Клуб шальных бабок - Наталья Александрова

В пятницу муж обещал вернуться с работы пораньше – все трудности в фирме разрешились, переговоры прошли удачно, московские партнеры отбыли восвояси.

Надежда открыла дверь на звонок, не спрашивая.

– Как ты рано! – проговорила она, но улыбка тут же сползла с лица.

На пороге стоял совершенно незнакомый молодой человек приятной наружности.

– Вам пакет, – заторопился он, видя, что Надежда в испуге отступает назад, – от Сергея Сергеевича Румянцева. Ведь ваша фамилия Лебедева?

– Ну да… – И пока Надежда рассматривала тщательно запакованный сверток, молодой человек исчез.

Бейсик явился на шум разрываемой бумаги и с любопытством поглядывал на хозяйку.

В пакете оказалась коробочка зеленого бархата и письмо. Разумеется, как всякая женщина, Надежда прежде всего открыла коробочку.

На зеленом шелке лежала брошь. Брошь была небольшая, в форме веточки, усыпанная бриллиантами. Некрупными, но все же… Надежда ахнула и едва не выронила брошь из дрожащих рук. Конверт не был запечатан, листок заполнен от руки.

«Уважаемая Надежда Николаевна! – писал Румянцев. – В благодарность за оказанную Вами услугу прошу принять этот скромный подарок. Конечно, это не гагаринские бриллианты, но все же… Благодаря вам я стал видеть мир в новом свете, теперь я могу без боли вспоминать погибшую жену и продолжать ее дело. Если бы не вы, ее исследования пропали бы навсегда. Я вам очень обязан. С искренней благодарностью

Сергей Румянцев».

Надежда оторопело пялилась на письмо, пока Бейсик не прыгнул на телефонный столик и не сбросил с него коробочку зеленого бархата.

– Отдай сейчас же! – закричала Надежда, наклоняясь.

– Надя, а что это у тебя дверь открыта? – на пороге стоял муж.

И надо же было паршивцу Бейсику в это самое время раскрыть коробочку лапой, так что брошь вывалилась прямо под ноги Сан Санычу!

Муж наклонился неторопливо, выпрямился же нахмуренный и мрачный.

– Что это? – вопросил он грозным голосом и вырвал из рук Надежды письмо, не дожидаясь разрешения. – Что это значит? – спросил он гораздо спокойнее, но Надежда прекрасно знала, что это спокойствие перед бурей, когда птицы умолкают и даже листья на деревьях перестают шуршать. – Что это за услуга, которую ты оказала господину Румянцеву?

– Надеюсь, ты не думаешь, что я за твоей спиной закрутила роман с хозяином фирмы и оказывала ему сексуальные услуги?

Надежда хотела свести все на шутку, но муж еще больше разозлился.

– Не хочешь говорить? – Муж повысил голос. – Тогда я сам скажу! Не делай из меня дурака, я прекрасно знаю, чем ты занималась все это время! Ты расследовала убийство!

«Неужели Румянцев проболтался? – мысленно ахнула Надежда. – Ведь просила же! Вот и делай после этого людям добро!»

От мужа не укрылась паника, плескавшаяся в ее глазах, муж вообще был человек очень наблюдательный.

– Так и есть, – констатировал он, – я прав. Надежда! – закричал он страшным голосом. – Сколько раз я просил тебя не заниматься самодеятельностью и не лезть не в свое дело! Вместо того чтобы сидеть дома и хоть как-то облегчить мою жизнь, ты норовишь влезть в любую криминальную историю, даже если она совершенно тебя не касается! Ну скажи, каким боком к тебе относилось убийство Ястребовой?

– Я? – закричала Надежда в праведном гневе. – Это я норовлю влезть в криминальную историю? А позволь тебе напомнить, где все это случилось? В фирме, которой руководишь ты! Да это не офис, а какой-то рассадник зла! Чего у вас только там не происходит: убийства, воровство, разврат и аморалка! И ты все это покрываешь!

Будучи в гневе, Надежда не потеряла головы, только делала вид. И выкрикивала обвинения в адрес мужа по принципу: «Вали все в одну кучу, главное – побольше». Ей нужно было отвлечь Сан Саныча от злополучной бриллиантовой броши.

– Что значит – покрываю? – Сан Саныч сбавил тон. – Как я могу покрывать убийство?

– А почему мне ничего не сказал? – осведомилась Надежда с самым иезуитским видом. – Вот то-то. Если ты соврал про убийство, значит, про все остальное тоже врешь! На фирме у вас процветает разврат, все со всеми друг другу изменяют, и ты сам в этом участвуешь!

– Ну уж это ты загнула… – протянул Сан Саныч, – дамы наши, конечно, посплетничать любят, но про меня ничего плохого никто сказать не может.

– Да? – Надежда решила не отступать и бросила в виде пробного мяча первое попавшееся имя. – А Леночка из отдела продаж?

– Леночка? – Сан Саныч наморщил лоб. – Да, есть там такая милая девочка… Да ведь она вроде за Шурика замуж собралась, как раз вчера их поздравляли!

– А Наталья из бухгалтерии? – наседала Надежда.

– Наталья – отличный работник! – твердо ответил муж. – Нина Семеновна на пенсию уходит – здоровье, сказала, совсем плохое стало, так Наталью на ее место главбухом поставим! И не пожалеем!

Тогда Надежда, ни на что уже не рассчитывая, выбросила из рукава последнее имя:

– А Даша? Даша из рекламного отдела? Что ты на это скажешь?

И тут муж мгновенно смешался и отвел глаза.

– А что Даша? – заговорил он фальшивым голосом. – Очень перспективная сотрудница… А если тебе наболтали, что я ее подвозил на машине, то это мы ездили на ярмарку вакансий. Даша представляла там нашу фирму, очень хорошо говорила. И… Если мы там целый день провели, должен я был накормить сотрудницу обедом?

– Не должен, – тут же отреагировала Надежда.

– Ну, Наденька, что ты делаешь из мухи слона, – заторопился муж, – и вообще, что мы стоим в прихожей? Я пораньше пришел, устал очень за эту неделю… Я приму душ!

Сан Саныч поспешно скрылся в ванной, а Надежда, подбирая с пола злополучную брошь, подумала, что муж, конечно, про брошь больше не вспомнит, но как быть с Дашей из рекламного отдела?