Клуб шальных бабок - Наталья Александрова

– Сначала какие-то тесты все проводила, – шипела девица, – потом начальству отчет предоставила. А каждому сотруднику свои рекомендации. Почти все у нее с отклонениями получились – нарочно так дело представила, чтобы с людей денежки тянуть. Потому что тесты и групповые занятия фирма оплачивает – суммы немалые, я ведомость в бухгалтерии видела, а индивидуальные занятия – будь ласков, выкладывай бабки из своего кармана! Нина Семеновна пошла к ней, а когда увидела, сколько платить нужно, волосы, говорит, дыбом встали!

Надежда снова ехидно подумала, что этой вредной брюнетке курс психологической помощи не помешает. Возможно, Синицкая сумела бы разбудить в ее душе такие качества, как доброжелательность, такт и внимание к людям, и нейтрализовать злобу, зависть и мелкое пакостничество. Впрочем, вполне возможно, что такое было бы не под силу даже самому доктору Фрейду.

– Спасибо! – поблагодарила Надежда брюнетку. – Извините, мне так неловко! Мы с вами разговариваем, а я не знаю, как вас зовут.

– Ольга, – представилась та, – Ольга Ястребова. Я работаю в отделе продаж.

– Очень приятно, а я – Надежда… Николаевна. – Надежда решила, что нужно назваться по отчеству, чтобы не слишком сокращать дистанцию с главной сплетницей фирмы.

Тут возле них остановилась унылая длинноносая девица в зеленом свитере.

– Оль, – обратилась она к брюнетке, – а где у нас стол находок? Я на корпоративе зажигалку потеряла. Хорошая зажигалка, дареная…

– Следить надо за вещами! – огрызнулась Ольга. – Пить надо меньше! А стол находок у рекламщиков…

– Стол находок? – заинтересованно спросила Надежда Николаевна, когда унылая девица удалилась. – Что такое «стол находок»?

– На каждом корпоративе обязательно кто-то что-то теряет, – охотно пояснила Ольга. – Ну, мы и договариваемся с работниками ресторана, что они все потерянные вещи складывают в мешок и привозят к нам в офис, а потом все, кто что-то потерял, роются в этом мешке и ищут свое. Иногда находят. Вот этот мешок мы и называем «столом находок»…

– Как интересно! – проговорила Надежда Николаевна. – Пожалуй, мне тоже нужно взглянуть на этот «стол находок». Я кое-что потеряла на вашей вечеринке, одну сережку. Сережка старинная, бабушкина. Я уж с ней распрощалась, а теперь появилась надежда… Где у вас находится этот отдел рекламы?

– Вон там, справа по коридору, вторая дверь, – показала ей Ольга. – Только я уж вас не буду провожать, мне работать нужно…

– Конечно-конечно, – обрадовалась Надежда, которой уже давно надоела словоохотливая брюнетка.

Она вошла в указанную дверь и оказалась в просторной светлой комнате, все стены которой были увешаны рекламными плакатами, а в центре, вокруг огромного стола, теснились озабоченные сотрудники обоего пола.

– Только синий! – восклицал худощавый парень в черном пиджаке с козлиной бородкой. – Синий – это актуально!

– Кому нужен синий?! – возражала ему рыжая девушка в зеленом костюме. – Синий – это вчерашний день! Только оранжевый! Оранжевый – это сексуально!

– На какую группу ты позиционируешь?! – горячился козлобородый. – Мы же проводили акцию, и все промоутеры высказались за синий! Это актуально!

– Что ты заладил: актуально, актуально! Фокус-группа однозначно высказалась за оранжевый! Женщина, а вам что нужно? Вы видите: мы работаем!

Последние слова относились явно к Надежде Николаевне.

– Мне сказали, что у вас здесь «стол находок».

– А, это вон там! – Раздраженная девица махнула рукой в угол комнаты.

– Женщина, постойте! – вклинился козлобородый. – Скажите, какой цвет вызывает у вас более приятные ассоциации – синий или оранжевый?

– Зеленый! – не задумываясь, ответила Надежда.

Парень и девушка озадаченно уставились друг на друга.

А Надежда направилась в дальний угол, где увидела красный мешок вроде того, с каким обычно изображают на новогодних открытках Деда Мороза.

Наклонившись над мешком, она принялась перебирать его содержимое.

Чего здесь только не было!

Зажигалки и пудреницы, патрончики туши для ресниц и тюбики губной помады, баночки крема для лица и даже целые косметички. Кто-то из мужчин ухитрился потерять галстук, а кто-то из женской половины фирмы потерял колготки.

Надежда Николаевна добралась уже до самого дна мешка, как вдруг ей в руки попался совершенно неожиданный предмет.

Она вытащила его на свет божий и уставилась, не веря собственным глазам.

Это была красная женская туфелька. Изящная лодочка известной итальянской фирмы.

Перед внутренним взором Надежды Николаевны встала отчетливая картина: кафельный пол ресторанного туалета, и на этом полу – высунувшаяся из-под белой с золотом дверцы стройная женская нога в красной туфельке. В точно такой же туфельке, как та, которую Надежда держала сейчас в руках.

И еще одну картину она тотчас же вспомнила: чуланчик возле кухни того же ресторана, развешанные по стенам крахмальные халаты и торчащие из-под них женские ноги. Одна нога – в точно такой же туфельке, вторая – босая…

Что же это значит?

Это значит, что туфелька свалилась с ноги трупа, пока его перетаскивали из туалета в чулан. Позже эту туфельку нашел кто-то из ресторанных служителей и сунул в мешок с потерянными вещами.

Но прежде всего найденная Надеждой туфелька значит, что ей позавчера ничего не померещилось, что у нее не было галлюцинаций и что она действительно видела мертвую женщину – сначала в зимнем саду, потом в туалете и, наконец, в чулане при кухне.

«Необязательно, – упорствовал Надеждин внутренний голос. – Может быть, эту туфлю потеряла совершенно другая женщина! Ведь не одна же пара красных туфель существует на свете! Наверняка на той корпоративной вечеринке была не единственная женщина в красных туфлях!»

– Ну да, – ответила Надежда своему внутреннему голосу. – И что, эта таинственная незнакомка потеряла туфельку, как Золушка на королевском балу, и убежала домой босиком, чтобы успеть до полуночи, когда ее вечернее платье от Escada превратится в сатиновый халат, а черный «Мерседес» – в тыкву? Допустим даже, что эта таинственная незнакомка до того напилась, что потеряла свою туфлю. Допустим, что она надела зимние сапоги и в этих сапогах уехала домой. То есть это вполне естественно, на дворе как-никак зима. Но я ни за что не поверю, что она за два дня не спохватилась и не нашла свою потерянную туфельку! Какая женщина в здравом уме и твердой памяти плюнет на совершенно новые итальянские туфли?

Надежда Николаевна сообразила, что последние слова произнесла вслух, из-за чего на нее подозрительно косится сотрудница рекламного отдела. Она прикусила язык и продолжила свой безмолвный спор с внутренним голосом:

«Допустим даже, что в этом предположении есть доля истины. Допустим, что на вечеринке была еще одна женщина в таких же красных туфлях. Что же мне теперь, как в той же сказке про Золушку, обходить всех здешних сотрудниц и мерить каждой из них эту туфельку? Или устроить в этой комнате засаду и ждать, когда она сама придет за потерянной обувью?»