За что боролись… - Марина Серова

— Тебя не прослушивают?

— Да нет, — ответил он.

— Давай я лучше к тебе на работу подъеду, — предложила я, — не хочу рисковать.

— Ну давай. Когда?

— Через полчаса. Жди. — Я повесила трубку и оглянулась на медленно вползших в кухню Кузнецова и Бессонову. Преодолев барьер гипотетического порога, они вопросительно уставились на меня.

— Ну вот что, братцы-кролики, — сказала я, — жратва в холодильнике есть, так что сидите здесь и ни шагу из квартиры, ясно?

— Даже за пивом? — проскулил Кузнецов, скроив умильную рожицу.

— В холодильнике есть две бутылки, — невольно улыбнувшись, ответила я. — Можете поиграть в «Play station», в комнате, где спал Казаков, стоит.

— А пиво точно есть?

— Пиво?! — ворвался в кухню растрепанный, с мокрыми, слипшимися сосульками волосами Казаков. — Где пив-во?..

— Ну и рожа у тебя, Шарапов! — не удержалась я от восклицания.

— Что ж поделаешь: «Наша служба и опасна и трудна, и на перррвый взгляд…» — тут же с готовностью открыл утреннюю вокальную партию Казаков гаденьким, дребезжащим голосишком недоношенного поросенка.

— О-о-о, господи! Ну за что мне все это?..

* * *

В отдел Кирсанова я приехала не через полчаса, а через двадцать минут, потому как не хватило сил слушать певческие соло господина Казакова. Так что, бросив недоеденный завтрак, я поспешила на «стрелу» с бывшим однокурсником и по совместительству возлюбленным. Тоже бывшим, разумеется.

— Привет, Киря, — сказала я, без стука входя в его кабинет и усаживаясь на стул. — Как поживаешь?

— А, Таня, — довольно сдержанно отозвался он, — пришла? Ну, выкладывай, что там у тебя?

— Ты слышал о вчерашнем убийстве на Малой Горной? — спросила я.

— А, два трупа? — скорее утвердительно переспросил он. — Да, слышал. Хотя это не по моему ведомству.

— Очень даже по твоему, — сказала я. — Володь, ты можешь меня выслушать пока как друг, а не капитан отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков?

— А нужен я тебе тоже как друг, а не как капитан? — иронически спросил он.

Что-то тут не то, подумала я, он прямо-таки на себя не похож.

— Тебя кто-то расстроил? — вкрадчиво спросила я, явно без увязки с его предыдущей фразой, но, кажется, довольно удачно.

— Да так, — ответил он, — ладно, я тебя очень внимательно слушаю.

Я рассказала ему все, что произошло за вчерашний день, — про смерть Вишневского, попытку самоубийства Светлова, убийство Дементьева, передала в общих чертах рассказ Романовского и поведала о его печальной участи.

— В общем, вся эта братия опохмеляется сейчас у меня.

Капитан покачал головой и, зажав виски ладонями, задумался.

— Понимаешь, — медленно начал он, — сейчас мне звонил… буквально за минуту до твоего прихода… одним словом, мне позвонил Анкутдинов и попросил содействия в деле, чем-то схожем с твоим.

— Анкутдинов? — воскликнула я.

— Даже не схожем… — продолжал капитан. — По сути дела, там то же самое. Он сказал, что его секретарша и два работника компьютерного отдела принимали этот самый перцептин и пытались предложить его другим людям, работающим в офисе «Атланта». Якобы из самых лучших побуждений. Он давно подозревал, что дело нечисто… Секретарша сказала, что психостимулятором ее снабжал Алексей Светлов.

Я схватилась руками за голову. Ложь, ложь, кругом ложь! Неужели я хотела оклеветать невинных людей?

— Анкутдинов знает о том, что ты ведешь это дело об убийстве Вишневского, — продолжал Кирсанов, — и хотел бы помочь тебе…

— Он так и сказал — убийстве Вишневского? — переспросила я.

— Ну, знаешь, — даже обиделся капитан, — я передаю слова только так, как слышал сам. И вообще, Таня, по-моему, глупо подозревать Тимура в причастности к этим убийствам и наркоторговле.

— Ты не будешь заниматься расследованием?

— А это не по моему ведомству, я же говорил. Улик нет, следовательно, нет и проблемы. Кто знает, существует ли этот пресловутый Светлячок на самом деле?

— Но ведь фактов хоть отбавляй!

— Этим займется уголовный розыск. Если, разумеется, откроют дело. А базироваться на сведениях твоих наркоманов — ну, уж и не знаю…

* * *

Визит к Кирсанову принес мне мало пользы и много сомнений и расстройств. Кто же в этой дьявольской свистопляске охотник, а кто добыча?..

«Кто тут охотник, кто добыча? — все дьявольски наоборот…» — как пелось в одном известном фильме, и я немедленно переключилась с размышлений о «светлячках» и «Атлант-Росс» на тщетные потуги вспомнить название этого фильма. Название вертелось где-то рядом и тут же ускользало, стоило мне приблизиться к разгадке на недопустимо близкое расстояние. Так и в жизни, подумала я: только предположишь, что разгадка вот она, достаточно протянуть руку, чтобы взять ее тепленькой, как на тебе!.. Все переворачивается, словно в гигантском калейдоскопе, и приходится начинать все заново… Как лягут кости.

Кстати, о Костях. Что-то там вытворяют мои подопечные в моей второй квартире? Ведь наверняка не удовлетворились двумя бутылками пива в холодильнике. А, да у них же нет денег, радостно вспомнила я, они все оставили в «Конфиденте».

А если честно, я была рада, что Анкутдинов выбился из подозрения — или, по крайней мере, дал веский повод думать, что он чист.

Тимур всегда мне нравился — еще с института.

* * *

— Го-о-о-ол! — услышала я уже с порога дикий вопль Казакова. «В „Play station“ играет, родимый», — подумала я почти с умилением.

Казаков лежал в зале животом на ковре и ожесточенно нажимал на все кнопки джойстика. На экране суетились виртуальные футболисты, передвигаясь по полю на манер молекул в броуновском движении.

— «Реал» — «Барселона» — 0:1, — прочитала я на экране в левом верхнем углу. — Че же ты так орал, ты же проигрываешь!

— А? — лениво поднял голову тот.

— Ты за «Реал» играешь, идиот, а компьютер за «Барселону». Ну вот! — воскликнула я, видя, как игроки в красно-синих полосатых футболках оставляют не у дел защиту казаковского «Реала» и закатывают второй мяч в ворота. — А где, кстати, Кузнецов с Ленкой?

Казаков досадливо поморщился, затем, скорчив крысиную морду, тоскливо махнул рукой в сторону кухни.

На кухне никого не было, если не считать полутора десятка пустых пивных бутылок. Вот чудики, подумала я, все-таки выходили из квартиры. А где деньги взяли?

Проходя мимо ванной, я услышала плеск воды, бубнящий голос Кузнецова и смех Ленки, прерываемый фырканьем и бульканьем.

— А вот они где, — сказала я, нагло просовывая голову в ванную комнату. — Кузнецов, какого черта вы ходили за пивом? Я же запретила даже переступать порог квартиры! Это не игрушечки, уже троих ваших пришили, хотите, чтоб и до вас добрались?