Небо с овчинку - Марина Серова

— Извините.

Старик ничего не успел мне ответить — я уже мчалась дальше. Степанов, заметив, что я его догоняю, отбросил свой рюкзак в сторону и ускорил бег. Но и это ему не помогло. Я была настроена решительно, а я, как известно, особа упрямая: если что-то решила, то так оно и будет. Вот и на этот раз я всю свою волю и всю свою силу направила на поимку Степанова, и вскоре он лежал на земле, прижатый к ней всем моим весом. С нас обоих ручьями стекал пот, и мы тяжело дышали.

Но признавать собственное поражение Степанов и не думал. Он недовольно заворочался подо мной и попытался отбросить меня в сторону. Но при его комплекции и сложении тела это было довольно сложно — парень оказался весьма щупленьким, впрочем, как и положено художнику. Таких я укладываю без особых проблем.

— Не рыпайся, — немедленно предупредила я Олега. — Теперь тебе не вырваться.

— Что тебе от меня надо? — хватая воздух ртом, зачастил Олег. — Я же сказал, что денег у меня нет. Я не виноват, что так вышло! Это уже ваши проблемы, меня они не касаются. Я сделал все, что мог.

— В чем ты не виноват? — моментально выхватила я самое интересное из сказанного. — В убийстве?

— Каком еще убийстве? С ума, что ли, сошла? — вдруг завопил негодующе Степанов. — Нет уж, не получится у Форсова на меня все списать. Я ничего не знаю и ничего не видел.

— А при чем тут какой-то Форсов? — не поняла я. — Кто он такой? Это он и убил Туркину?

— Что? — теперь уже удивленно воскликнул Степанов и даже попробовал повернуть голову назад. — Ее что, убили?

— А то ты не знаешь, — усмехнулась я. — Не строй из себя безобидную овечку. Ты убил Ольгу?

— Я никого не убивал, — заскулил Степанов, ослабляя сопротивление. — Я вообще не знаю, где она, с того месяца не видел. — На минуту он задумался, а затем вспыхнул: — Сволочи. Значит, они все же добрались до нее. Гады, подонки…

— Кто они? Объясни все нормально! — Я перевернула парня с живота на спину и помогла ему подняться. Но руки его из своих не выпустила, держа мертвой хваткой.

— А ты-то сама кто тогда такая? — видно, сообразив, что принял меня за кого-то другого, недоуменно сдвинув брови, спросил Олег.

— Частный детектив Татьяна Иванова, — представилась я, а потом пояснила: — Пытаюсь найти пропавшую месяц назад Ольгу.

Степанов задумался. Лицо стало напряженным, вены на шее нервно задергались, кулаки сжались. Я подумала, что парень сейчас набросится на меня и попытается отбиться, а потому тоже напряглась и приготовилась к худшему. Но ничего такого не произошло. Олег всего лишь поднял на меня свои глаза и глухим голосом спросил:

— Когда она исчезла?

— Примерно месяц назад. Разве вам это не известно?

— Я ушел от нее еще раньше, — признался Степанов. — У меня на то были свои причины. Ей я ничего не объяснил.

Теперь уже задумалась я. Правда ли то, что говорит Олег, или же он таким образом пытается спасти собственную шкуру? Хотя… Может, он и в самом деле не знает о пропаже девушки и скрывается от других людей? Интересная ситуация… Нужно разобраться.

— Похоже, нам стоит побеседовать, — обратилась я к парню. — Давай договоримся. Сейчас мы идем ко мне в машину и там решаем все проблемы. Кажется, у тебя есть, что рассказать мне, да и у меня кое-что для тебя найдется. Согласен?

Степанов неуверенно пожал плечами, а потом утвердительно кивнул. Я указала ему, в какую сторону двигаться, и мы пошли. Олег двигался впереди, я следом. Таким образом я хотела предотвратить все попытки к побегу, если мысли о нем у моего пленника возникнут.

Мы дошли до того места, где Олег бросил свой рюкзак. Я дала ему время поднять его, а потом мы зашагали дальше. Когда в поле зрения появилась моя машина и я полезла в сумочку за ключами, Олег встрепенулся.

— Эта твоя? — явно не ради любопытства, а лишь потому, что молчание начинало угнетать, спросил Степанов.

Я молча кивнула и открыла ключом дверцу со стороны шофера. Затем проделала то же самое и со второй. Мы сели. Я достала из сумочки пачку с сигаретами, извлекла из нее одну и обратилась к Олегу:

— Куришь?

— Нет. Не переношу табачный дым, — глядя куда-то в сторону, ответил он мне.

Я открыла окно со своей стороны и произнесла:

— А я вот курю. Это помогает успокоиться.

Степанов промолчал. Я сделала несколько затяжек и перешла к делу.

— Расскажи, когда ты последний раз видел Ольгу и почему ушел из дома, ничего не сказав ей? — первым делом попросила я.

— Чтобы спрятаться, — коротко ответил Олег. Но, видя, что я жду большего, со вздохом продолжил: — У меня возникли проблемы с заказчиками, и мне необходимо было на время исчезнуть.

— Кто эти заказчики и что они от тебя хотели? — продолжала расспрашивать я.

— Да так… — попытался отмахнуться Степанов, но я ему сразу дала понять, что лучше со мной не шутить.

— На твоем месте я бы рассказала все без утайки. Не знаю, в курсе ли ты, но тебя обвиняют в том, что ты что-то сделал с Туркиной.

— Я? — вроде бы действительно удивился парень. — Но зачем?

— Это уж тебе лучше знать. Пока ты единственный, на кого упало подозрение. Девушка, с которой ты жил, отсутствует более месяца, все в ее квартире разбито и перевернуто, ты в бегах. Вывод напрашивается сам собой.

— Понимаю, — кивнул Олег и почесал затылок. Потом повернулся ко мне и, окатив не слишком свежим дыханием, произнес: — Только я тут ни при чем. Честно! Я про это ничего даже не знал. Так, значит, они разбомбили всю квартиру? Уверен, все из-за меня. Они не смогли меня найти, вот и выместили свой гнев на ней. Боже мой! — Степанов закрыл лицо руками. — Какой же я был дурак… — продолжил ругать себя Олег. — Нужно было все рассказать ей или взять ее с собой. Тогда бы она была жива. Господи, как все глупо вышло.

— Я пока не берусь утверждать, что она мертва, — заметила я. — Тело ведь не найдено, это всего лишь версия.

— Да уж, версия… Если она попала в руки к бандитам, то от нее теперь мало что осталось, я их хорошо знаю, — пояснил Олег, а потом снова принялся то ругать себя предпоследними словами, то поминать в сердцах имя божье.

Я сделала паузу между своими вопросами, давая парню время прийти в себя, а заодно и для того, чтобы самой подумать.

Похоже, все складывалось вовсе не так, как я себе представляла. Если этот художник действительно не поладил с «большими людьми», то у него есть все основания, чтобы скрываться, а у них — все основания, чтобы донимать и его, и его родственников и друзей. Интересно, ради чего все это было затеяно: и погром в квартире, и, возможно, даже похищение девушки?

Желая выяснить, возможно ли похищение ради выкупа, я прервала гневные речи парня в адрес его врагов и спросила: