Перед смертью не накрасишься - Дарья Калинина

– И он отдал такие огромные деньги ребенку?

– Ну, мальчик ведь приехал не один.

– А с кем?

– С женщиной. Он представил ее своей тетей. И Борис явно знал ее. Он спросил у нее про здоровье Кати. И сказал, что, как только будет в их краях, обязательно заглянет к ней.

– А та женщина? Что она сказала в ответ?

– Благодарила. Очень долго и многословно. И я понял, что она до конца не верила, что Борис даст им эти деньги. И что теперь она действительно искренне ему благодарна. И еще она сказала, что Борис настоящий человек, не то что некоторые.

Подруги переглянулись. Бориса благодетелем они не рассматривали. Почему? В первую очередь потому, что они искали его врагов, а не его друзей.

– Может быть, этот мальчик и не был его сыном?

– Тогда поступок Бориса становится еще более благородным.

– Но если не сын, то кто же?

– Понятия не имею. Наверное, тоже какой-нибудь родственник.

– Но эти люди точно были благодарны Борису?

– О да!

– Не похоже было на то, что Борис просто вымаливал у них прощение с помощью этих денег?

– Я не заметил ничего в пользу этой версии, – деликатно заметил Лева и прибавил: – Но вы так и не рассказали мне, что же случилось с Борисом?

И подруги рассказали. Лева слушал их, широко раскрыв свои темные загадочные глаза. И только время от времени восхищенно или возмущенно ахал.

– Феноменально! Невероятно! Кому понадобилось столь гадко и низко вредить Борису? А уж эта последняя выходка… Вы уверены, что навредить хотели именно Борису?

– А кому? Гоше?

– Гоше? – задумался Лева. – Вообще-то, я имел в виду погибшую. Как ее звали? Эрика Леопольдовна? Знакомое какое имя! Что-то такое было у меня в последнее время на слуху. Эрика, Эрика… Странно. Ах да!

– Вспомнили?

– Вспомнил! Верней, не ее саму. С этой дамой я не имел счастья познакомиться. Я вспомнил ее мужа! Отделывал для него офис.

– Отделывали офис? Вы что, прораб?

Если бы это было так, то Лева был бы самым странным из всех прорабов, которых доводилось видеть подругам в их жизни. Но Лева не был прорабом.

– Дорогие мои! – снисходительно усмехнулся Лева, даже и не подумав рассердиться. – Берите выше! Я – бог всех прорабов! Я – дизайнер! Именно мои задумки воплощают в жизнь эти маленькие трудолюбивые муравьи. Именно я даю им идеи, планы и столь любимые ими чертежи. Увы, почти все эти ребята начисто лишены вкуса. Они могут сделать вполне добротный ремонт в доме простых обывателей. И их заказчики будут очень довольны их работой. Но те, кто уже привык к роскоши, привык к изобилию, хотят чего-то особенного. Они хотят эксклюзив. И именно я предоставляю им этот эксклюзив.

Вот, значит, как! Лева – дизайнер! Художник жилых интерьеров. Впрочем, глядя на Леву, кем-то иным его вообразить себе нельзя было. И судя по окружающему Леву финансовому благополучию, дизайнером он был хорошим. Во всяком случае, востребованным.

Одно только смущало подруг. Какой мужчина захочет, чтобы его офис был отделан в стиле мадам Помпадур? Воздушные перышки, атлас и шелка? Это больше подходит для будуара светской львицы.

– О, то что вы видите вокруг себя, это зов моей собственной души. Но я никому свой стиль не навязываю. Смотрю на человека и примерно представляю себе, что ему может нравиться. Предлагаю два или три проекта. И обычно ошибок не бывает. Клиенту нравятся все. И он долго колеблется, но потом все же останавливается на одном.

– А как зовут мужа Эрики Леопольдовны?

– Сейчас уже точно не помню, посмотрю у себя в ежедневнике.

Лева извлек пухлую записную книжку в щеголеватом бархатном переплете и принялся листать страницы.

– Не доверяю электронике, – пояснил он в ответ на изумленные взгляды подруг. – Вечно то вирус, то я сам нажму не на ту кнопку и удалю какую-нибудь важную программу. Замучился бегать к компьютерщикам. Теперь пользуюсь исключительно пером и бумагой. По старинке как-то надежнее.

В своем ежедневнике Лева ориентировался хорошо. Он быстро нашел телефон и адрес офиса мужа Эрики Леопольдовны.