда прочитала строчку, написанную аккуратным детским почерком:

«Маленко Элеонора, Заневский проспект, дом 22, квартира 2».

Телефона не было. Надежду привел в себя стон Маши. Она вывалила содержимое ящика на пол и отыскала визитку ее мужа.

На просьбу Надежды позвать к телефону господина Короткова секретарша холодно ответила, что у того важное совещание и трубку взять он не может.

– Передайте Сергею Павловичу, – отчеканила Надежда, – это очень срочно, у его жены начались схватки…

Она еще не договорила, а секретарша уже бросила трубку на стол. Было слышно, как она неслась по коридору с воплями: «Сергей Палыч! Ваша жена рожает!»

– Ну все, – сказала она, вернувшись в комнату, – сейчас прилетит. У тебя вещички собраны? Белье, щетки-расчески… Кольца-сережки дома оставь, в роддоме все равно снять заставят.

– Да-да… все там.

Надежда Николаевна едва успела помочь Маше одеться и снять тесноватое кольцо, как раздались дикие звонки в дверь. Она открыла, не спрашивая.

– Вы кто? – спросил мужчина лет тридцати пяти в расхристанной одежде. – Где моя жена?

– Я от Аглаи Александровны, – ответила Надежда, – а жена вас ждет, чтобы в роддом ехать.

Мужчина на ходу скинул куртку и помчался в комнату. Надежда подумала, что он выглядел бы интересным, если бы не выпученные, как у рака, глаза и не всклокоченные волосы.

Когда Надежда Николаевна заглянула в комнату, она увидела, что муж стоит на коленях перед диваном, обнимает Машу и шепчет ей на ухо нежные слова.

– Хм, – покашляла Надежда, – вообще-то лучше поскорее ехать, а то как бы…

Муж схватился за голову и забегал по комнате. Надежда поняла, что от него помощи не дождаться.

– Пальто какое наденешь? – спросила она Машу. – Бери что попроще…

Муж ворвался в прихожую, оттолкнул Надежду и принялся застегивать Маше сапоги. Маша через его голову переглянулась с Надеждой и еле заметно кивнула головой. Этим она хотела сказать, что все поняла, что нужно собраться и самой обо всем позаботиться, поскольку от мужей в данной ситуации толку всегда мало.

Муж обнял Машу и осторожно, мелкими шажками, как будто жена его была не из плоти и крови, а из хрупкого стекла, повел к лифту, Надежда Николаевна тащилась сзади с плотно набитой сумкой. В последний момент она сообразила прихватить со столика ключи и захлопнуть дверь.

В лифт влезли только супруги, Надежда спустилась пешком. Муж усаживал Машу в черный «Мерседес». Водитель, средних лет солидный мужчина, заботливо придерживал дверцу.

– Карту! – вскричала Маша. – Карту медицинскую забыли!

Муж выхватил у Надежды ключи и исчез в подъезде.

– Это директора машина, – объяснил водитель в ответ на приветствие Надежды, – он так и сказал: езжай, Михаил, и проследи там, как и что. Потому что Сергею Палычу за руль садиться сейчас никак нельзя, он маленько не в себе сделался от беспокойства.

– Куда повезете-то? – спросила Надежда.

– Тут недалеко роддом. Все уже договорено и оплачено фирмой, – солидно ответил водитель. – А вы, извиняюсь, не теща Сергею Палычу будете?

– Нет, я от Аглаи Александровны, – привычно ответила Надежда.

Водитель вполне удовлетворился таким ответом. Явился встрепанный муж. Куртка висела на одной петле, галстук вовсе вылез из пиджака и болтался сзади. Сергей раздраженно рванул галстук и бросил его себе под ноги.

– Вы поедете? – спросил он Надежду.

– Нет, вы уж сами. Ну, счастливо вам! Все будет хорошо!

Она помахала рукой вслед машине.

«С мужем сейчас говорить о чем-то постороннем бесполезно, – думала она, – он вообще ничего не соображает. Будем надеяться, что Маше опасность не угрожает. Роддом платный, стало быть, охрана имеется, постороннего не пропустят. Да и вообще никого не пустят, кроме мужа и мамы. Маша одна не останется. А мне надо переключаться на поиски Эли Маленко. Но это завтра, а сейчас домой, а то разбегалась я что-то, как бы снова не расхвораться…»

Надежда Николаевна подошла к своей двери, достала из сумочки ключи, открыла оба замка. Но не успела она открыть дверь, как сзади на нее навалилось что-то огромное и страшное.

– Караул! – вместо крика из ее горла вырвался жалкий придушенный писк.

– Тихо, тетка! – злобно выдохнули ей прямо в ухо, и мощная рука втолкнула ее в квартиру.

– Спасите! – сделала она еще одну попытку позвать на помощь, но и на этот раз не получилось ничего громче мышиного писка. Из-под ног у нее вылетел огромный пушистый шар и юркнул под шкаф – это трус Бейсик вместо того, чтобы спасать хозяйку, срочно нашел себе безопасное убежище. Удивительно, как при таких внушительных размерах он умудрился втиснуться в узкое пространство между шкафом и полом.

– Сказано тебе – тихо! – прорычали в затылок Надежде. – Мне, тетка, неприятности ни к чему!

Надежду подтолкнули вперед. Она обернулась и без сил опустилась на галошницу. Только теперь ей удалось разглядеть злоумышленника.

Это был здоровенный парень с наголо выбритой головой, непосредственно переходящей в широченные покатые плечи. Огромные, как у гориллы, руки едва не доставали до пола. Ноги у него были кривые, короткие и такие мускулистые, что бугры мышц рельефно проступали через джинсы. Зато глазки были маленькие, близко посаженные и удивительно злые.

«Все, – подумала Надежда. – Этот убьет, не задумываясь. Ему это – раз плюнуть. Но вот только зачем? Денег у меня кот наплакал, – она неодобрительно покосилась на затаившегося под шкафом предателя Бейсика. – Никаких бумаг государственной важности у меня дома тоже нет, из фамильных драгоценностей имеется только бабушкино серебряное ситечко, да и то поломанное, как женщина я его тоже вряд ли интересую…»

Следующей мыслью Надежды было то, что минут через сорок должен вернуться с работы муж, так что, если она сумеет протянуть время, есть шанс дождаться помощи. Конечно, Сан Саныч слабовато выглядел по сравнению с этим качком, но Надежда верила в мужа беспрекословно и не сомневалась, что ради ее спасения он совершит невозможное. Так что стоило потянуть время и отвлечь злодея разговорами.