Перед смертью не накрасишься - Дарья Калинина

Надо отдать должное Эрике, она умела проигрывать. Взглянула на Оксану и уже совсем другим, деловым тоном спросила:

– И чего ты хочешь? С тобой, я вижу, надо дружить. Так чего хочешь?

– Хочу, чтобы ты оставила меня в покое. Нет! Не просто оставила в покое, а каждый день повторяла своему мужу, какой я неоценимый работник. Какой у меня порядок в офисе и в делах. И как ему повезло, что он взял меня к себе на работу!

– А не много ли ты хочешь, деточка?

– Нет, не много. И еще… Учти, Эрика, если меня вдруг уволят без всякой на то причины или, наоборот, по веской причине, вроде воровства или еще чего-нибудь в том же духе, то эти фотографии появятся не только на столе у твоего мужа, но и в парочке газет. Думаю, что публичного позора Владимир Иванович тебе точно не простит. И твоя песенка будет спета! Никаких любовников, никаких соляриев! Домашний арест, а то и окончательный развод с потаскухой!

Эрика так злобно уставилась на Оксану, что той в один момент даже показалось, что женщина накинется на нее с кулаками. Но нет, пронесло. Эрика ограничилась тем, что злобно прошептала:

– А ты молодец! Что же, признаю, я тебя недооценила. Ладно, пусть будет по-твоему. Работай, раз это для тебя так важно. А я буду петь своему мужу дифирамбы в твою честь. Но учти, если ты раскроешь рот, то я тебе такую подлянку подкину, что мало не покажется. У тебя ведь, дорогуша, тоже, кажется, муж имеется?

Муж у Оксаны был, и очень ревнивый. Так что Оксана заверила Эрику, что с ее стороны подвоха не будет. И эту договоренность обе женщины свято исполняли. Со стороны могло показаться, что обе женщины – лучшие подруги. Оксана при случае говорила Владимиру Ивановичу, как восхищается его супругой, ее красотой и характером.

А Эрика… Что говорила Эрика своему мужу про его секретаршу, не известно, но со следующего месяца Оксана стала получать на десять процентов больше. И ежеквартальные премии, которые прежде, бывало, частенько обходили стороной, теперь регулярно числились напротив ее фамилии в ведомости.

– Но хотя мы с Эрикой и поладили, все равно я считаю, что душа у нее подлая. И сама она тоже подлая. Такие люди при случае никогда не упустят возможности сделать гадость близким. Знаете, что я подумала, когда к нам пришли из милиции и сказали, что Эрика убита?

– Что?

– Честное слово, я подумала, что наконец-то нашелся человек, который решил покончить с этой змеюкой!

– И на кого ты подумала? На мужа?

– Нет! – судорожно замотала головой Оксана. – Что вы! Владимир Иванович… Он такой человек! Он бы не смог!

– А если она его очень допекла?

– Все равно нет! Он бы мучился, но продолжал бы с ней жить. Максимум – отделился бы от нее. Переехал в другую квартиру, но убить… Нет, он бы не смог.

– Но ведь ты сказала, что он давно ее не любил.

– Ну и что же? Все равно она была его женой. И знаете… Иногда мне даже казалось, что она имеет над ним какую-то власть!

– Власть?

– Да! Не такую, как обычная жена над своим мужем. А другую власть! Особенную!

– Как это? – заинтересовались подруги. – Расскажи подробнее.

– Ну, это всего однажды было. Если, конечно, не считать случая со мной, когда Эрика добилась для меня повышения зарплаты и выплаты премий. Но и то тут я не уверена, что это ее заслуга. Возможно, Владимир Иванович сам меня оценил. Испытательный срок у меня давно кончился, вот он и повысил мне зарплату.

Наивности Оксаны оставалось только умиляться. Испытательный срок у нее кончился давно, а зарплату повысили сейчас. Если бы Владимир Иванович хотел поощрить сотрудника, то и зарплату бы поднял своевременно. А не стал бы дожидаться, пока ему об этом намекнет супруга.

– И еще случай был, когда к нам в офис один клиент пришел. Владимир Иванович очень ему рад был. Сказал, что выгодный клиент. И я знала, что он очень хочет заполучить этого клиента. Речь шла о расчистке целого речного русла. Там работы было на годы вперед! И тут заявилась Эрика, послушала, послушала, да и сказала мужу, чтобы он этого клиента не брал.

– И что?

– Они поспорили. Мне не слышно было, о чем они говорили. Только факт остается фактом, тому клиенту указали на дверь. А ведь сначала Владимир Иванович чуть ли не ковры ему под ноги стелил. А с женой поговорил, и до свиданья! Ни ковров тебе, ни самого Терещенко!

– Но почему?

– Эрика сказала мужу, что этот человек проходимец и мошенник.

– И он ей поверил?

– Выходит, поверил, раз указал клиенту на дверь.

В этот момент Оксана взглянула на свои наручные часики в золотой оправе, ойкнула и заторопилась обратно в офис.

– Владимир Иванович вернется и будет сердиться, что меня нет на рабочем месте.

– Железный человек – ваш Владимир Иванович. Все-таки жену потерял. Любил он ее там или ненавидел, а сколько лет знать человека и потерять в одночасье.

– Владимир Иванович говорил, что они с Эрикой еще вместе в детский сад ходили, – уже вставая, заметила Оксана. – Она и там была самой высокой и красивой девочкой. Ну а Владимир Иванович, как был от горшка два вершка, таким и остался.

Оксана ушла, а подруги не торопились. Проведенной беседой в общем и целом они остались довольны. В прошлом у покойной Эрики и ее мужа было много общего. Детский сад, школа. Потом Владимир Иванович подался в большой город следом за любимой девушкой. Многого тут добился. И добился также и руки своей возлюбленной.

Оставался лишь один вопрос: откуда прибыла в Питер эта парочка? И что было в их прошлом такого, что давало Эрике непонятную власть над своим богатым мужем?