Покаяние «Иуды» - Ахмет Хатаев

Эди, убедившись, что генерал закончил, произнес:

— На мой взгляд, сначала с «Иудой» надо мне встретиться и обговорить все наши вопросы, показать письма Джона, рассказать о том, как Моисеенко и Сафинский организовали ремонт в его квартире, что они присматриваются к его дочери на предмет вербовки. Поделиться идеей об использовании ее для связи с ним, когда его отправят на отсидку. Одним словом, закрепить установившиеся между нами доверительные отношения. Потом уж дать ему пообщаться с ней в той же камере, чтобы иметь возможность осуществлять слуховой и видеоконтроль их беседы.

— Как с присутствием на встрече третьего лица? — спросил Тарасов.

— Полагаю, что им надо дать возможность побыть вдвоем, — ответил Эди. — Иначе они буду закрепощены, и мы не сможем расширить свои знания об этой семье, хотя вполне допустимо, что «Иуда» догадывается, что камера плюсовая^[71].

— Логично, логично, — согласился генерал. — Хорошо, давайте так и поступим. Но, майор, надо учитывать, что за тобой будут охотиться люди вора, с которым ты в СИЗО встречался, и беглого бандита Зубра. Мы, конечно, со своей стороны предприняли меры предосторожности и плотно работаем с милицией, чтобы не допустить всяких там непредвиденных ситуаций. Будь ты один, я бы не очень-то и волновался, но девушка — это, как говорится, слабое место. Лучше предупредите ее, чтобы без вас она никуда не выходила из гостиницы.

— Понял, товарищ генерал, будем осторожными, — отчеканил Эди.

— Теперь о визите к Шушкееву. Надо иметь в виду, что вокруг него могут крутиться люди наподобие тех, что следили за тобой в поезде. Кстати, они числятся техническими сотрудниками международной миссии «Врачи без границ». С документами у них все в порядке, не придерешься. Кстати, остановились в той же гостинице, что и ты. По состоянию на тридцать минут назад номер не покидали. Вопрос. Как, майор, ты думаешь попасть к Шушкееву? Снимать охрану или инструктировать ее на закрытие глаз при твоем появлении около палаты мы по известным причинам, не можем.

— Я думаю воспользоваться реквизитом семерки и позаимствовать медицинский халат и чепчик у одноклассницы Рожкова, которая работает медсестрой в хирургическом отделении больницы.

— Николай, это о ней ты мне докладывал? — неожиданно спросил генерал.

— Так точно, ее зовут Евгенией Игоревной.

— Тогда понятно. Она справится с такой ролью, тем более он сам тянется к ней.

— Товарищ генерал, мы с ней установили оперативный контакт через Рожкова и проинструктировали, — уточнил Николай.

— Хорошо, продолжайте, майор, — предложил генерал.

— Дальше проще — натягиваю парик на голову, клею бородку, как и в случае, когда посещал изолятор, облачаюсь в больнице в халат и чепчик. Затем вместе с Евгенией Игоревной иду делать перевязку больному.

— Получается, что она будет присутствовать при вашем разговоре с Шушкеевым?

— Нет, отправлю ее за дополнительным перевязочным материалом. Но для того, чтобы все задуманное прошло без проблем и можно было бы такую процедуру при необходимости повторить, мне нужно познакомиться с заместителем главврача больницы по лечебной части.

— Поясните.

— Он в больнице наверняка всем известен, в том числе и охранникам, поскольку регулярно обходит все отделения. Так вот вместе с ним я могу для начала пройтись по хирургическому отделению и заглянуть в палату с нашим больным, пройдя при этом мимо охранников. Когда же позже я еще раз появлюсь там с медсестрой, у них не возникнет никаких вопросов, — пояснил Эди.

— Логично, логично, — промолвил Тарасов и, тут же позвонив кому-то по внутреннему телефону, поручил зайти к нему через десять минут, а затем, уже повернувшись к Эди, добавил: — Я распоряжусь, чтобы с ним установили контакт и познакомили с тобой. И вообще, майор, прошу быть максимально внимательным и осторожным, особенно в эти дни. На карту поставлено очень много.

Сделав после этой фразы небольшую выдержку, он заключил:

— Товарищи, мы обсудили наиболее горячие вопросы текущего момента, теперь за дело.

В кабинете Николая Артем рассказал Эди, что полученные от Марка деньги были исследованы на их подлинность. Получив положительное заключение специалистов, руководство решило их направить на пользу дела.

— В помощь голодающей Африке? — пошутил Эди.

— Нет, на поддержку твоих расходов. Так что твой бюджет пополнился.

— Это, конечно, хорошо, — среагировал Эди, — но надо ехать в СИЗО. Время не ждет, да и Елена томится в неведении относительно своей встречи с отцом. Вот только надо бы…

— Карабанов ждет, да и твой реквизит Юра уже принес, — прервал его Николай, смеясь. И, показывая на лежащий на одном из стульев у стены пакет, уточнил: — Он там.

Эди, тут же прошел к стулу и, уверенными движениями наклеив бородку и натянув на голову парик, произнес:

— Я готов, товарищи чекисты.

Через полчаса Карабанов провел его в камеру «Иуды».

Эди, бросив ему короткое «здравствуйте», сразу сообщил, что Елена прибыла в Минск и сегодня он сможет с ней встретиться здесь же, в камере. Тот отреагировал взволнованно:

— Боже мой, как мне стыдно будет перед дочуркой!

— Я, как и договорились, рассказал ей только часть правды. Остальное, думаю, не надо ей говорить.

— Спасибо, спасибо! Но когда она придет?

— Александр, вы же понимаете, что я не мог ее сразу привести. Вам необходимо подготовиться к встрече, да и мне переговорить по нашим вопросам.

— Скажите, пожалуйста, как она восприняла сообщение о моем нахождении в тюрьме?

— Конечно, поплакала, но потом взяла себя в руки: она умная и сильная девушка. И вообще, у вас хорошая дочь.

— Спасибо, вам Эди, спасибо, — еле сдерживая себя, чтобы не заплакать, промолвил «Иуда».

Дождавшись, когда он успокоится, Эди рассказал ему о своих встречах с Моисеенко и Сафинским, а также обговорив, как и планировалось, вопросы предстоящей работы, спросил:

— Александр, как вы находите предложение относительно участия Елены в мужских играх?

— Знаете, Эди, я предполагал такое как со стороны Моисеенко, так и с вашей стороны. Это разумно и вполне укладывается в сценарии действий обеих противоборствующих сторон. Но, поверьте, у меня даже и в мыслях не было, что станете советоваться со мной. Вы в этот раз сделали хороший ход. Конечно, я поговорю с ней. И можете быть уверены, она послушается моего совета.

— Но, как понимаете, надо, чтобы она была откровенна с нами и умела сохранить в тайне…

— Не беспокойтесь, Леночка правильная с вашей точки зрения девочка, — прервал его «Иуда». — Для нее коммунистические идеалы, в отличие от меня, реальность. Пока я мотался по свету, она пропиталась ими до корней волос, — с горечью в голосе промолвил «Иуда».